ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

.. - он откинулся в кресле. - Прежде всего, я
послушал, о чем говорят люди. Вот например, меня интересует Рейн. В нашей
задачке это "х", одно из неизвестных. Оказывается, о нем здесь никто ничего
не знает. Ой вовсе не местный рыбак, никогда здесь не жил. И людям вообще
неведомо, где он живет.
- Любопытно! И это ты выяснил в Лиллезунде?
- Нет, конечно. Но и там тоже. А сперва я нашел рыбака с моторкой, он и
отвез меня в город. В городе я попытался найти стекольщика, которого Арне
нанимал поставить стекло и который тут, якобы, чуть не вывалился из окна.
Такового я не обнаружил.
- Иными словами, твое расследование не принесло никаких результатов?
- Почему же? Наоборот. Ну, и еще я получил телеграммы в ответ на свой
телефонный запрос.
Он достал из кармана три сложенные телеграммы и протянул мне. Я развернул
первую:
"ПАНИЧЕСКИЙ ОТТОК КАПИТАЛА БАЛТИЙСКИХ СТРАН ТЧК ВЕРОЯТНЫ ИНВЕСТИЦИИ
ЦЕНТРАЛЬНОЙ АМЕРИКЕ ТЧК КАСПЕРСЕН".
Текст второй телеграммы, по-видимому, был как-то связан с первым
сообщением:
"ПРЕДПОЛОЖЕНИЕ ВПОЛНЕ ОБОСНОВАНО ТЧК КРИТИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ ПОСЛЕ РЕВОЛЮЦИИ
МЕКСИКЕ ТЧК ПРЕДПОЛАГАЮ ПОТЕРЯНО ДЕВЯНОСТО ПРОЦЕНТОВ ТЧК САСТАД".
Я с удивлением посмотрел на Танкреда.
- С каких это пор ты интересуешься мексиканской революцией? И зачем тебе
знать, как идет движение капитала? Ты собираешься играть на бирже?
- Ничего подобного. Я заинтересовался этим недавно. Точнее, позавчера,
около десяти утра. Будешь смотреть третью телеграмму? На мой взгляд, она
очень любопытна, в ней содержится ключ ко всему, что происходит в этом доме.
Во всяком случае, если моя гипотеза верна.
Я буквально пожирал глазами телеграфный бланк. Нет, похоже, он вешал мне
на уши длинную развесистую лапшу: телеграмма состояла из одного довольно
бессмысленного слова и подписи:
"ПОЛТОРА ТЧК ХАЙДЕ".
- Что это значит? - недовольно буркнул я. - Полтора? Мне это ничего не
говорит. И кто такие Састад, Касперсен и Хайде?
- Три хороших специалиста. Они помогли мне сориентироваться в делах, где
я ничего не смыслю. Как ты понял, я заинтересовался некоторыми новыми для
себя сферами.
- Стало быть, ты не хочешь мне ничего объяснить? Танкред наклонился к
доске и сделал длинную рокировку. Потом он опять развалился в кресле.
- Пауль, по сути, я сейчас играю в шахматы с неким невидимым противником.
Партия развивается весьма напряженно и теперь входит в эндшпиль. Я, был бы
слишком плохим стратегом, если бы рассказал о своих планах. Согласен? И
позволь тебе сказать: в воздухе запахло новыми комбинациями.
- Надеюсь, ты не причисляешь к своим противникам меня?
- Разумеется, нет. Однако с моей стороны было бы неразумно посвящать в
свои планы и зрителей. К сожалению, зрители и сочувствующие имеют
обыкновение вмешиваться в игру... Смотри-ка! Наша новая приятельница идет.
Видно, ей не сидится в собственном доме.
Действительно, через двор шла Лиззи - в знакомом белом плаще и опять без
зонта. Она подняла воротник и втянула голову в плечи. Словно бездомная
собачонка, подумалось мне. Наш вчерашний безобразный визит со взломом
оставил у меня на душе крайне неприятный осадок и вызвал массу горьких
раздумий: Как помочь бедной Лиззи, не навредив еще больше? Как повел себя
Пале после нашего ухода? Его лицо, при всей сдержанности и
благовоспитанности, не сулило ничего хорошего, было в нем что-то неуловимо
грозное, когда он все с той же улыбкой провожал нас к дверям.
Поднимаясь с кресла, Танкред многозначительно посмотрел на меня.
- Плохи дела! Пойдем послушаем, что она расскажет. Войдя в гостиную, мы
нашли всех в сборе. Лиззи была заметно возбуждена, щеки ее горели, а худые,
бледные руки ни секунды не оставались в покое. Арне помог ей снять плащ.
Эбба усадила ее в кресло и, обняв по-матерински за плечи, спросила:
- Ну, что случилось?
Лиззи беспомощным жестом убрала со лба мокрые волосы, пальцы ее заметно
задрожали. Чуть слышно она проговорила:
- Я больше так не могу... Я... не могу с ним больше оставаться...
- Он был с тобой... груб?
В лице Эббы появилось особое выражение, характерное для борцов за права
женщин.
- Нет, что ты! Вовсе нет. Он никогда не бывает грубым! Наоборот, он очень
внимателен, он все понимает, но в этом есть что-то ненормальное! Лучше бы он
накричал, рассердился! Это было бы так по-человечески. А он... нет! Я не
могу объяснить... Мне так страшно! Да, я его просто боюсь! Вот что... Очень!
Очень боюсь... -
Моника принесла кофе и добавила в чашку полрюмки коньяку.
- Выпей, Лиззи, - сказала она ласково и спокойно. - Выпей кофейку,
успокойся. Здесь тебя все любят. Тебе надо согреться, просохнуть... И мы все
обсудим и обдумаем. Ты не расскажешь, как вы поженились?
Лиззи выпила полчашки и поперхнулась. Она прокашлялась и с явным усилием
посмотрела Монике прямо в лицо. Мне показалось, что этот вопрос для нее
неприятен. Она с трудом сделала еще глоток и, не отрывая глаз от Моники,
произнесла:
- Дело в том... Да, дело в том, что мы не женаты.
- Что ты говоришь? Не женаты?
В голосе Моники звучало искреннее недоумение.
- Священников он презирает, и поэтому о церковном венчании не могло быть
и речи. А чтобы зарегистрировать гражданский брак нужны всякие документы...
Он еще не получил норвежское гражданство. Он пока еще американец. И чтобы
жениться, ему нужно получить какое-то разрешение американских властей. Он
ждет, пока придет разрешение... Вообще-то он считает все это пустой
формальностью.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики