ТОП самых читаемых авторов     ИСКАТЬ КНИГУ НА САЙТЕ

новая информация для научных статей по экономике и гражданским войнам, а также этническая структура Русского мира
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Ну, пора. Но только собрался Последыш выбираться из-за кустов, как
увидел сквозь тьму и волокнистые лохмотья тумана, что возвращается кто-то.
Пришлось опять спрятаться. Человек зашел на мостик и вроде присел,
сгорбившись. Об этом Последыш скорее догадался, чем разглядел: свет от
луны обманчив. Да тут его еще мысль обожгла - а человек ли? Вдруг Ботало?
Сжался Последыш в комок, сердце заколотилось. Но отдышался понемногу,
прислушался: вж-жик - вж-жик, вж-жик - вж-жик... Что это он там делает?
Так и не понял, стал терпеливо ждать.
Наконец человек (человек, конечно, - с чего бы это Боталу вжикать?)
встал и медленно пошел к поселку, нащупывая дорогу в белесой мгле. И когда
проходил мимо Последыша, тот чуть не подскочил: узнал своего
прадеда-фельдмаршала. Видно, ходил с плотниками, чтобы лично за всем
проследить. Но что же он на мостике делал?
Едва досидел Последыш, пока скрылся прадед из виду. Тогда поднялся и,
придерживая под рубашкой пилу-ножовку, которой распиливал сучковатые
чурбаки на растопку, направился к мостику. Присев примерно там же, где
видел прадеда, он провел рукой туда-сюда по доске, сначала по верхней
стороне, потом по боковому торцу - и нащупал надпил. Надпилено был снизу,
чтоб незаметно было: именно так собирался сделать и сам Последыш.
Он сел, оглушенный и ничего не понимающий. Как же так? Думал вред
прадеду причинить, а он сам подпилил доску. Зачем? Ведь пушка - это сила
его, его талисман счастливый. Последыш помотал головой. Нет, хоть убей -
не понять ему этого. Он побрел назад, отыскивая дорогу по гати, забыв про
опасность, которую таили болота, и размышляя лишь об одном: почему у него
все получается невпопад?
...Оковалок обругал его: "Хотел уже тревогу поднимать, идти тебя
искать..." - "Да знакомого встретил в одной десятке..." - "А я откуда
знаю? Предупредить надо было! Говорил ведь - Ботало вокруг ходит, утащило
бы в болото..."
Да уж, одного Ботало я сегодня точно встретил, - подумал Последыш,
устраиваясь спать.

Следующее утро выдалось туманным. Поеживаясь от промозглой сырости,
Смел встал, сходил к колодцу, плеснул в лицо холодной воды. Его десятка
еще спала. В поселке было тихо, только невдалеке, за белесой пеленой,
слышались негромкие переговоры, да один раз коротко заржал конь. Смел
пошел на звук и вышел прямо к пушке - ее решили вывезти пораньше, чтобы не
сбивать движение войска. Кони уже были запряжены, охрана стояла по обеим
сторонам длинного, в два человеческих роста, ствола. Усатый капитан
проверял что-то в упряжи. Убедившись, что все сделано как надо, он поднял
руку, махнул вперед: "Пошли!" Конюхи защелкали бичами и пушка медленно
покатилась по колее, выводящей на гать.
Смел зевнул, глядя вслед процессии, уплывающей в туман, зябко
передернул плечами: Смут его дернул подняться в такую рань. Но сна уже не
было, и он пошел в расположение десятки заводить костер для чая.
Огонь уже побежал, змеясь, по сыроватым веткам, и Смел уже подумывал,
что пора бы сходить за водой, когда в той стороне, куда уехала процессия,
послышался громкий треск, ржание и отчаянный человеческий крик. В тумане
звуки слышались так четко, будто все происходило в двух шагах. Смел
вскочил, как ужаленный. Какое-то мгновение он еще прислушивался, а потом
стремглав бросился к гати. Спотыкаясь и оскальзываясь на ветках, он
добежал до мостика, перекинутого между двумя сухими островками над
протокой черной зловонной жижи. Пушка стояла как раз на нем, посередине,
опасно накренившись к пучине. Усатый капитан, причитая, рвал на себе
волосы над переломившейся доской: с виду-то была совсем целая! Вот ведь
напасть какая! Конюхи стояли, растерявшись, не зная, что делать - то ли
попытаться рывком вытащить пушку на сухое место, то ли, напротив, обрезать
постромки, чтобы кони, упаси Вод, не дернули, да не уронили ее в болото
окончательно. Охрана испуганно жалась в стороны, опасаясь, что рухнет весь
мостик. Только что, прямо на глазах у всех пушка, заваливаясь, сшибла
стволом в болото их товарища, - это его крик услыхал Смел, - а теперь на
том месте только лопаются, поднимаясь, черные пузыри... Такая составлялась
из отрывочных восклицаний общая картина.
На Смела никто не обратил внимания - и хорошо, а то еще могли
подумать, что его работа. Он постоял, покатал желваки на щеках, и пошел
назад, ничего не зная наверняка, но уверенный, что здесь не обошлось без
Последыша. Ах, проклятый мальчишка! Навстречу ему уже бежали люди,
разбуженные криком. Они что-то спрашивали на бегу, но он только
отмахивался.
Смел пришел прямо в обоз, отыскал, где спит Последыш и толкнул его в
бок:
- А ну, вставай!
Последыш спросонья заворочался, забормотал. Но Смел опять потряс его
за плечо:
- Вставай, тебе говорят! Потолковать надо.
Он вытащил проклятого мальчишку из под одеяла и повел, плохо еще
соображающего, подальше от людей. Пока шли, шум и суматоха в стане привели
Последыша в чувство - он понял, что все это неспроста, и сразу
насторожился, стал вырывать руку. Но Смел волок его, упирающегося, все
дальше, а потом вдруг отпустил и Последыш плюхнулся задом в грязь.
- Ну, рассказывай! - нависая над ним, грозно начал Смел.
- Чего рассказывать? - почти взвизгнул от обиды и унижения Последыш.
- Рассказывай, как человека угробил.
- Какого человека? - Последыш еще не понимал что случилось, но уже
встревожился.
Смел ему все объяснил: как подломилась совершенно целая с виду доска,
как пушка, завалившись, сбила с мостика солдата охраны, и как потом на
этом месте лопались пузыри. К концу его короткого рассказа Последыш
помрачнел, сжал упрямые губы. Наконец обронил:
- Зря ты на меня. Не я это...
- Не ты? А кто же?
- Прадед...
- Кто? - Смел так удивился, что сел рядом с Последышем в грязь. - Ты
сдурел, что ли?
- Не, - мотнул головой тот. - Не сдурел.
Последыш судорожно вздохнул и стал рассказывать про свой ночной
поход. Смел слушал внимательно, не перебивая, а потом задумался, бормоча
себе по нос:
- Так значит, да? Это что же тогда - выходит... Да, получается по
его...
А потом вдруг поднял голову и поинтересовался:
- Слушай, а чего ты к этой пушке привязался? Узнал что-нибудь?
- Бумаги прочитал... прадеда...
- И что там?
- Это все он подстроил... и обвал на берегу, и пожар... все из-за
пушки этой.
- Вон оно как... - Смел еще задумался. - А знаешь, ты, наверное, зря
стараешься.
- Почему? - недоуменно посмотрел на него Последыш.
- А потому... Все само собой выйдет.
- Это как?
- А так. Ни во что больше не суйся, сиди тихо. Да, кстати, как ты
сюда попал вообще? Родители хоть знают?
Последыш молча помотал головой.
- Эх ты... Ну ладно. Делай, как я сказал. Остальное - не твоя забота.
Понял?
- Понял...
- Ну и хорошо.

Пушку вытащили. Всю обвязали канатами, на каждом по десять человек, и
потихоньку, помаленьку выволокли на сухой участок. Фельдмаршал опять был
бледен, а молодой доминат призадумался: видно, и правда в войске его
завелась вражья сила. Но так ли, сяк ли - тронулись.
Скоро, как и говорили знающие люди, стали лепиться к краю дороги
кусты-глазастики. Они вытаскивали из жижи тоненькие, дрожащие корешки,
стараясь хоть чуть-чуть приблизиться к дороге, к людям. И глаза их из
лиственных чашечек глядели жалобно и с укоризной, и как будто слышался
умоляющий лепет... Смел шел, стараясь глядеть только под ноги, чтобы не
видеть этих укоризненных глаз, и размышлял о том, как бы ему половчее
сделать то, что он задумал. Посетила его одна мысль во время разговора с
Последышем.
Шли долго, встать на обед было негде, и незадолго до вечера
доплелись, наконец, смертельно уставшие, до Переметного поля. Здесь, на
закраине, встали станом. Все по раздельности: латники в середине, могулы
на левом крыле, дворцовая гвардия - на правом. А перед латниками,
охраняемая двойным оцеплением, стояла выдвинутая вперед пушка. Она должна
была заговорить завтра первой.
Предчувствие битвы висело уже в воздухе: тише стали разговоры, не
слышно было смеха и песен. И ужинали молча, без обычных подначек и веселой
перепалки.
Улучив момент, Смел подсел с кружкой горячего чая к Посошку, тому
самому долговязому парню, который знал всех и все. Сначала завел какой-то
пустячный разговор, а потом перевел на пушку - мол, пушка их всех завтра
выручит. Посошок ответил неожиданно зло:
- Да хрена тараканьего она выручит. Только и слышно: пушка то, пушка
се... Против кораблей она, может, и хороша: бумс - и утоп. А здесь толк
какой? Ну зашибет ядром одного-двух...
Смел понимающе покивал, а потом придвинулся к Посошку вплотную и
прошептал прямо в ухо:
- Никого она не зашибет...
Посошок поглядел на Смела непонимающе.
- Точно говорю: никого не зашибет... кроме своих.
- Чего это?
- Да тише ты... - Смел оглянулся и продолжал шепотом: - Трещина в
ней. Взорвется. Своих поубивает. - Он перевел дух, покивал для
убедительности и спросил: - Пушкарей нет знакомых?
- Как нет, есть...
- Вот я и говорю: ребят жалко...
- А откуда ты знаешь? - Посошок теперь тоже говорил шепотом.
- Знаю... Верный человек сказал.
Посошок покрутил головой, подумал.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
ТОП самых читаемых авторов     ИСКАТЬ КНИГУ НА САЙТЕ    
   
загрузка...

Рубрики

Рубрики