ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я, как через сугробы, пробирался через одеяла, путался в них и падал на равнину, которая смягчала падение и качалась подо мной. Кое-где слышалось дыхание спящих, сонное бормотание и вскрики от ночных кошмаров, иногда я касался ногой какого-нибудь спящего. Поднялся легкий ветер, простыни на равнине вздулись и заволновались, их шелест мешался с сонным дыханием.
Одеяльная равнина пошла вверх, передо мной возникли холмы, покрытые простынями и одеялами, по этим холмам из простыней съезжали лыжники и лыжницы в пижамах, ночных рубашках и нижнем белье. Я подошел к стеклянному строению с крутой крышей, которое напоминало кафе «На перекрестке» в Крконошах, перед домиком в щелях между матрасами красовались лыжи, украшенные мелкими цветочками, полосочками и прочими узорами, привычными для постельного белья. Я вошел внутрь; у столиков сидели люди в ночных одеяниях. Я устроился возле окна и наблюдал за лыжниками на склонах. За соседним столиком сидели две дамы в розовых ночных рубашках, я услышал их разговор:
– Пойдешь завтра с нами в горы?
– Я боюсь; объявили о возможном сходе лавины, я никак не могу забыть о том, как моя одноклассница попала под лавину и несколько часов пролежала во тьме под одеялами, пока ее не учуяла лавинная собака. За это время она сочинила стихотворение, в котором говорится о золотых мотоциклах, воссиявших в мозге прозревшего, и о том, зачем нужно, чтобы побежденные сочувствовали победителям. Слова из этого стихотворения об овцах, упрямо тянущих откуда-то длинные и толстые электрические кабели в кафе отеля «Европа», полное посетителей, опечаленных подобными действиями овец, легли в основу сюжета огромной фрески, перед которой на моего шурина, возвращавшегося с конгресса по философии, где он читал доклад о том, что главную проблему метафизики необходимо решать в духе мюсли с орехами, напали продавщицы рыб, они били его кулаками по лицу и кричали ему: «Хорошо замаскированная шоссейная сеть – это так же благородно, как животное, которое все ловят в сонатах для фортепиано, сделай нам новую Снегурочку, придурок!» Но даже после этого он не смог ответить на вопрос, что он полагает главной проблемой метафизики.
– Да, невеселая история.
Я бы с удовольствием проник еще дальше в это таинственное пространство; я даже попытался залезть на гору из матрасов, но подъем становился все более крутым, и мне пришлось отказаться от этой идеи. Я снова спустился и попробовал обойти горный массив, но мягкие горы с одеялами на дне темных впадин были все круче. Я услышал тихое ворчание и забеспокоился. Над равниной появились красные огоньки, которые быстро приближались ко мне. Это был вертолет с рисунком ревущего тигра на брюхе. Я побежал, однако запутался в простыне и упал на матрасы. Вертолет замер, он висел низко над равниной; простыни, пробужденные вихрем, который поднялся от кружащегося пропеллера, затеяли в воздухе сумасшедший танец. Меня ослепил свет прожектора, послышался суровый голос, искаженный мегафоном:
– Вы обвиняетесь в незаконном пересечении Границы, в расспросах, в предумышленном убийстве священной акулы и в произношении запрещенных согласных. Сопротивление бесполезно, лечь на живот, руки за голову!
Я бросился бежать, я мчался между холодными гейзерами простынь, бьющими вверх в резком свете преследовавшего меня прожектора. Нежно, точно играющие мелодию часы, заговорил бортовой пулемет; пули зарывались в подушки и одеяла, из дырок поднимались облака пуха и перьев и носились между колышущимися простынями. Я приноровился использовать при беге пружины матраса, совершал длинные прыжки, и чем резче я падал на равнину, тем выше и дальше бросал меня матрас, мои прыжки становились все длиннее, в конце концов я по дуге пролетал над кучей одеял и над спящими по нескольку десятков метров. Однако вертолет обогнал меня и, словно гигантское омерзительное насекомое, подлетел спереди; я упал на одеяло и смотрел, как вертолет приближается и снижается, как простыни вздымаются все выше, одна из них намоталась на пропеллер, вертолет закачался и боком рухнул на кровать, его винт все вращался и рвал простыни, одеяла и матрасы и поднимал в воздух перья, лоскуты и куски поролона, а потом раздался взрыв, звук которого напоминал гармонический аккорд, взятый множеством духовых инструментов, и вертолет сгинул в холодном синем пламени.
Я остался лежать там, где упал, и немного поспал. Я так устал от бешеной погони, что мне недостало сил опять отправиться в горы и искать перевал, по которому можно было бы проникнуть в глубь иного пространства, и я вернулся по постельной равнине в темную квартиру. Там я оделся и совсем было собрался уходить, когда раздался резкий стук в окно. За стеклом сидела птица-декламатор Феликс. Я обрадовался, что снова вижу его, и тут же открыл створки, но Феликс, оставшись на наружном подоконнике, поклонился и стал быстро читать стихотворение, которое он пытался продекламировать еще во время нашей первой встречи на крыше храма Святого Вита. Он читал с огромным пафосом и особо отмечал места, которые ему казались важными для восприятия, взмахами крыльев и низкими поклонами, так что я боялся, что он свалится с подоконника:
Пой об окраинных землях, которым срединный закон неизвестен,
Варвар с равнины там молча кубок хмельной осушает
Вместе с таможенным стражем земель отдаленных, в которых
Тот, кто победы лишен, обрести ее сызнова может,
Возле реки бесконечно блуждая иль в комнатах задних
Лавок, где сладости грудой лежат у витрин, что на площадь выходят,
Или касаясь предметов различных в пространстве бесцельном.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики