ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Для кого познаваемое
-- не родное, тот плохо познает или совсем не познает. Только любовь
открывает очи и возвышает тайну познаваемого.
Родина есть общее, но не мыслительно, не логически только общее, а
физически и социально общее. Родина есть не то общее, которое только
формулировано в голове, занумеровано, проштемпелевано и зарегистрировано в
науке. Родина есть то реальное общее, которое меня реально породило с моим
человеческим телом и с моей человеческой душой. Это общее -- потому родное
мне, родственное мне. Здесь мой отец и мать, не физически только, а для
всего того, что во мне есть, и для личности моей отец и мать, и для
социальности моей отец и мать, и для духовной жизни моей родители и
воспитатели. Всякая философия, которая не питается учением о Родине, есть
наивная и ненужная философия. Ее "обобщения" слишком узки и ничтожны; ее
"познание" слишком нежизненно, ее "мир" и "бытие" -- пустота и тюрьма,
всезлобное исступление рассудка, безличное раскаяние живого духа на Голгофе
собственного жалкого самообожествления.
x x x
В новом свете предстали мне ужасы жизни, которыми смущалась душа моя с
детства. Нет никуда выхода из жизни, из ее кровавого и мутного
сладострастия, если не осмыслить ее как жизнь моей Родины. Помните моего
проклятого Мишку, с которым я дрался в детстве из-за собачонки? Этот Мишка
-- великая, неодолимая сила только для близорукого подхода, только для
непосредственной оценки, когда действительно бессмысленная жестокость
наполняет душу и заставляет драться за истину и правду. Мишка есть только
одна ничтожная набежавшая волна на море жизни. Ужасы и кошмары жизни должны
быть рассматриваемы и оцениваемы на фоне общей жизни. А общая жизнь есть
наша Родина, есть то, что нас порождает и что нас принимает после смерти.
Не будем пока вспоминать о Мишке, хотя по смыслу речь наша только и
пойдет о нем. Давайте говорить вообще.
Род порождает из себя индивидуума. Помимо рода нет индивидуума. Но
индивидуум гибнет. Индивидуум снова возвращается на лоно жизни, его
породившей. Значит, жизнь. Но так как в жизни ничего нет кроме этих
индивидуумов, то порождает из себя индивидуум, и сама же жизнь и поглощает в
себя индивидуум. Жизнь, стало быть, есть вечное самопорождение и вечное
самопоглощение, вечное созидание и вечное пожирание созданного. Не
бессмыслица ли это? Не есть ли этот круговорот вечное обесценивание жизнью
самой себя, вечное формирование самой себя, вечное и недостойное кувырканье,
циркачество, клоунада?
Да, именно так рассуждал один из моих старинных приятелей, разговор с
которым я выше привел; и именно к такой бессмыслице всякий должен прийти, у
которого жизнь есть только жизнь и который никуда не хочет выходить за
пределы жизни. После многих лет размышлений я уже так не думал. И вот что у
меня получилось.
Жизнь, общая родовая жизнь порождает индивидуум. Но это значит только
то, что в индивидууме нет ровно ничего, что не существовало бы в жизни рода.
Жизнь индивидуумов -- это и есть жизнь рода. Нельзя представлять себе дело
так, что жизнь всего рода -- это одно, а жизнь моя собственная -- это
другое. Тут одна и та же, совершенно единая и единственная жизнь. В человеке
нет ничего, что было бы выше его рода. В нем-то и воплощается его род. Воля
рода -- сам человек, и воля отдельного человека не отлична от воли его рода.
Конечно, отдельный человек может стремиться всячески обособляться от общей
жизни, но это может обозначать только то, что в данном случае приходит к
распадению и разложению жизнь самого рода, разлагается сама жизнь данного
типа или в данное время, или в данном месте. Так или иначе, но всегда жизнь
индивидуума есть не что иное, как жизнь самого рода; род -- это и есть
единственный фактор и агент, единственное начало, само себя утверждающее в
различных индивидуумах.
Жизнь породила меня. Но ведь это значит, что сам я породил себя. Ибо
кто такое я сам? "Я сам" -- это есть ведь сама жизнь, которая себя утвердила
в одном каком-то виде, то есть в виде меня. Никакого "меня самого" и нет
помимо самой жизни. Не я живу, но жизнь живет во мне и, так сказать, живет
мною. В то самое мгновение, когда меня порождает кто-то другой, в то же
самое мгновение начинаю и я сам утверждать свое собственное бытие. Ребенок с
момента первого зачатия в материнской утробе уже настолько же порождается
другим началом, насколько порождает и сам себя. И это -- один и единственный
акт жизни -- рождение меня кем-то другим и рождение меня мною же самим. В
остальном и в дальнейшем моя жизнь идет не извне, вплоть до самой смерти. И
живу я так, что это есть жизнь и моя и рода; и умираю я так, что это есть и
результат жизни вообще и моей собственной. И умираю я, строго говоря,
настолько же по своей воле, насколько и по воле общей жизни; и если мне не
хочется умирать, то это значит, что жизни вообще не хочется умирать, что сам
род, сама родовая жизнь не хочет во мне умирать. И если я все-таки умираю,
то это значит только, что общая жизнь рода должна умереть, что смерть ей так
же нужна, как и сама жизнь.
Но как назвать такую личную жизнь, такую жизнь индивидуума, когда
человек родится или умирает, растет или хиреет, здравствует или болеет, и
все это есть только стихия общеродовой жизни, когда это есть правильное,
нормальное и естественное состояние мира, при котором всякая индивидуальная
воля осмыслена лишь как общая воля, когда все отдельное, изолированное,
специфическое, личное, особенное утверждает себя только лишь на лоне целого,
на лоне общей жизни, на лоне чего-то нужного, законного, нормального,
сурового и неотвратимого, но своего, любимого, родного и родственного, на
материнском лоне своей Родины?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики