ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Ждан был неимоверно счастлив свалившейся на него удачей, он тотчас же попытался наиграть что-то на музыкальной трубке, но, будучи совершенно неприспособленным к подобного рода занятию, признав свое поражение, отдал ее Логгину. Последний, не прошло и минуты после начала игры, поймал в трепетные сети молодую крестьянку, неожиданно сорвавшуюся к нему с возка, где она доселе пребывала в кругу семьи и тотчас же, сконфузившись, отпустил ее на все четыре стороны под наш восторженный хохот.
Сам Логгин приобрел несколько туземных платьев и, перед тем как отправиться в путешествие к Великокняжескому лесу, успел нарядиться в одно из них, самое, на мой взгляд, мешковатое и причудливо пестро раскрашенное; впрочем, нельзя сказать, что он не производил в нем впечатления, скорее, напротив, не мог не вызвать изумленных взоров случайных путников, что попадались нам на пути. Ждан отпускал некоторое время шуточки на счет ставшего столь колоритным родственника, а затем зашел в кабачок, где среди посетителей разыгрывались призы среди лучших арбалетчиков, и со свойственной ему прямолинейностью выиграл лучший на его взгляд - теплую лопоухую ермолку - и водрузил на голову Логгина.
От женщин всегда довольно трудно ожидать оригинальности в выборе покупки, так и в этот раз: Рада пополнила свой арсенал снадобий, бальзамов и благовоний, выйдя из лавки с начисто опустошенным кошельком, своим и Ждана; Еннафа же выпросила у меня ароматические сережки с самой далекой полки ювелирной лавки, видимо, имея под этим определенную мысль. И мысль эта выплыла наружу, не успела она приобрести себе диадему с рубинами и кошачьими хризобериллами, как я, к тому времени обогатившийся лишь на браслет, усеянный камнями, что принято называть просто сапфирами, а так же падпараджами и крупными лейкосапфирами, почувствовал непреодолимое влечение к той, которой надел удивительные сережки. Еннафа была в настроении и позволила мне увлечься своими желаниями и разделила их; для этого сгодилась и комнатка ювелира позади его торговой залы.
Уже в вагончике, везущем нас к Великокняжескому лесу, Рада вызвалась сама испробовать приобретение своего дружка, направив напевы музыкальной трубки, то тихие то безудержно звонкие, против владельца. Ждан, в пылу любовной страсти едва не сокрушил напрочь внутреннее убранство вагончика, предпринимая безуспешные попытки догнать и заключить в объятия неуловимую, точно ветерок Раду. Логгин пришел в совершеннейший восторг и с удовольствием присоединился к хору наших с Еннафой шуточек, добавив в него свои, подчас довольно меткие и остроумные.
К тому моменту, как мы выбрали место для отдыха, Рада была удовлетворена совершенно, так же совершенно вымотан и измучен сладострастными порывами Ждан: когда мы остановились, присмотрев полянку с красивым видом на море, он попросту рухнул в траву, оставив без внимания все ехидства Логгина в его адрес. Рада же была настроена столь благодушно, что в итоге включилась в нашу с Еннафой беседу о возвышавшемся вдали монастыре и приветливо добродушно встретила вернувшуюся из бегства Хионию.
Хиония пришла не одна, на ярмарке она купила рабыню, и теперь вела представить нашей компании. Рабыня, туземка, была удивительно, просто невероятно красива, Хиония, заметив, в каком изумлении все общество смотрит на ее покупку, просияла совершенно и заметила, то это приобретение того стоит.
- Ее зовут Тамила, - произнесла Хиония и, снявши с рабыни халат, приказала ей исполнить какой-нибудь танец.
Под наши восторженные хлопки и постоянно срывающиеся с уст возгласы одобрения, Тамила принялась танцевать. Она изображала танец нежности и любовной страсти одинокой девушки, ждущей своего возлюбленного; кажется, танец все же уколол и саму Хионию, она едва заметно переменилась в лице, когда Тамила исполнила обряд встречи и жестом прервала наше удовольствие. Рабыня по знаку легла перед ней на расстеленные ковры.
Взволнованно оглядывая рабыню и осторожно касаясь ее бархатной кожи то трепетавшими пальцами, то губами, Хиония не уставала повторять:
- Нет, вы поглядите на нее, нет, лучше потрогайте. Она само совершенство, вы никогда не видели, не могли видеть ничего подобного. И не спорьте, моя покупка лучше всех ваших вместе взятых. Вы смотрите, смотрите внимательнее. Ну, скажите, что может с нею сравниться? с ее кожей, с ее....
Краешком глаза я заметил, как побледнела Рада и как порывисто принялась обрывать лепестки пиона Еннафа. Кажется, кроме меня на это никто не обратил внимания, все были то со сладострастием, кто с душевным томлением, погружены в зрелище неправдоподобной, совершенной красоты рабыни, описать которую просто не представляется возможным, не дано и самому одаренному пииту. Тамила лежала не шевелясь, лишь легкой улыбкой, скорее даже ее тенью выдавая свои чувства, она, должно быть, и предвидеть не могла столь бурных восторгов по поводу своего облика и потому не представляла никоим образом как именно себя следует вести в отведенной ей Хионией рамках. А потому просто принимала, стараясь не задумываться, ласки и поцелуи хозяйки, которая не уставала восторгаться своим приобретением.
- Повернись! - крикнула Хиония, и Тамила послушно перекатилась на спину, подставив языку и пальцам хозяйки свою спину. Она не знала, куда деть руки, и потому держала их по-прежнему по швам.
Раскрасневшаяся Хиония прилегла рядом, прижавшись щекою к ягодицам рабыни и поглаживая ее точеные ноги. На нас, как казалось, она не обращала ни малейшего внимания, лишь на Тамилу. И оттого, или мне так почудилось, густыми волосами своими незаметно старалась прикрыть уродливый рубец, пересекавший наискось левую щеку, рубец от проклятия десятилетней давности.
1 2 3

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики