ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

новые научные статьи: демократия как оружие политической и экономической победы в услових перемензакон пассионарности и закон завоевания этносапассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  полная теория гражданских войн
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Она лягнет вас прямо в ухо, и вы откинете копыта.
Эскаргот отполз на несколько футов в сторону. Он чувствовал себя так, словно только что съехал на заднице с каменистого склона холма.
– Так почему бы вам не отвести ее в конюшню, приятель, чтобы она не болталась в опасной близости от меня?
– И вы ничего не сможете с нее взыскать. Лошадь нельзя последовать в судебном порядке.
– Вы хотели сказать «преследовать», – поправил Эскаргот. – Так уведите животное. Вам ведь именно за это и платят, не так ли? Или в ваши обязанности входит раздавать советы на лужайке?
Он с трудом поднялся на ноги, разбитый и раздраженный, отряхнул колени, а потом снял свои переметные сумы с седла и взвалил их на плечо. Конюх с лошадью скрылся за углом трактира.
Эскаргот направился к трактиру, высокому зданию с множеством затейливых карнизов и балкончиков. Оно стояло на заросшей сорняками лужайке, завалившись набок и одним углом съехав с осыпавшегося, осевшего фундамента. Все здание накренялось в сторону реки; окна и двери сидели в рамах косо, и в широких щелях весело свистел ветер. Почти на всех окнах висели драные занавески, и даже с лужайки было видно, что в последний раз их стирали лет двадцать-тридцать назад, – вероятно, примерно в то же время, когда в последний раз красили стены. Над передним крыльцом висела выцветшая вывеска с надписью «Раздавленная шляпа» – поразительно подходящее название для подобного заведения.
Оно представляло собой полную противоположность уютному, увитому плющом домику, который рисовало Эскарготу воображение. Если в трактире и были другие постояльцы, то они умело прятались. Во всяком случае, никто не сидел на веранде в плетеных креслах, – возможно потому, что у кресел отсутствовали сиденья, от которых местами остались лишь полусгнившие разрозненные ивовые прутья.
У колокольчика на крыльце не было язычка, но сама дверь оказалась приоткрытой, поэтому Эскаргот, предварительно прокричав в щель приветствие, взялся за ржавую дверную ручку и надавил на нее. Перекошенная дверь, плотно притертая к порогу, даже не дрогнула. Он толкнул еще раз, подергал дверную ручку, покричал, а потом с полдюжины раз пнул дверь в самом низу, где она зацепилась за порог; с каждым следующим ударом дверь чуть подавалась внутрь и наконец с грохотом распахнулась. У подножия крутой, завалившейся набок лестницы стоял мужчина, с маленьким срезанным подбородком, в белом фартуке. У него были крохотные тонкие усики, казалось купленные на дешевой распродаже, устроенной погоревшим торговцем.
– Эй, вы, – сказал мужчина с недовольной гримасой, – нечего тут хулиганить.
– Дверь заело, а колокольчик не работает. Я кричал, но похоже, никто меня не слышал.
– Я слышал, разве нет? Вот он я, стою перед вами. Здесь вам не город, приятель.
– Надеюсь, вы простите меня? – спросил Эскаргот, устыдившись, что пинал дверь.
– К чему спешка, спрашивается? Здесь не принято кланяться и расшаркиваться. Здесь вам не город. Я человек бедный.
– Вы правы. Приношу свои извинения и все такое. Никакой спешки. Ровным счетом никакой.
– Тогда ладно, – сказал мужчина в фартуке. – Вам нужна комната, так?
– И ужин, если можно.
– Ужин тоже?
– И то, и другое, – сказал Эскаргот, осматривая неопрятный интерьер трактира.
Все вокруг покрывала пыль, в том числе и мужчину в фартуке. По внимательном рассмотрении оказалось, что мужчина обсыпан мукой и держит в руке измазанную тестом ложку. Эскаргот одобрительно посмотрел на ложку.
– Замешиваете тесто, да? Наверное, печете пирог? – Он улыбнулся. Ссориться не имело смысла. В любом случае мужчина был прав. Ближайший населенный пункт находился во многих милях отсюда. Здесь был не город, где человек может сбегать в лавку Бизла и купить новый колокольчик, когда у старого отвалится проржавевший язычок. Здесь была глухомань, медвежий угол.
– Пирог?
– Ну да, из теста и всего такого. Я подумал, может быть, пирог…
– Крысы, – сказал мужчина, взглянув на ложку, а потом снова на Эскаргота. – Я замешиваю отравленное тесто, которое использую в качестве приманки. Терпеть не могу крыс. – Он внезапно содрогнулся, словно от озноба. – Они изгрызли угол веранды, изгрызли мои кресла. Они сгрызут все, в том числе нас с вами.
Эскаргот медленно кивнул и снова огляделся по сторонам:
– Ладно, забудем о пироге. Сойдет любая еда. У вас не найдется лишней бутылочки эля, а?
– Ни одной, к сожалению. Ни одной. Но есть сидр, если вы пьете сидр. Далеко держите путь?
– В данный момент в Город-на-Побережье. А сидр – это замечательно. Но я бы хотел убрать куда-нибудь свои сумки, прежде чем поужинать.
– Хотите положить какие-нибудь ценные вещи в сейф? Это самое надежное место. Почем знать, кто может остановиться в гостинице вроде моей. Пустынная дорога и все такое. Я дам вам расписку на любую вещь, вверенную моему попечению. Надежно как в банке.
– В любом случае спасибо, – сказал Эскаргот. – А здесь есть постояльцы, кроме меня? Дорога кажется пустынной.
– Ни одного. О чем я и говорю. В нынешнее время путешествовать небезопасно, верно? Гоблины и все такое. И разбойники с большой дороги. Только в прошлый вторник у Маквикера повесили троих таких ребят, но это меньше половины шайки. Кто знает, может, вы тоже из них. Вот почему я держу сейф. Я рассуждаю так: если вы кладете в сейф свои ценности, значит, вы не скроетесь с моими. Но человек, не желающий воспользоваться такой удобной вещью, запросто может оказаться вором, который с утра пораньше улизнет с моим столовым серебром. Улавливаете мысль?
– Это очень умно. – Эскаргот покивал головой. – Мне бы хотелось иметь что-нибудь, что я мог бы положить в ваш сейф. Я бы спал спокойнее, если бы знал, что мои ценности хранятся в надежном месте. Но я не из тех путешественников, для которых изготавливают сейфы. Дайте мне комнату и немного еды, и завтра на рассвете я уеду. К счастью, сегодня я в состоянии заплатить по счету.
– Хорошо, – сказал хозяин трактира, поворачиваясь и направляясь прочь по узкому коридору. – Любая незапертая комната на втором этаже.
На втором этаже царили разруха и запустение: покоробившиеся доски пола, потрескавшаяся штукатурка на стенах. Комнаты, тянувшиеся вдоль открытой галереи, находились примерно в таком же состоянии. Эскаргот вошел в одну и сразу вышел прочь, увидев огромную крысу, которая метнулась в угол и исчезла в норе, прогрызенной в плинтусе. Следующая комната как две капли воды походила на первую, только крысиных нор в стенах здесь вроде не было, поэтому Эскаргот бросил сумку на кровать и сел рядом, задавшись вопросом, а не оказывается ли любая достигнутая цель путешествия чуть менее привлекательной, чем представлялась в самом начале пути?
Он нагнулся, заглянул под кровать и облегченно вздохнул, не обнаружив крыс и там. Он подошел к треснувшему грязному окну, затянутому паутиной, и выглянул на задний двор, где его лошадь щипала траву возле полуразрушенного сарая. Сразу за сараем начинался лес, темный и тихий в сгущающихся сумерках. Сидр. Этого следовало ожидать. Человек скачет по пустынной дороге с рассвета до заката и к вечеру уже готов убить за бутылку эля – даже за бутылку паршивого эля, какой обычно продают в трактирах вроде «Раздавленной шляпы». И что находит покрытый пылью, усталый путник, умирающий от жажды? Сидр и отравленный пудинг для крыс, проживающих в соседней комнате.
Эскаргот снова плюхнулся на кровать, откинулся на спину и вытянулся во весь рост. Он достаточно устал, чтобы заснуть и тем самым избавиться от необходимости беспокоиться по поводу ужина, – неплохой вариант с учетом всех обстоятельств. Но он не собирался позволить хозяину трактира отделаться от него, так ничем и не накормив; а потому пообещал себе, что вздремнет буквально минутку, а потом спустится вниз и зальет в себя немного сидра.
Получасом позже Эскаргот, вздрогнув, пробудился в темноте и рывком сел, ударив ногой по спинке кровати и выбив заменявший ножку угловой столбик, который с громким стуком упал на пол. Ему померещился какой-то шум – словно кто-то гремел дверной ручкой, пытаясь открыть дверь. Но теперь все стихло. Вполне вероятно, он толкнул ногой спинку кровати во сне и проснулся от грохота упавшего столбика – вот и хорошо, ибо в противном случае он бы проспал до полудня. Эскаргот машинально нащупал кожаный мешочек на груди, в котором лежали деньги и амулет правды. Они пребывали в целости и сохранности, – без сомнения, в гораздо более надежном месте, нежели сейф хозяина. Расписка, ну конечно. Только с ней одной он и остался бы поутру; амулет правды и деньги исчезли бы, а у него взамен осталась бы расписка.
Эскаргот зажег масляную лампу, стоявшую у кровати, и вынул из-за пазухи амулет правды. Он с минуту пристально смотрел на него и в конце концов почувствовал себя полным дураком. Как может украшенный резьбой камень говорить правду? Как он вообще может говорить? У него нет рта. Но камень действительно походил на амулет правды – или, во всяком случае, на какой-то амулет. «Возможно, – подумал Эскаргот с внезапным воодушевлением, – он и не должен никому ничего говорить. Возможно, он отвечает лишь на вопросы определенного рода – вопросы, на которые можно ответить только» да» или «нет». О чем он спрашивал амулет прежде? Просил обстоятельно высказаться по поводу достоверности рассказов Дж. Смитерса. Разумеется, он ничего не ответил. Чего Эскаргот ожидал от камня, научного доклада?»
Он поставил амулет на маленький столик под лампу. Казалось, камень впитывает желтый свет, словно кирпич воду; вырезанный глаз смотрел пристально и выжидательно. Эскаргот откашлялся.
– Мне следовало взять с собой маленькую Энни? – спросил он, готовясь услышать ответ, который нисколько не хотел услышать. Но камень молча лежал в желтом свете лампы. – Лета ведьма? – Ничего не произошло. Может, на вопросы отвечает глаз? Может, он подмигнет, когда Эскаргот случайно скажет правду? – Что… – начал Эскаргот, но тут дверь с грохотом распахнулась, и в комнату стремительно ворвался хозяин трактира с разделочным ножом в руке.
За ним в дверном проеме, злобно щурясь и решительно стиснув зубы, стоял тупорылый конюх в закатанных до колена штанах.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60
Загрузка...
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    
   
новые научные статьи:   схема идеальной школы и ВУЗаключевые даты в истории Руси-Россииэтническая структура Русского мира и  суперэтносы и суперцивилизации
загрузка...

Рубрики

Рубрики