ТОП самых читаемых авторов     ИСКАТЬ КНИГУ НА САЙТЕ

новая информация для научных статей по экономике и гражданским войнам, а также этническая структура Русского мира
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Гиппиус Зинаида
Последние стихи
Зинаида Гиппиус
Последние стихи
1914 - 1918
НЕПРЕДВИДЕННОЕ
1913 г.
По слову Извечно-Сущего Бессменен поток времен,
Чую лишь ветер грядущего
Нового мира звон.
С паденьем идет, с победою? Оливу несет, иль меч?
Лика его не ведаю,
Знаю лишь ветер встреч.
Летят нездешними птицами В кольцо бытия, вперед,
Миги с закрытыми лицами...
Как удержу их лет?
И в тесности, и в перекрестности, Хочу, не хочу ли я
Черную топь неизвестности
Режет моя ладья.
ТИШЕ
"...Славны будут великие дела..."
Сологуб
Поэты, не пишите слишком рано, Победа еще в руке Господней. Сегодня еще дымятся раны, Никакие слова не нужны сегодня.
В часы неоправданного страданья И нерешенной битвы Нужно целомудрие молчанья И, может быть, тихие молитвы.
Август 14.
АДОНАИ
Твои народы вопиют: доколь? Твои народы с севера и юга. Иль ты еще не утолен? Позволь Сынам земли не убивать друг друга!
Не ты ль разбил скрижальные слова, Готовя землю для иного сева? И вот опять, опять ты - Иегова, Кровавый Бог отмщения и гнева!
Ты розлил дым и пламя по морям, Водою алою одел ты сушу. Ты губишь плоть... Но, Боже, матерям Твое оружие проходит душу!
Ужели не довольно было Той, Что под крестом тогда стояла, рано? Нет, не для нас, но для Нее, Одной, Железо вынь из материнской раны!
О, прикоснись к дымнобагровой мгле Не древнею грозою, - а Любовью. Отец, Отец! Склонись к твоей земле: Она пропитана Сыновней кровью.
14.
ОТДЫХ
Слова - как пена, Невозвратимы и ничтожны.
Слова - измена, Когда молитвы невозможны.
Пусть длится дленье. Но я безмолвие нарушу.
Но исцеленье Сойдет ли в замкнутую душу?
Я знаю, надо Сейчас молчанью покориться.
Но в том отрада, Что дление не вечно длится.
14.
"ПЕТРОГРАД"
Кто посягнул на детище Петрово? Кто совершенное деянье рук Смел оскорбить, отняв хотя бы слово, Смел изменить хотя б единый звук?
Не мы, не мы... Растерянная челядь, Что, властвуя, сама боится нас! Все мечутся, да чьи-то ризы делят, И все дрожат за свой последний час.
Изменникам измены не позорны. Придет отмщению своя пора... Но стыдно тем, кто, весело-покорны, С предателями предали Петра.
Чему бездарное в вас сердце радо? Славянщине убогой? Иль тому, Что к "Петрограду" рифм грядущих стадо Крикливо льнет, как будто к своему?
Но близок день - и возгремят перуны... На помощь, Медный Вождь, скорей, скорей! Восстанет он, все тот же, бледный, юный, Все тот же - в ризе девственных ночей,
Во влажном визге ветреных раздолий И в белоперистости вешних пург, Созданье революционной воли Прекрасно-страшный Петербург!
14 дек. 14.
ВСЕ ОНА
Медный грохот, дымный порох, Рыжелипкие струи, Тел ползущих влажный шорох... Где чужие? Где свои?
Нет напрасных ожиданий, Недостигнутых побед, Но и сбывшихся мечтаний, Одолений - тоже нет.
Все едины, все едино, Мы ль, она ли... смерть - одна. И работает машина, И жует, жует война...
14.
БЕЛОЕ
Рождество, праздник детский, белый, Когда счастливы самые несчастные... Господи! Наша ли душа хотела, Чтобы запылали зори красные?
Ты взыщешь, Господи, но с нас ли, с нас ли? Звезда Вифлеемская за дымами алыми... И мы не знаем, где Царские ясли, Но все же идем ногами усталыми.
Мир на земле, в человеках благоволенье... Боже, прими нашу мольбу несмелую: Дай земле Твоей умиренье, Дай побеждающей одежду белую...
14.
МОЛОДОМУ ВЕКУ
Тринадцать лет! Мы так недавно Его приветили, любя. В тринадцать лет он своенравно И дерзко показал себя.
Вновь наступает день рожденья... Мальчишка злой! На этот раз Ни праздненства, ни поздравленья Не требуй и не жди от нас.
И если раньше землю смели Огнем сражений зажигать Тебе ли, Юному, тебе ли Отцам и дедам подражать?
Они - не ты. Ты больше знаешь. Тебе иное суждено. Но в старые меха вливаешь Ты наше новое вино!
Ты плачешь, каешься? Ну что же! Мир говорит тебе: "Я жду." Сойди с кровавых бездорожий Хоть на пятнадцатом году!
14.
НЕИЗВЕСТНАЯ
Ник. С-му.
Что мне делать со смертью - не знаю. А вы другие, знаете? знаете? Только скрываете, тоже не знаете. Я же незнанья моего не скрываю.
Как ни живи - жизнь не ответит, Разве жизнью смерть побеждается? Сказано - смертью смерть побеждается, Значит, на всех путях она встретит.
А я ее всякую - ненавижу. Только свою люблю, неизвестную. За то и люблю, что она неизвестная, Что умру - и очей ее не увижу...
15.
ЗЕЛЕНЫЙ ЦВЕТОК
Зеленолистому цветку привет! Идем к зеленому дорогой красною, Но зелен зорь весенних тихий цвет, И мы овеяны надеждой ясною.
Пускай он спит, закрыт - но он живет! В Страстном томлении земля весенняя... Восстань, земля моя! И расцветет Зеленопламенный в день воскресения.
15.
СВОБОДНЫЙ СТИХ
Приманной легкостью играя, Зовет, влечет свободный стих. И соблазнил он, соблазняя, Ленивых малых и простых.
Сулит он быстрые ответы И достиженья без борьбы. За мной! За мной! И вот, поэты Стиха свободного рабы.
Они следят его извивы, Сухую ломкость, скрип углов, Узор пятнисто-похотливый Икающих и пьяных слов...
Немало слов с подолом грязным Войти боялись... А теперь Каким ручьем однообразным Втекают в сломанную дверь!
Втекли, вшумели и впылились... Гогочет уличная рать. Что ж! Вы недаром покорились: Рабы не смеют выбирать.
Без утра пробил час вечерний, И гаснет серая заря... Вы отданы на посмех черни Коварной волею царя!
. . . . . . . . . . . . . . .
А мне лукавый стих угоден. Мы с ним веселые друзья. Живи, свободный! Ты свободен Пока на то изволю я.
Пока хочу - играй, свивайся Среди ухабов и низин. Звени, тянись и спотыкайся, Но помни: я твой властелин.
И чуть запросит сердце тайны, Напевных рифм и строгих слов Ты в хор вольешься неслучайный Созвучно-длинных, стройных строф.
Многоголосы, тугозвонны Они полетны и чисты Как храма белого колонны, Как неба снежного цветы.
15.
НЕ О ТОМ
(отвечавшим)
Два ответа: лиловый и зеленый, Два ответа, и они одинаковы; Быть может и разны у нас знамена, Быть может - своя дорога у всякого, И мы, страдая, идем, идем... Верю... Но стих-то мой не о том.
Стих мой - о воле и о власти. Разве о боли? Разве о счастьи?
И кем измерено, и чем поверено Страданье каждого на его пути? Но каждому из нас сокровище вверено, И велено вверенное - донести.
Зачем же "бездомно скучая" ищем На мерзлом болоте вялых вех, Гордимся, что слабы, и наги, и нищи? Ведь "город прекрасный" - один для всех. И надо, - мы знаем, - навек ли, на миг ли, Надо, чтоб города мы достигли.
Нищий придет к белым воротам В рубище рабства, унылый, как прежде... Что, если спросят его: кто там? Друг, почему ты не в брачной одежде?
Мой стих не о счастьи, и не о боли: Только о власти, только о воле.
15.
МОЛОДОЕ ЗНАМЯ
Развейся, развейся летучее знамя!
По ветру вскрыли, троецветное! Вставайте, живые, идите за нами!
Приблизилось время ответное.
Три поля на знамени нашем, три поля:
Зеленое - Белое - Алое. Да здравствует молодость, правда и воля!
Вперед! Нас зовет Небывалое.
15.
НЕРАЗНИМЧАТО
В нашем прежде -- зыбко-дымчато, А в Теперь -- и мглы, и тьмы. Но срослись мы неразнимчато Верит Бог! И верим мы.
15.
ЧЕРНЕНЬКОМУ
Н.Г.
Радостно люблю я тварное, святой любовью, в Боге. По любви - восходит тварное наверх, как по светлой дороге.
Темноту, слепоту - любовию вкруг тварного я разрушу. Тварному дает любовь моя
бессмертную душу.
15.
СВЕТ
Стоны, Стоны, Истомные, бездонные, Долгие, долгие звоны Похоронные, Стоны, Стоны...
Жалобы,
Жалобы на Отца...
Жалость язвящая, жаркая,
Жажда конца,
Жалобы,
Жалобы...
Узел туже, туже, Путь все круче, круче, Все уже, уже, уже, Угрюмей тучи, Ужас душу рушит, Узел душит, Узел туже, туже...
Господи, Господи, - нет!
Вещее сердце верит!
Боже мой, нет!
Мы под крылами Твоими.
Ужас. И стоны. И тьма... - а над ними
Твой немеркнущий Свет!
15.
О ПОЛЬШЕ
Я стал жесток, быть может... Черта перейдена. Что скорбь мою умножит, Когда она - полна?
В предельности суровой Нет "жаль" и нет "не жаль"... И оскорбляет слово Последнюю печаль.
О Бельгии, о Польше, О всех, кто так скорбит Не говорите больше! Имейте этот стыд!
15.
ЕМУ
З.Р.
Радостные, белые, белые цветы... Сердце наше, Господи, сердце знаешь Ты.
В сердце наше бедное, в сердце загляни... Близких наших, Господи, близких сохрани!
15.
ОН
Он принял скорбь земной дороги, Он первый, Он один, Склонясь, умыл усталым ноги Слуга - и Господин.
Он с нами плакал - Повелитель И суши, и морей. Он царь и брат нам, и Учитель, И Он - еврей.
15.
ВТОРОЕ РОЖДЕСТВО
Белый праздник - рождается предвечное Слово, белый праздник идет, и снова вместо елочной восковой свечи, бродят белые прожекторов лучи, мерцают сизые стальные мечи, вместо елочной восковой свечи. Вместо ангельского обещанья, пропеллера вражьего жужжанья, подземное страданье ожиданья, вместо ангельского обещанья.
Но вихрям, огню и мечу
покориться навсегда не могу,
я храню восковую свечу,
я снова ее зажгу
и буду молиться снова:
родись, предвечное Слово!
затепли тишину земную,
обними землю родную...
15.
ТОГДА И ОПЯТЬ
Просили мы тогда, что помолчали
Поэты о войне; Чтоб пережить хоть первые печали
Могли мы в тишине.
Куда тебе! Набросились зверями:
Война! Войне! Войны! И крик, и клич, и хлопанье дверями...
Не стало тишины.
А после, вдруг, - таков у них обычай,
Военный жар исчез. Изнемогли они от всяких кличей,
От собственных словес.
И, юное безвременно состарив,
Текут, бегут назад, Чтобы запеть, в тумане прежних марев,
На прежний лад.
15.
БЕЗ ОПРАВДАНЬЯ
М. Г-му.
Нет, никогда не примирюсь.
Верны мои проклятья. Я не прощу, я не сорвусь
В железные объятья.
Как все, пойду, умру, убью,
Как все - себя разрушу, Но оправданием - свою
Не запятнаю душу.
1 2 3
ТОП самых читаемых авторов     ИСКАТЬ КНИГУ НА САЙТЕ    
   
загрузка...

Рубрики

Рубрики