ТОП самых читаемых авторов     ИСКАТЬ КНИГУ НА САЙТЕ

 новая информация для научных статей по экономике 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


ЩИТ АГИБАЛЛА

А.Олдмэн


Нергал меня дернул назначить встречу в корчме старого
Шрухта!
Зря предчувствиям не внял, выходит, а ведь было над чем
призадуматься.
Тоска какая-то полезла в душу, как только сверну на
Тропу Мертвецов. Тревога, видения нехорошие - гадость,
словом. Иду и думаю: что за дрянь? Не оттого же мне
муторно, что сумерки темно-синие из-под еловых лап уже
лезут, и дорога, днем белая, песчаная, десятки раз
хоженая, расплывается, словно сновидение под утренним
ветерком. Что мне до тех сумерек? Не темноты здесь надо
бояться и, уж конечно, не мертвецов, а если знаешь, что
тебе грозит, это уже полдела. Это уже почти что ты и в
безопасности.
Иду и таким вот манером себя успокаиваю. Легкая синеющая
пыль вздымается под ногами и приятственно их холодит: иду я
босиком, сандалии за плечами. Чего зря обувь топтать? И
потом - верю я, что земля силу дает, а сила эта сквозь
кожаные подошвы не очень-то проникает.
Лес в Гиблом Распадке густой: ели мхами поросли,
подлесок колючий далее пяти шагов с дороги не пустит.
Каркает кто-то в подлеске, ухает. Мелкие твари, нестрашные.
А страшно мне становится по-настоящему, когда
поворачиваю за песчаный откос, что нависает над тропой по
левую руку, тот самый, возле которого, как сказывают,
настигли некогда убийцы старого князя Увлехта и кишки ему
выпустили. За этим поворотом и начинается, собственно,
Тропа Мертвецов, хотя вся дорожка к корчме Шрухта так
называется.
Тут, за поворотом, сероволосые и ставят свои столбы.
Столбы эти витые, резные, с мордами рыбьими и птичьими,
локтей десяти- пятнадцати высотой, а наверху ящики с
покойниками. Ящики тоже украшены страшной резьбой и
снабжены крышками наподобие маленьких домиков. Оттого и
зовутся - домовины. В сих скорбных хоромах - прах, кости,
плоть зловонная. Сквозь стенки запах иногда доносится
такой, что голова кругом идет. Тем более, мрут сероволосые
последнее время немало, и все новые покойнички определяются
на постоянное проживание вдоль Тропы Мертвецов. Сколько
добра в тех домовинах - богам только ведомо. Здешние
считают, что умершие должны все необходимое с собой иметь:
утварь, оружие, даже драгоценности. Кладут, лихих людей не
опасаются. А чего опасаться, когда любой малец знает, что
мертвецы шутить не любят и добро свое запросто так нипочем
не отдадут!
Мальцы, может, так и думают, но взрослые-то давно
смекнули, что бережет кувшины, плошки, мечи и браслеты в
домовинах. Днями по белой дороге разъезжает отряд
стражников-ополченцев, а ночами... Ночами любой тать, если,
конечно, ума он совсем не лишился, скорее даст отсечь себе
руку или что еще поценнее, а только к столбам не сунется. И
в сумерки не сунется, когда до появления роя не более одной
свечи осталось!
И вот, поворачиваю я за откос, и вижу, что возле первого
столба сидит некий человек и уплетает за обе щеки пресную
лепешку, из тех, которые здешние складывают к подножию в дни
поминовения.
Само по себе это уже удивительно. Не знаю я ни одного
человека, кто польстился бы на подобное угощение. Сам видел
старого нищего, у которого еда мертвецов из ушей вылезла. А
этот парень, синеглазый и темнокожий, здоровый, как буйвол и
спокойный, как Толстая Башня в стольной Кельбаце, трескает
за милую душу, рассевшись у основания погребального столба,
словно в немедийском трактире. Рожа у парня наглая,
подбородок тяжелый, одет он в какие-то обноски, а между
колен зажат короткий меч в потертых ножнах.
Ладно, мы всяких видели. И таких, между прочим, что в
Гиблый Распадок гоголем влетали, да курицей ощипанной
улепетывали. Если, конечно, боги давали ноги унести.
Немало костей белеет в окрестных чащах, и никто не думает
погребать их в домовинах.
Так я думаю и пылю спокойненько мимо. Парень на меня
синие зенки таращит и молча челюстями двигает.
Миновал я уже почти глупца здорового, и тут вдруг язык
зачесался. Столько раз говорил себе: кто рот раскрывает, тот
часто глаза навек закрывает! И не только говори, видел тому
подтверждение. И в Бритунии затрюханной видел, и на севере,
и на юге. Везде одно и то же. Держи свое при себе - дольше
проживешь. Ну, да наверное, судьба у меня такая: во все
соваться. Одно слово: Альбинос...
- Эй, - говорю парнишке, - позволь тебе заметить, что
ты ешь пищу мертвых.
Он набычился, рукоять меча своего погладил и говорит:
- А ты кто таков, чтобы мне советы давать?
- Зовусь я, - отвечаю, - Халар Ходок, меня здесь все
знают. А тебя что-то не припомню.
- Меня, - отвечает здоровяк, - только тот помнит, кто
мне по нраву. Остальные жду. На Серых Равнинах.
И осклабился. Зубы у него белые на удивление, на лице -
ни парши, ни "огня бледного". Хорошее лицо, хоть и злобное.
Я, конечно, свою палочку тут поудобнее перекинул, чтоб
он заметил. Палочка крепкая, на одном конце медный
наконечник с крючком, на другом - свинцовый набалдашник.
Может, кто меч или там булаву предпочитает, а мне и с
палочкой хорошо. Редко подводила.
- Ты, - говорю, - видно, иноземец. Похож на киммерийца,
коих даже в дикой Бритунии почитают за варваров. Лет тебе
немного, шестнадцать-семнадцать. В наших краях не бывал.
Так послушай, ежели желаешь, доброго человека. У нас тут
так: не укрылся на ночь за стенами - погиб. Мне плевать,
что ты мертвецов объедаешь, это пусть старейшины да жрецы
яйца чешут, но ежели мозги твои по весу достойны тела,
пораскинь ими. Корысти у меня нет, предупредить хочу.
- Ладно, - бурчит здоровяк, - предупредил. Что за твари
ночные, коих вы так боитесь? У меня, - тут он снова
погладил свой меч, - кое-что для них имеется.
- Против этой заразы, - отвечаю, - твоя игрушка что
веер придворной дамы супротив насильника. Сколько ни махай
- толку не будет.
Тут он поднимается, и я вижу, что киммериец на пол
головы меня выше и в плечах шире раза в два.
- А откуда ты, - гудит, - моль бледная, узнал, сколько
зим минуло с моего рождения и откуда я родом?
Не стал я ему объяснять, что вижу гораздо больше: и то,
что был он гладиатором в жуткой Гиперборее, и бежал оттуда,
и приключений имел немало... Положа руку на сердце, сам не
знаю, как это у меня получается, а только люди для меня -
не загадка. Хотя и отведал яиц оотэка лишь дважды, и открыл
их пагубную тайну, - потом отвратился от дурного
пристрастия, чего и всем желаю.
"Моль бледную" в другой раз, может быть, и не стерпел
бы, но встреча у Шрухта была куда важнее случайной стычки
на вечереющей дороге, и грусть-тоска почти отпустила, не
знаю почему. Быть может, здоровяк-киммериец, жрущий пищу
мертвых со спокойной ухмылкой, всколыхнул в душе что-то
далекое и полузабытое.
- Ладно, - говорю примирительно, - не след на ночь
глядя тут торчать. А ежели мечом помахать хочешь не
запросто так, а по делу, приходи в корчму "Божий глаз",
далее по дороге. Там буду тебя ждать. Солнце взойдет,
тогда и выясним, кто моль бледная, а кто шут колдунов
гиперборейских...
Тут он на меня и прыгнул. Хорошо прыгнул, по всем
правилам: чем сразу из ножен долой, и выпад мне в живот,
да еще с выкрутом! Такой выкрут, ежели дело до конца
довести, кишки по елкам развесит. "Штопор" у гладиаторов
зовется, а откуда то ведаю - не спрашивайте, никогда в
казармах Халоги не был, да и не очень туда собираюсь.
С трудом я отбился палочкой, живот свой тощий
от потрошения спас, а юноша северный уже снова в атаку
летит, и тут я смекаю, что не зря дурные предчувствия меня
мучили. Многих супротив моя деревяшка стояла, а
такой ярости по пустяку ее хозяин доселе не видывал! Решил,
видать, за пару слов меня северянин порешить, не иначе.
Ладно. Скакали мы в синей пыли довольно долго. Задел он
мне плечо, хитон разорвал и плечо оцарапал, да я ему
единожды набалдашником свинцовым ляжку огрел - смешные
поранки! Пока топтались, темень совсем упала. И вижу,
палкой размахивая, как из-под лап нависших, из-под
подлеска, начинает выползать... Он, рой гибельный!
- Стой! - ору я киммерийцу. - Стой, дубина оледенелая,
иначе обоим хана!
Он, даром что воин пылкий, - чутье, как у животного, -
сразу застыл, только глязенками синими вращает и острие
клинка с меня не сводит. Дыхалка у него сразу успокоилась,
взгляд осмысленный: рубака, как есть, бывалый. То и спасло
нас.
1 2 3 4 5 6 7 8
ТОП самых читаемых авторов     ИСКАТЬ КНИГУ НА САЙТЕ    
   

Рубрики

Рубрики