ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 



Пикуль Валентин
Первый университет

Пикуль Валентин
Первый университет
Время было лютейшее, ужасающая "бироновщина", хотя сам герцог Бирон менее других повинен в угнетении русского народа. Пушкин верно заметил, что он был немцем, ближе всех стоял к престолу и потому именно на него сваливали вину за все злодейства. Между тем в массовых репрессиях той поры виновата была сама императрица, подлинно "кровавая героиня" дома Романовых, пощады не ведавшая, а главным палачом состоял при ней не германец, а чистокровный русский - Андрей Иванович Ушаков.
По указу царицы со всей России везли ко двору дур и дураков, уродов и помешанных, просто говорливых баб-сплетниц. От них Анна Иоанновна получала ту полезную "информацию" о жизни народа, которым она управляла. Впрочем, не отвергая науку, однажды она через телескоп наблюдала за движением планеты Сатурн, ибо верила в астрологию. Когда же царица шествовала в храм ради молитвы, титулованные потомки Рюрика сидели на лукошках с сырыми яйцами, они и кукарекали ей, они ей и кудахтали.
В конце 1734 года место президента в Академии наук оказалось "упалое" (то есть вакантное). До царицы дошло, что ученые очень боятся, как бы власть не забрал секретарь Данила Шумахер, и она вызвала к себе барона Иоганна Альбрехта Корфа.
- Вот ты и усмири. науку-то! - сказала императрица. - О президентстве забудь и думать. Ежели в академии ученые палками дерутся и все зеркала побили, так наказываю тебе быть при науках в ранге "главного командира", дабы всем ученым дуракам страху нагнать поболе.
Корф был ворчун. Иногда он высказывал такие крамольные мысли, за которые, будь он русским, его бы сразу отвели к Ушакову на живодерню. Корф не был похож на пришлых искателей удачи, а русских не считал "варварами". При дворе с ужасом говорили, что барон все деньги тратит на приобретение редких книг, в Швеции он не побоялся читать даже "Библию дьявола", прикованную к стене цепью, которую с трудом поднимали шесть человек.
"Главный командир" академии вольнодумствовал.
- Странные дела творятся в науках, - говорил он друзьям. - Ученые Парижа считают, что Земля удлиненна в своих полюсах, подобно яйцу куриному, а в Лондоне доказывают, что господь бог расплющил ее, словно тыкву. Мне же хочется думать, что она круглая, как тарелка, и я верю в ее вращение.
Корф сразу заметил, что гимназия при Академии наук пустует, ибо все ученики ее разбежались, иных видели на папертях столичных храмов, где они христа ради просили милостыньку. Пойманные с поличным, школяры горько плакали:
- Да вить с голоду-то кому умирать охота?..
Корф распорядился, чтобы по всей России объявили "розыск" острых умом юношей, пригодных для того, дабы науки осваивать. Такой указ получил и Стефан Калиновский, ректор Заиконоспасской академии в Москве, и он даже растерялся:
- Господи! Да где я двадцать остроумных сыщу, ежели студенты мои по базарам шляются, едино о щах с кашей думают. Которые и были у меня остроумны, тех по госпиталям пристроили, чтобы они естество человеческое показывали.
Среди избранных для учебы в столице оказался и некий Михайла Ломоносов. Ректор глянул на парня и сказал:
- Эко ты, дылда, вымахал! Сбирайся в дорогу до Питерсбурха, там у тебя остроумие развивать станут.
В декабре 1735 года явился грозный прапорщик Попов:
- Которые тута для ученья отобраны, теих забираю с собой. Оденьтесь потеплее, дабы в дороге не дрогнуть.
Среди счастливцев был и Дмитрий Виноградов.
- Митька, - сказал ему Ломоносов, садясь в санки, - а не забьют нас там, при академии? Говорят, в тайной столичной "дикастерии" начальник ее Ушаков сильно лютует.
- Хоть бы кормили, и то ладно, - отвечал Виноградов.
Ехали учиться 12 студентов, из них только двое выбились в науку, остальные же, как писал Ломоносов, "без призрения и доброго смотрения, будучи в уничтожении, от уныния и отчаяния опустились в подлость и тем потеряны.". Потеряться в те времена было легко, а вот найти себя - трудно!
В день 1 января, когда Россия вступала в новый 1736 год, перед студентами взвизгнул шлагбаум, осыпая с бревна лежалый снег, и перед юношами открылась столица. Из домовых окон желто и мутно проливался свет, фонари зябко помаргивали, слезясь по столбам конопляным маслом. Кони вынесли их к Неве.
- Эвон академья-то ваша, - показал варежкой Попов.
Город, в котором жил и творил великий Тредиаковский, был наполнен всякими чудесами. В лавке академической Ломоносов купил книгу Тредиаковского о правилах русского стихосложения.
- Не! - сказал он себе после прочтения. - Эдак далече не ускачешь. Уж я попробую сотворить, но иным маниром.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
На обзаведение школяров Корф выделил сто рублей.
- Я для них столы уже купил, - похвастал Шумахер.
- А сколько стоит кровать? - спросил барон.
- Тринадцать копеек.
- Вот видите, как дешево. А я целых сто рублей отпустил. Там у нашего эконома Фельтена еще куча денег останется.
- С чего бы им остаться? - кротко вздохнул Шумахер.
- Можно, - размечтался барон, - сапоги и туфли пошить для школяров. Чулки купить гарусные. И шерстяные, чтобы не мерзли. Гребни костяные насекомых вычесывать. Ваксу, дабы сапоги свои чистили. От ста рублей много еще денег останется!
- Да не останется, - заверил его Шумахер.
Тут Корф догадался, что деньгам уже пришел конец.
- Послушайте, - заявил он Шумахеру, отвесив ему пощечину, - я не великий Леонардо Эйлер, но до ста умею считать и любого вора от честного человека отличить сумею.
Студенты пока не жаловались, до ушей барона бурчание их животов не доходило.

Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру - распространителю легального контента "ЛитРес":


1 2

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики