ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Нoрмальнo, пoшлo, правильнo... Сильнее всегo мерещилась Катя, как единственная бывшая женщина - вoзненавидеть, забыть, ничего этoгo у Смурнoва не пoлучилoсь. Он шептал пoдушке избитые слoва: я люблю тебя, люблю, люблю.
А пoтoм наступалo утрo и сильнo хoтелoсь спать.
Так прoшлo шесть с пoлoвинoй лет.
11
- Я не понимаю, ничегo не пoнимаю, - тoрoпливo гoвoрил клетчатый.
Сегoдня oн сидел не oдин. Центр стола занимали ладони грузного, лет сорока, в черном костюме. Грузный обводил мутным взором зал заседаний и тяжко морщился. По левую руку маячил белокурый парень, лет двадцати пяти. Он моргал и перебирал пальцами. Справа говорил клетчатый.
- Успокойся, никто не ошибается, - внятно и раздраженно отвечал грузный.
- Дерьмо, полное дерьмо, - долдонил свое настойчивый.
- Работать надо.
- Ну разумеется, я стараюсь, - оправдывался ловкий. - Только достало меня в дерьме-то.
Грузный посмотрел на него, и разговорчивый замолчал. Как хорошо, подумал Смурнов, успевший возненавидеть клетчатого. Как хорошо, что на каждого крутого бывает покруче, вот и на оборзюгу нашлись. Почувствовал, улыбнулся и снова сжался в комок слабых застывших мышц.
- Кто там? - спросил грузный.
Он извлекал из папки потрепаные листки и пропечатанные на
сиящей бумаге таблицы.
- Смурнова Ольга Николаевна, - поделился клетчатый.
Ввели мать. Почему-то выглядела сороколетней, хотя всегда казалась старее правды. Маленькая и блеклая, хоть и моложе на пятнадцать зим.
Серебряная бляха изощрялся в усмешке. Ольга Смурнова боязливо оглядала зал и меленькими шажками поплыла к трибуне. Прислонилась к ней и посмотрела в упор на Лешу. По щеке прокатилась бессильная капелька.
- Ты не дури, - напутствовал ее грузный. - Будешь плакать, на цепь посадим. И вон тот кабан оттрахает тебя извращенным способом. А не оттрахает, так прибьет. Лады?
- Хорошо, - всхлипнула женщина.
- Хорошо, что оттрахает? - хохотнул внушительный. - Думаешь, приятно получится? Не дождешься, дурочка. Он тебя сразу прибьет. У него инструкция такая.
- Не надо.
А грузный хохотал, как буйнопомешанный.
- Побеседуй, - попросил он клетчатого, раскидав перед собой бумаги гигантским пасьянсом.
- Почему не разрешала сыну гулять поздно вечером? - нехотя спросил подчиненный.
- Так ведь поздно, - оправдывалась она.
- А другие гуляли, ничего, - гнул свое надоедливый.
- Это другие дети, - твердо сказала женщина. - А я боялась за своего сына.
- А зачем боялась?
- Вы бесчувственный! - выпалила она. - Каждая нормальная мать боится за своего сына. И волнуется, и тревожится, и не спит ночами, если тот не дома.
- На хрен тревожиться? - удивился знающий. - На хрен вообще переживать за судьбу близких людей? Им что, от этого лучше? Или вам лучше? Кому лучше, ты мне скажи?
- Материнский инстинкт, - талдычила свое Ольга Николаевна, нескромно пустив слезу.
- Вот хреномуть, - вздыхал самоуверенный. - Вы же ему заботой делали хуже. Это же лишняя опека. Это тепличные условия. В таких условиям жизнестойкость не вырастает. Вы зла хотели сыну? Отсутствия жизнестойкости?
- Нет, - растерянно рыдала женщина. - Я хотела, чтобы у Леши все было как у людей. Нормальная работа, нормальная семья.
- Ох уж вы мне, - вздохнул привередливый. - Нормальное вам подай. Ненормального надо хотеть, ясно? Великого и прекрасного. Великой работы! Прекрасной семьи! И быть достойным такой семьи и такой работы. И тогда нормально. А вам нормальное подай, вот и живете поэтому ненормально.
- Я как лучше хотела, - твердила Смурнова-мать. - И все хорошо было. С подонками Леша не общался, воровать не научили, пьяницей не стал. Школу кончил на четверки с пятерками. С первого раза в институт поступил, в тот, что выбрал. Получил нормальный диплом, устроился на работу. Платили не много, но ведь платили. Да, я понимаю, семейная жизнь не сложилась, но здесь-то Леша не виноват, просто нашел себе какую-то идиотку. Ну бросила его, потому что не понимала. Только жизнь ведь начинается только. Станет еще начальником отдела, найдет себе хорошую девушку. На свете столько женщин, Леша ведь с любой уживется. Он ведь не бич, не пьяница, скромный, заботливый. Золото, а не муж, только его почему-то не замечают. Он ведь не наглый, я ему нахальство не прививала. Он добрый, тихий, ранимый. Его понять надо. Рано или поздно полюбят, поженятся, заведут детей.
Клетчатый запрокинул голову и зверино захохотал.
- Ну убиенно, ну не могу, - орал он в потолок. - Детей, говоришь? Золото, говоришь? Ну ошизеть, бля.
Грузный не выдержал серьезной маски лица и тоже грянул искренним смехом. Не верилось, что такой внушительный человек может так прозрачно смеяться. Так смеются дети или хорошие люди.
Левосторонний вежливо подхихикивал. Получалось у молодого да белобрысого, старался, видать.
Из президиума волна веселья выкатилась в зал. Вежливо подхихикивал каждый: и бляха, и писарь, и неведомые статисты, одним словом, все. За исключением, конечно, насупленного Алексея Михайловича. Хотел подхихикнуть из вежливости, но опомился: неужели над родной матерью? Смешок придержал, только губы выкривил.
- Скажите-ка, Ольга Николаевна, - попросил клетчато-хохотистый, часто Леша с вами спорил в детские годы?
- Да нет, - сказала она. - Леша был добрый мальчик. Мать слушался, с хулиганьем не общался.
- Ну ладно, - поскучнел работящий, - ну ладно... А таланты какие в детстве имел?
- Рисовал. В шахматы играл.
- Хорошо рисовал-то?
- Нормально. Только бросил потом.
- А чего бросил?
- Скучно, говорит.
- А до чего в шахматы доигрался?
- Он непрофессионально играл. В четвертом классе сдал на третий разряд, а выше не получилось. Тоже бросил, когда подрос.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики