ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Такая смешная любовь -


«Богданова А. Самая шикарная свадьба»: Эксмо; Москва; 2007
ISBN 978-5-699-20329-1
Аннотация
Дорожку в учреждение под названием ЗАГС писательница Маня Корытникова протоптала давно – на ее счету уже три печати о регистрации брака. И три – о разводе. А сейчас поступило новое предложение. Влас, ставший владельцем автосалона, оказывается, влюблен в нее с детства. К тому же, жениться на писательнице – престижно. И потому он настойчиво зовет Маню под венец. А почему бы нет? – решает она, и в качестве эксперимента переезжает жить в дом жениха. Но бизнесмен принимается тиранить творческую личность: запрещает тушить окурки в кадках с пальмами, разбрасывать вещи и даже… просто загибать уголки в книжках! В конце концов Маня спасается бегством. Подруги в панике: а состоится ли теперь ее четвертая – и самая шикарная свадьба?..
Анна Богданова Самая шикарная свадьба
Автор спешит предупредить многоуважаемого читателя, что герои и события романа – вымышленные.
Искупавшись в волшебном океане славы и всеобщего почитания, я будто помешалась. А всему виной презентация моего романа «Убийство на рассвете» в одном из книжных магазинов Москвы.
Я заболела звездной болезнью и теперь часами сидела перед зеркалом и брала сама у себя интервью.
– Расскажите, пожалуйста, о себе, – басило из зеркала мое несколько измененное отражение с зажатой между носом и губами щеточкой от туши для ресниц (что символизировало усы представляемого корреспондента) и массажной расческой в руке, которая успешно выполняла функцию микрофона.
– Меня зовут Мария Алексеевна Корытникова. Мне почти тридцать два года, впрочем, это неважно. Я знаменитая писательница любовных романов, – напыщенно говорила я, отбросив щеточку от туши для ресниц и массажную расческу.
– Ну, это слишком скупо! Это все ваша скромность, о которой ходят легенды! Расскажите о своих родителях, друзьях… Замужем ли вы? – спросил мнимый журналист, у которого неожиданно упали «усы».
– Значит, так, – с наслаждением начинала я. – У меня есть мама. Ее зовут Полина Петровна. У мамы есть муж – Николай Иванович, мой отчим. Он старше нее на 13 лет. И у них есть двадцать кошек, с которыми они большую часть года проводят в деревне, в средней полосе России.
– У них что, нет московской прописки? – удивился репортер («усы» его снова сели на место).
– Ой! Ну вы прямо какие-то глупости говорите! – раздраженно воскликнула я. – У Николая Ивановича двухкомнатная квартира, мама прописана тут. Вот здесь, где вы сейчас задаете мне свои глупые вопросы! Деревенский дом тоже мамин. Она вообще весьма состоятельная женщина, – важно сообщила я.
– Двадцать кошек? Зачем так много? Она что, их разводит?
– Сами вы разводите! – огрызнулась я отражению. – Она их подбирает по доброте душевной, ну да ладно об этом. Еще у меня есть бабушка – Мисс Двойная Бесконечность…
– Почему это вы ее так называете? – удивленно спросил воображаемый интервьюер.
– Потому что ей восемьдесят восемь лет, а перевернутая горизонтально восьмерка обозначает бесконечность, – неохотно объяснила я, поражаясь тупости «журналиста», и продолжала: – У нее есть сын Жорик (старший брат мамы), у Жорика есть гражданская жена Зоя. Вообще-то мы с мамой между собой называем ее Гузкой из-за поразительного сходства с жирной рождественской… Ошибаетесь! – прикрикнула я на «корреспондента», который якобы хотел было что-то сказать, – не гусыней, а гузкой, с которой стекает жир. А вместе, как одно целое, эта пара называется Зожорами.
– Ха! Ха! Ха! Как оригинально! Это, наверное, вы придумали! Зоя плюс Жорик равняется Зожоры! Ха! Ха! Ха! – умилился «репортер», но я будто не заметила этого и продолжала:
– Конечно, у меня есть друзья – так называемое содружество, которое когда-то образовалось из четырех девчонок младшей группы детского сада (меня, Икки, Анжелы и Пульхерии).
– Ну-ка, ну-ка, это уже интересно!
– Не перебивайте меня, а то я вообще ничего говорить не буду! – рассердилась я, а у «корреспондента» снова упали «усы». – Лет девять назад к нам примкнул мой бывший сокурсник – переводчик с французского, испанского и английского языков Женька Овечкин.
– Можно поподробнее? – робко попросил «журналист», изо всех сил сжимая щеточку от туши между носом и губами.
– Зачем это вам? Впрочем, жалко, что ли? Икки – фармацевт, Анжелка Огурцова – бывшая балалаечница, но сейчас в декретном отпуске по случаю рождения второго ребенка, Пульхерия – гинеколог. А недавно Икки с Овечкиным решили сочетаться законным браком! – с восторгом заметила я, забыв на мгновение, что даю «интервью». – Наконец-то Женька выкинул из головы дурацкую идею, что его привлекают мужчины, и влюбился в нашу Икки! – Тут я, словно опомнившись, нетерпеливо потребовала: – Давайте, задавайте свои вопросы – вы у меня и так отняли массу времени!
– Расскажите о своей последней книге.
– Моя последняя книга – это что-то вроде личных записей. Я там написала все про всех своих знакомых. Чистую правду! И о маме, и о Николае Ивановиче, и о Мисс Бесконечности, и обо всех друзьях. И про своего любовника – сочинителя детективных романов Алексея Кронского, и о том, как он мне изменил прямо в лифте с отвратительной коровой! Никого не забыла! Даже о своем редакторе Любочке пару слов черкнула! – радостно затараторила я. – Прочитав эту книгу, вы узнаете, что скоро я выйду замуж за… Вы представить себе не можете за кого! За того самого Власа, внука хорошей бабушкиной знакомой Олимпиады Ефремовны, с которым мы отдыхали двадцать лет назад на море! Если б вы знали, каким он был противным в детстве и как я его ненавидела тогда!..
– А что побудило вас написать такую откровенную книгу?
– Вообще-то я не собиралась представлять ее широкому читателю, но Любочка требовала: «Давай новый роман! Давай новый роман!» А у меня нового романа тогда не было. Так вот, собственно, и получилось.
– Спасибо вам, Марья Лексевна, за столь захватывающую историю! Статья выйдет в ближайшем номере «Литобра»! Спасибо!
– Пожалуйста, пожалуйста, – ответила я, а затем невежливо добавила: – Ну, выметайтесь, выметайтесь поскорее, меня муза ждет, мне нужно писать очередной гениальный роман!
Однако звездную болезнь как рукой сняло, стоило только Любочке ознакомиться с моим творением. А уж когда книга появилась на полках книжных магазинов, я и вовсе почувствовала себя песчинкой, затерявшейся в необъятной Вселенной. Как сказал когда-то Паскаль, я ощутила себя «тростником, слабейшим из творений природы», для уничтожения которого «достаточно дуновения ветра, капли воды».
И тут началось такое! Такое! Но нет, нет, нет! Все по порядку.
Первой свое недовольство выразила Любочка – она прочла роман и тут же позвонила мне.
– Я ведь просила вырезать меня из текста! – набросилась редакторша, даже не поздоровавшись.
– Но это жестоко – резать тебя, – неудачно пошутила я.
– Так значит я – Люба «с дуба»?!
– Это не я о тебе так говорила. Это устами Кронского… – попыталась оправдаться я.
– Зато ты об этом написала! Этого вполне достаточно! Так, стало быть, я любопытная? – спросила она, но ответить не дала, продолжая возмущаться: – Была б моя воля, ни за что бы не пропустила этот роман, но главный редактор от него просто в восторге – говорит, настоящий бестселлер, так что можешь радоваться и писать продолжение! Кляузница несчастная! – Она замолкла на минуту – видно, думала, бросить трубку сейчас же или сказать самое главное, что, наверное, мучает ее больше всего.
– Какое продолжение? – растерялась я.
– Можешь писать второй том и обливать грязью всех окружающих! – Она снова замолкла на мгновенье, но все же не удержалась и выпалила: – Я-то думала, мы с тобой подруги, а ты даже не рассказала о том, что Кронский оказался таким… Таким… – Она от волнения никак не могла подобрать нужного слова, но все же нашлась и неожиданно взвизгнула: – Извращенцем!
– Любочка, Любочка… – пролепетала я, но она уже бросила трубку.
Теперь, в начале июля, когда книга поступила в продажу и ее неизбежно прочтут все действующие лица, мне остается только одно – скрыться на необитаемом острове и провести там остаток жизни, прикрывая от стыда перед крокодилами и макаками срамные места фиговыми листочками, питаясь червяками и запивая их мутным, безвкусным кокосовым молоком. Но не тут-то было! Я пишу второй том, продолжая, как выразилась Любочка, обливать грязью всех окружающих. И все-таки, наверное, правильно некоторые считают меня ненормальной!
Одиннадцать утра. В дверь кто-то нетерпеливо и нервозно звонит, я бы даже сказала, по-хамски. Меня охватывает тревожное чувство, мне почти страшно – колени почему-то дрожат, а в голову закрадывается мысль: «А что, если вообще никому не открывать? Мой дом – моя крепость!» Звонки теперь звучат – один короткий, один длинный – вроде азбуки Морзе: точка, тире, точка, тире. Потом этот кто-то нажал на кнопку, и в квартире раздался настойчивый, непрерывный, раздражающий звук, подобно сирене, предупреждающей о скорой бомбежке. «Ну, не убьют же меня, в конце концов», – думаю я, и, чувствуя себя партизаном, пробирающимся по лесу в непосредственной близости от врага, решаю себя обнаружить. Два поворота ключа – и передо мной… мама. Она стоит на пороге с растрепанными волосами, бледным, пожалуй, даже серым лицом, которое выражает злость, раздражение, нетерпение, отчаяние – все вместе.
– Привет… – растерялась я. – Ты почему не предупредила, что заедешь?
– А что, не вовремя? Может, у тебя любовник? Этот… Как его?.. Ну, извращенец-то твой… Кронский.
Тут мне стало все ясно – она уже успела ознакомиться с моим сочинением.
– Да! – торжествующе воскликнула мамаша. – Я не стала ждать, пока ты получишь авторские экземпляры. Вчера возвращалась из Фонда защиты животных и зашла в книжный магазин полюбоваться на романы родной дочери, увидела новинку и купила. Всю ночь читала и поняла, что обсуждать достоинства сего произведения по телефону просто непозволительно.
Мама изо всех сил старалась говорить сдержанно, но, казалось, она уже успела проглотить взрывоопасную гранату минувшей ночью, когда читала мое творение.
1 2 3 4 5 6 7 8

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики