науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 



СИНИЕ МАКИ


М.Мэнсон


Силы почти оставили его. Уперев ноги в землю и напрягая
мышцы, Конан снова и снова пытался оторваться от
предательского монолита, от этой пленившей его железной
колонны. Тщетно! Чудилось, еще немного, и вздувшиеся,
словно корабельные канаты, мускулы варвара преодолеют силу
чар, и тяжелеющее тело оторвется от темной полированной
поверхности; однако странное колдовство, которое держало
его здесь, всякий раз оказывалось сильнее.
Со всхлипом протолкнув воздух в горящие легкие, Конан
вывернул шею и уставился вверх - на медленно сползающий по
гладкому боку монолита полупрозрачный студень.
- Сэт забери проклятого этого Фенга! - выругался он
сквозь зубы. Широкий лоб киммерийца покрыла испарина,
доспех, словно живой, медвежьими объятьями давил на грудь,
а руки и ноги будто бы обратились в тяжеленные бревна.
Конец! - промелькнула в голове Конана мысль. Зарычав от
ярости, он погнал ее прочь. Если б у него было хоть
несколько мгновений, чтоб дать отдых уставшим мышцам! Если
б проклятый панцирь не сжимал стальным обручем его ребра!
Тогда бы он, пожалуй...
Нож! - вдруг всплыло у него в памяти. Где-то тут должен
быть нож!
С трудом ворочая головой под тяжелым шлемом, Конан
вновь принялся озираться и вскоре обнаружил ржавый клинок,
прилипший к колонне неподалеку от его правого локтя.
Так! Теперь осталось лишь протянуть руку... Медленно,
точно продавливая каменную стену, варвар ухитрился
сдвинуться чуть в сторону, пока наконец непослушные пальцы
не сомкнулись на шершавой рукояти ножа. Закусив губу до
крови и стараясь не обращать внимания на зловонный запах
надвигавшейся сверху твари, Конан осторожно потянул нож к
себе.
С сухим треском острый кончик отломился, однако большая
часть лезвия вместе с рукоятью осталась в руке у
киммерийца. Сердце его возликовало! Заставив себя не
глядеть вверх и не думать о том, что скользкие щупальца
стерегущей монолит твари уже жадно ощупывают навершие его
шлема, Конан начал яростно кромсать ремень, скреплявший
нагрудник с остальной частью доспеха.
Но крепкий кожаный ремень упорно сопротивлялся его
попыткам. Он был прочен, как якорная цепь! Не веря
собственным глазам, Конан вновь и вновь царапал его ржавым
лезвием, но на темной, покрытой сеткой морщин поверхности
кожи всякий раз оставался лишь какой-то рыжий порошок: пыль
- не пыль, труха - не труха...
- Кром! Да что же это? - заорал он, терзая непокорный
ремень, и немедленно в голове сложился ответ - как будто
кто-то, с ехидной ухмылкой наблюдавший за его усилиями,
решил подсказать, в чем дело. Несомненно затем, чтобы гнев
его, отчаянье и муки усилились еще больше!
- Это стирается твой нож, твой ржавый нож, - услышал
ошеломленный киммериец. И правда: только сейчас он заметил,
что проржавевшее стальное лезвие постепенно истончается,
тает, как утренний туман, превращаясь в неровную дорожку
бурого порошка...
Заревев, словно смертельно раненный буйвол, Конан
отбросил в сторону бесполезное орудие и титаническим рывком
едва не выворотил столб из земли. Но было поздно: ядовитая
тварь мутным водопадом стекла ему прямо на лицо, залепляя
глаза, рот, уши, ноздри белесой слизью, жгучей, словно
кипящая смола. Захлебываясь собственным криком, Конан
вонзил внезапно освободившиеся руки прямо в облепившую его
мутную жижу и... проснулся.

* * *

- Господин, эй, господин! - кто-то тряс его за плечо. -
Что случилось? Что с тобой, во имя Митры?
- Ничего, - буркнул Конан, чуть приоткрыв глаза и,
убедившись, что перед ним всего лишь десятник Джалай-Арт.
- Плохой сон, - добавил он, переворачиваясь на спину и
зевая во весь рот. - Чего только не приснится в этих
поганых горах! Уже рассвело?
- Да, господин. Рассвет, как задница Нергала - серый и
холодный... - осунувшееся и потемневшее от усталости лицо
Джалай-Арта болезненно сморщилось, но Конан, не дав ему
открыть рот, тут же приказал:
- Поднимай людей, ослиный хвост! Нам уже давно пора в
седла. Шатры и мешки бросить, на коней, и деру! Иначе все
будем у Нергала в заднице!
- Но, господин, люди измотаны... - Из всего отряда
наемников, подчиненных Конану, один лишь Джалай-Арт, правая
рука и верный помощник, осмеливался иногда спорить с ним.
Обычно киммериец относился к этому с философским
спокойствием - на то он и помощник, чтобы изредка шевелить
собственными мозгами, однако ночной кошмар не располагал к
спорам. Пожалуй, для сегодняшнего утра это был бы явный
перебор.
С трудом подавив разгоравшийся гнев, Конан уперся в
лицо десятника синими льдинками глаз и процедил сквозь зубы:
- Делай, как велено! В седла! Всем! И пусть эти потомки
псов поторапливаются - если не желают, чтоб яги украсили
свои норы их головами!
- Я подниму людей, - покорно сказал Джалай-Арт и исчез.
Какое-то время до слуха Конана долетал лишь мягкий
топот его сапог да отдаленное ржание встревоженных скакунов.
- Вот и отлично, - прорычал киммериец, поднимаясь на
ноги.
По счастью, Джалай-Арт не был упрямцем - иначе он и не
задержался бы в отряде Конана надолго. Десятник всегда
выполнял приказы своего капитана, убедившись пару раз, что
тот всегда настоит на своем - не словом, так кулаком.
Однако за исключением преданного помощника да послания
к туранскому властелину, спасенного из паучьих лап
предателя Фенга, похвастать Конану было нечем: третий день
он уводил свой отряд от преследовавших их ягов, и только
благодаря счастливой судьбе ему удавалось пока что избегать
открытого сражения. Яги, о коих рассказывал ему Фенг, были
страшным народом, племенем дикарей и охотников за головами,
и горы свои они знали как пять пальцев.
К сожалению, привыкшие к степным просторам туранские
скакуны не могли быстро двигаться по извилистым и крутым
горным тропам, в то время как яги, и в глаза не видевшие
зверя крупней горных коз, они одним им неизвестными
проходами да ущельями, ухитряясь не только не отставать от
всадников, но даже нагонять их. Быть может, уставшие и
вконец измотанные солдаты Конана не ощущали тревожного
напряжения, но сам он с каждым утром чувствовал, что враг
подходит все ближе и ближе. И становится все нетерпеливей и
опасней.
Вот и сейчас, глотнув вина из фляги и опоясавшись мечом,
Конан подозрительно зыркнул вдоль нависавших с обоих сторон
угрюмых зубцов скал, как будто там, за каждым из камней,
затаилось по дюжине кровожадных разбойников. Убедившись,
что его самые худшие опасения пока не оправдались, он
потянулся и подставил грудь налетевшему в долину холодному
горному ветру. Свежий, пахнущий снегом воздух моментально
взбодрил его; киммериец с наслаждением почувствовал, как
последние остатки ночного кошмара выветриваются из головы,
а мышцы, онемевшие от бесконечной скачки, наливаются силой.
Однако нечто неуловимое, повеявшее над ущельем, опять
заставило его наморщить лоб. Конан вновь принялся втягивать
в себя утренний морозный воздух, но на этот раз уже совсем
по-другому - не смакуя, а принюхиваясь, словно огромный
охотничий пес. Постепенно лицо его становилось мрачнее
грозовой тучи.
Да! Определенно так! Сегодня воздух пах не только
снегом и жухлой травой; вместе с этими безобидными
ароматами горный воздух принес еще три явственно различимых
запаха - вонь овечьих шкур, смрад давно немытого
человеческого тела и запах стали.
- Пошевеливайтесь, ублюдки! - взревел Конан, взмахом
фляги подгоняя своих солдат. - Яги у нас на хвосте! Трубить
сбор, сворачивать лагерь, и в седла!
- А пожрать, капитан? - проорали в ответ десять сиплых
глоток.
- На Серых равнинах пожрете, - хмуро пообещал Конан и
вскочил на подведенного ему угольно-черного жеребца.
Над лагерем туранцев повисла тревожная трель боевого
рожка.

* * *

Яги атаковали отряд на закате. Когда вереницы
шатавшихся от усталости людей и лошадей втянулась в узкое,
словно игольное ушко, ущелье, воздух над ними вдруг
огласился оглушительным и леденящим кровь воем, который тут
же подхватило гулкое горное эхо. Ошеломленным туранским
всадникам, еле справлявшимся с испуганными лошадьми,
показалось, что это вопит само ущелье - каждая скала,
каждый камень, каждый чахлый куст. Однако тут же, перекрывая
этот страшный вой, в уши туранцев ворвался яростный рык их
командира.
1 2 3 4 5
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...

Рубрики

Рубрики