ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

рассуждали новички, разве мы не можем добраться до какого-нибудь населенного пункта, а оттуда тем или иным путем на родину?» Мы были согласны даже на встречу с дикарями и не исключали ее, зная, что они не злобны.
– Вы говорите о дикарях! – пытался остудить наши головы старый Гровер. – Что дикари! Нечего нам думать о дикарях и не их надо бояться. Дикари!.. Да я не хотел бы ничего лучшего, как всретиться с ними. Но их нет в этой проклятой стране, нет! Здесь нет ничего похожего на человеческое существо! Нет, нет! Не люди и не звери должны беспокоить нас. Взгляните вокруг – насколько хватает взор, вы видите все ту же негостиприимную землю. Мы можем идти две недели и не найти пищи, достаточной для того, чтобы накормить хотя бы кошку. На протяжении тысяч милей земля все такая же, как эта: черная грязь, болотные кочки, покрытые жалкой травой...
Мистер Гровер был несомненным авторитетом, и никто не подумал не только возражать ему, но даже обратиться за подтверждением его слов к другим «северянам». Даже самые неопытные начали убеждаться, что «Летучее облако» мы можем и вправду не увидеть никогда.
Чем больше и трезвее мы размышляли, тем крепче утверждались в этом. Все было против нас. Я уже не говорю о ледяном поле, которое тянулось сплошной полосой с востока на запад. Это поле меньше всего тревожило нас, мы чувствовали, что способны так или иначе преодолеть его. Но к чему нам его переходить, если нигде не видно нашего корабля?
Увы! Мы не видели его, и не было у нас надежд его увидеть вновь. Он стоял на якоре, когда его покинули три лодки. Судно оставалось на месте, поджидая их. Одна из лодок возвратилась, но какие известия она принесла на борт? Даже сам Лидж Коффен, если бы даже он был оптимистом, что утешительного мог бы он сообщить? А он был пессимистом. И в последний раз он видел нас, когда мы отчаянно боролись со льдами. Так как он сам испытал все превратности и ужас этой борьбы, проходя канал, то, конечно, вполне мог быть уверен, что мы затерты льдами. По его мнению, мы погибли, и, наверное, он так и сказал капитану Дринкуотеру.
Чем более мы думали об этом, тем более считали себя погибшими. К довершению несчастья, небо опять покрылось тучами, и с востока на нас надвигался густой туман. Это было повторением вчерашнего, только туман поднимался сегодня часом раньше. Уже в полдень мы не могли разглядеть солнца. Нас окутал сумрак. Мы совершенно упали духом. Последний луч надежды погасал в нас.
Остаток дня мы провели в полном бездействии. Даже когда туман временами давал возможность исследовать горизонт, мы не делали этого, до такой степени все пали духом. Туман, покрывший море и землю, позволял видеть не более чем на двадцать ярдов вокруг. Он стоял всю ночь – вторую ночь, которую мы проводили на этой негостеприимной земле. Даже если бы мы могли видеть сквозь туман, мы бы равным образом ничего не выиграли. Корабль не мог бы приблизиться к нам, потому что из-за тумана должен был бы стоять там, где он его захватил.
Не имея возможности видеть корабль, мы прислушивались, в надежде улышать сигнальный выстрел пушки. Но ничего не было слышно, кроме пронзительных и жалобных криков птиц, которые словно совершали погребальный обряд над нами.
Эта ночь была не теплее предыдущей, но провели мы ее не так, как накануне, на площадке, обдуваемые ледяным ветром. События страшной минувшей ночи дали возможность троим из нас выспаться в тепле. Три матроса ухитрились сделать себе одеяла из шкур убитых медведей, вывернув их наизнанку, мехом внутрь.
Мы больше не страдали от голода, но вынуждены были принести в жертву еще несколько скамеек с наших лодок, чтобы развести огонь. Теперь мы решились на это гораздо легче, мы уже были готовы пустить в ход и наши весла, и даже самые шлюпки, в полной уверенности, что нам уже больше никогда не доведется ими воспользоваться. Мы дошли до этого. Или почти дошли.
Единственное, что не позволяло нам предаться полному отчаянию, была мысль о том, что капитан Дринкуотер сделает все возможное для нашего спасения. Могло показаться странным, что мы в нашем положении еще возлагали надежды на него. Но причины этого легко понять. Когда капитан не был пьян, он действительно был в высшей степени находчив и менее всего способен опустить руки. Он никогда не терял надежды сам и не оставлял в бедственном положении матросов, кто бы они ни были. Юнга ли, поваренок ли был смыт волной или им угрожала опасность, он принимал в них такое же участие, как и в каком-нибудь самом опытном китолове. Зная, что он именно таков, мы были уверены: он постарается отыскать нас. Мы боялись только одного – чтобы он не счел нас безнадежно погибшими.
Прошедшие сутки могли дать кое-кому из нас повод скептически отнестись к его сообразительности, и обстоятельства могли оправдать этот скептицизм: мы не видели своего корабля целый день и целую ночь, не слышали его сигналов. Еще сутки в таком положении, и многие бы решились, очертя голову, броситься на поиски русских поселений на Камчатке, прямо по болоту. Но не все думали так, как они, большинство упорно верило в капитана Дринкуотера. Что касается меня, то я, как и наши офицеры, тоже верил в него.
Наша вера была вознаграждена не позднее следующего утра. После полуночи туман рассеялся, и как раз на рассвете мы услышали пушечный выстрел. Все сразу узнали голос единственной пушки «Летучего облака».
Нашему восторгу не было предела, когда мы увидели свое судно. Оно было под парусами и, очевидно, исследовало ледяное поле и полосу воды между льдами и берегом. Наша радость граничила с безумием, и мы бросились на вершину скалы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики