ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ НА САЙТЕ

новые научные статьи: психология счастьясхема идеальной школы и ВУЗаполная теория гражданских войн и  демократия как оружие политической и экономической победы в услових перемен
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Через
полминуты, надев белый маскировочный костюм и завязав под
подбородком тесемки капюшона, он всунул ноги в эластичные
голенища брезентовых сапог. Затем поднял карабин и с виноватой
улыбкой произнес:
- Схожу прогуляюсь, капитан. Конечно, с твоего
разрешения.
Вспомнив недавно произнесенную Андреа фразу, Мэллори
медленно кивнул.
- Вот что ты имел в виду, говоря, чтобы я зря не
расстраивался. Так бы сразу и сказал. - Но в голосе Мэллори не
было ни возмущения, ни досады за своеволие Андреа. Этому греку
не очень-то прикажешь. Когда он ждет одобрения своих действий
по тому или иному поводу или при каких- то обстоятельствах, то
делает это лишь из вежливости, как бы предупреждая, чт6 именно
намерен предпринять. На этот же раз капитан испытывал не
возмущение, а чувство облегчения и признательности.
Капитан толковал с Миллером о том, что Стивенса придется
нести с собой, а затем бросить. Говорил с деланным равнодушием,
пряча свою боль и горечь. И лишь теперь, когда стало известно,
что принимать такое решение нет нужды, Мэллори понял, как
трудно было .бы ему это сделать.
- Прошу прощения, - произнес Андреа со смущенной
улыбкам. - Конечно, следовало сказать. Но я думал, ты меня
понял... Ведь это лучшее решение, верно?
- Лучшее, - согласился капитан. - Хочешь отвлечь их,
увести вверх?
- Другого выхода нет. Если спускаться в долину, на лыжах
они меня в два счета догонят. Разумеется, вернуться я смогу
лишь, когда стемнеет. Вы останетесь здесь?
- Кто-нибудь да останется. - Мэллори посмотрел на
Стивенса. Проснувшись, тот тер глаза и пытался сесть. - Нам
необходимы продовольствие и топливо, Андреа, - продолжал
вполголоса капитан. - Ночью я хочу спуститься в долину.
- Конечно. Надо сделать все, что в наших силах, - едва
слышно, с серьезным лицом ответил грек. - Пока это возможно.
Он еще так молод, почти мальчик... Может, не так и долго
придется стараться. - Отогнув полог, Андреа взглянул на
вечернее небо.- К семи вернусь.
- К семи, - повторил капитан. Небо темнело, как темнеет
оно перед снегопадом. Поднялся ветер, гнавший пушистые белые
облачка, которые забивались в лощину. Мэллори поежился и сжал
крепкую руку товарища. - Ради Бога, Андреа, - негромко, но
настойчиво произнес новозеландец. - Побереги себя!
- Поберечься? Мне? - безрадостно улыбнулся Андреа и
осторожно высвободил свою руку из руки капитана.- Обо мне не
тревожься, - спокойно проговорил он. - Если хочешь
помолиться, то моли Бога о спасении этих несчастных, которые
нас разыскивают. - С этими словами грек опустил полог и исчез.
Постояв в нерешительности в устье пещеры, Мэллори смотрел
невидящим взглядом сквозь щель между брезентом и скалой. Затем
круто повернулся и, подойдя к Стивенсу, опустился на колени.
Миллер бережно поддерживал голову юноши. В тусклых глазах
лейтенанта застыло безразличие, пергаментные щеки ввалились.
Новозеландец улыбнулся, чтобы скрыть, насколько он потрясен
увиденным зрелищем.
- Так, так, так. Проснулась спящая красавица. Лучше
поздно, чем никогда. - Открыв водонепроницаемый портсигар,
протянул его раненому. - Как себя чувствуешь, Энди?
- Закоченел, сэр. - Стивенс мотнул головой, отказываясь
от сигареты. От жалкой его улыбки у капитана заныло сердце.
- Как нога?
- Тоже, думаю, закоченела. - Лейтенант скользнул
равнодушным взглядом по забинтованной ноге. - Совсем ее не
чувствую.
- Закоченела, скажет тоже! - фыркнул Миллер, мастерски
изображая уязвленную гордость.- Какая неблагодарность, черт
возьми! Где еще ты встретишь такое медицинское обслуживание?
На лице Стивенса мелькнула тень улыбки и тотчас исчезла.
Он долго разглядывал свою ногу, потом в упор посмотрел на
Мэллори.
- К чему ломать комедию, сэр? - негромким и монотонным
голосом спросил лейтенант. - Не хочу, чтоб вы сочли меня
неблагодарным. И этакого героя не хочу изображать. Но ведь я
такая вам обуза, и поэтому...
- Поэтому мы должны бросить тебя? - прервал его Мэллори.
- Чтоб ты замерз или угодил в плен? Выбрось это из головы,
приятель. Мы сумеем о тебе позаботиться... И эти проклятые
пушки взорвем.
- Но послушайте, сэр...
- Обижаешь, лейтенант, - снова скривился янки. - Мы
задеты в своих лучших чувствах. Кроме того, как специалист, я
должен долечить своего пациента. Я не собираюсь это делать в
вонючей немецкой камере...
- Достаточно! - поднял руку Мэллори. - Вопрос решен. -
Увидев пятно румянца на худых скулах юноши, заметив
благодарность, которая засветилась в потухших его глазах,
капитан почувствовал отвращение к самому себе и стыд. Ведь
раненый не понимал, что ими движет не забота о товарище, а
опасение, что тот может их выдать... Наклонясь, Мэллори
принялся расшнуровывать свои высокие штиблеты.
- Дасти, - проговорил он, не поднимая головы.
- Чего?
- Когда тебе надоест распространяться о своем лекарском
искусстве, может, испробуешь его и на мне? Взгляни, что у меня
сталось с ногами, ладно? Боюсь, от трофейных ботинок прок
невелик.
Спустя пятнадцать минут, причинивших новозеландцу немало
страданий, капрал обрезал неровные края липкого пластыря,
обмотанного вокруг правой ступни Мэллори, и, выпрямившись, с
удовлетворением посмотрел на дело своих рук.
- Отличная работа, Миллер, - похвалил он самого себя. -
Такой и в балтиморском госпитале Джона Гопкинса не увидишь...
- Янки внезапно умолк, задумчиво уставясь на потолстевшие
ступни Мэллори, и виновато кашлянул. - Мне тут пришла в голову
одна мыслишка, шеф.
- Давно пора, - хмуро ответил капитан. - Как я теперь
всуну ноги в эти проклятые башмаки? - Он зябко повел плечами,
натягивая толстые шерстяные носки, к которым прилип мокрый
снег, и с отвращением посмотрел на немецкие штиблеты, которые
держал в вытянутой руке. - Седьмой размер, самое большое, да
еще и узкие, будь они неладны!
- Девятый, - проронил Стивенс, протягивая капитану свои
ботинки. Один из них сбоку был аккуратно разрезан. - Залатать
башмак пара пустяков. На кой бес они мне теперь. Прошу вас,
сэр, не возражайте. - Юноша была засмеялся, но тотчас
скривился от адской боли в ноге и побелевшими губами прибавил:
- В первый и, видно, последний раз поспособствую успеху
операции. Интересно, какую медаль мне дадут за это, сэр?
Взяв ботинки, Мэллори внимательно посмотрел на Стивенса,
но в эту минуту распахнулся брезентовый полог. Неуверенной
походкой вошел Кейси Браун. Опустил на землю рацию и
телескопическую антенну, достал портсигар. Окоченевшие пальцы
не повиновались, и сигареты упали в грязь. Браун беззлобно
выругался, ощупал нагрудные карманы и, не найдя того, что
искал, махнул рукой, садясь на камень. Вид у Кейси был
измученный и несчастный.
Закурив сигарету, капитан протянул ее шотландцу.
- Как дела, Кейси? Удалось поймать Каир?
- Меня самого поймали. Прием, правда, был отвратительный.
- Браун с наслаждением затянулся. - Они меня не слышали.
Наверно, гора, что к югу от нас, мешает, будь она неладна.
- Возможно, - кивнул головой Мэллори. - Что новенького
сообщили наши каирские друзья? Призывают удвоить усилия?
Подгоняют?
- Ничего нового. Страшно обеспокоены нашим молчанием.
Заявили, что будут выходить в эфир каждые четыре часа вне
зависимости от того, получат от нас подтверждение или нет. Раз
десять повторили, на этом передача закончилась.
- Очень нам помогут, - саркастически заметил Мэллори. -
Приятно знать, что они на нашей стороне. Самое главное - это
моральная поддержка. - Ткнув большим пальцем в сторону устья
пещеры, он присовокупил: - Эти немецкие ищейки наложат полные
штаны, узнав, кто за нами стоит... Ты хоть посмотрел на них,
прежде чем прийти сюда?
- А чего на них смотреть? - хмуро отозвался Браун. - Я
слышал их голоса. Вернее, слышал, как кричал офицер, отдавая
распоряжения. - Машинально подняв автомат, Кейси загнал в
магазин обойму. - Они меньше чем в миле отсюда.
Цепь альпийских стрелков, сомкнувшись теснее, находилась
меньше чем в полумиле от пещеры. Заметив, что правый фланг,
поднимавшийся по более крутому южному склону, снова отстает,
обер-лейтенант трижды свистнул, подтягивая солдат.
Пронзительные трели дважды отразились от заснеженных склонов, а
третий сигнал замер, перейдя в долгий заливчатый вопль. Постояв
несколько мгновений с искаженным мукой лицом, обер-лейтенант,
словно подкошенный, ничком рухнул в наст. Находившийся рядом
здоровяк унтер-офицер изумленно посмотрел на убитого; поняв,
что произошло, открыл в ужасе рот, но успел лишь вздохнуть и
упал нехотя на командира. Последнее, что он услышал, был
резкий, как удар бича, хлопок карабина.
Укрывшись между двумя валунами, усыпавшими западный склон
горы Костос, Андреа смотрел в оптический прицел на суетливые
фигурки, двигавшиеся в надвигающейся темноте. Он зарядил уже
третью обойму. Лицо его было бесстрастно и неподвижно, как и
веки, которые ни разу не вздрогнули от выстрелов. В глазах
грека не было ни жестокости, ни безжалостности. Они ничего не
выражали. Ум его был словно закован броней: Андреа понимал, что
задумываться нельзя. Убить. человека - смертный грех. Человек
не вправе лишить ближнего дара жизни.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
Загрузка...
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ НА САЙТЕ    
   
новые научные статьи:   схема и пример расчета возраста выхода на пенсию для Россииключевые даты в истории Руси-России и  этнические структуры Русского и Западного миров
загрузка...

Рубрики

Рубрики