ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

новые научные статьи: демократия как оружие политической и экономической победы в услових перемензакон пассионарности и закон завоевания этносапассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  полная теория гражданских войн
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Я осмотрелся. Большинство народу толпилось поближе к пуншу. И тут Вайн схватил меня за руку.
– Не уходи!
– Да я только хотел воздухом подышать.
– Не… – он постарался справиться с собой, – не уходи. Будь тут. Пожалуйста.
– Да что с тобой?
– Пожалуйста, Джон! Он на меня очень странно смотрит!
Он был до смерти перепуган, так что я поддался.
– Ладно. Только в следующий раз увидишь его – покажи мне.
Тут он занялся своими делами, а я попытался привести в подобие порядка гору проводов и прочего хлама. Для Вайна это был обычный способ обращения с электричеством – он просто все сваливал в кучу. Когда у тебя такая техника, как у нас, возиться с ней можно – да, знаю, можно было – часами. Одних переходников разного вида… ладно.
В середине следующего номера Вайн подтащил меня назад к декам.
– Вон! Видишь! Прямо в центре!
И ничего я не увидел. Танцевала там пара девушек, остальные все были парочки, для которых семидесятых еще не случилось. Если бы там был кто-то в блестках, его было бы видно. Как клубничину в ирладском рагу.
– Вайн, – говорю – сдается мне, что-то с тобой не в порядке.
– Так ты его не видишь, значит?
Я не видел. Хотя…
Теперь, когда я знал куда смотреть…
Я увидел пустое место.
Был там такой кусочек пола примерно в середине, и туда никто не заходил. Не то, что они избегали этого пустого места – просто как-то они туда не наступали, и все. Оно как-то случайно там оказалось – и осталось. Оно даже двигалось немного, но не исчезало.
Знаю, знаю – кусок пола не может двигаться. Поверьте мне на слово – этот кусок мог.
Как раз очередная запись заканчивалась, но Вайн все еще был в состоянии поставить следующую. Запись началась тихо, громкость он постепенно увеличил. Это был старый номер, они все его должны были знать.
– Все еще там же? – спросил Вайн, не поднимая глаз.
– Поближе немного, – говорю, – может, надеется на приз.
«…Хочу жить вечно…»
«Угу, помощи от тебя…»
«…Они увидят и заплачут…»
Теперь танцевало довольно много народу, но пустое место было все там же, немного двигалось туда-сюда, но не исчезало, и никто из танцующих на него не наступал.
Тут я пошел и встал на него.
Там было холодно. Мне сказали:
– ДОБРЫЙ ВЕЧЕР.
Голос шел сразу со всех сторон, и все как-то замедлилось. Толпа застыла, как статуи в черном тумане, музыка звучала как тихий рокот.
– Ты где?
– СЗАДИ.
Когда слышишь такое, хочется повернуться. Вы не поверите, как здорово я умею не делать того, чего хочется.
– Ты моего друга испугал, – говорю.
– Я НЕ НАРОЧНО.
– Уматывай.
– А ВОТ ЭТОГО НЕ ВЫЙДЕТ.
Ну тут уж я повернулся.
Росту в нем было больше двух метров, считая с платформами. И действительно, клеши имели место, и составляли часть ансамбля. Вайн сказал – черные, вот это не совсем так. Они были совсем никакого цвета, как дырки в форме одежды, ведущие Куда-то Еще. По сравнению с этим черное смотрелось бы ослепительно ярко. И действительно, ниже пояса он выглядел как Джон Траволта, только Траволта, похороненный месяца три назад.
И маска была в виде черепа. Были видны веревочки, на которых она держалась.
– И часто ты тут бываешь?
– Я ВСЕГДА НЕПОДАЛЕКУ.
– Что-то я раньше тебя не замечал.
А если бы видел, не мог не заметить. Не часто встречаешь людей ростом два метра, весом где-то в шестьдесят кило, особенно если они двигаются так, как будто каждое движение должно быть заранее хорошо продумано. И ведут себя так, как будто и живы и мертвы одновременно. Как Клифф Ричард.
– У ВАШЕГО ДРУГА ИНТЕРЕСНЫЕ ПРЕДПОЧТЕНИЯ В МУЗЫКЕ.
– Да. Он коллекционер.
– ЗНАЮ. ВЫ НЕ МОГЛИ БЫ МЕНЯ ПРЕДСТАВИТЬ?
– А я что, могу отказаться?
– СОМНЕВАЮСЬ.
Хорошо, хорошо – четыре стакана. Но бабулька на раздаче сказала, что там практически ничего нет – только апельсиновый сок и домашнее вино. И бабулька такая милая – не считая маски оборотня, конечно.
А вот что было странно – так это что все танцоры стояли на местах, и вместо музыки было только тихое жужжание, и еще были такие голубые и пурпурные тени вокруг всего. Что я хочу сказать – от выпивки такого не бывает.
Хотя на Вайна все это не действовало. Он просто стоял, разинув рот, и смотрел на нас.
– Вайн, – говорю, – познакомься…
– С ДРУГОМ.
– С чьим это? – говорю, мне он как-то не понравился, клеши у него были ну просто огромные, и на руке серебряный браслет типа армейского такой толщины, что им можно авианосцы швартовать – показушный такой. Да и то, что сама рука была кость костью, общей картины не улучшало. Мне казалось, что я должен вот-вот прийти к какому-то выводу, только что-то мне не шлось. Голова была как ватой набита.
– С ОБЩИМ, – говорит, – РАНО ИЛИ ПОЗДНО. Я ТАК ПОНИМАЮ, ВЫ КОЛЛЕКЦИОНЕР.
– Да, я немного… – говорит Вайн.
– МНЕ КАЖЕТСЯ, ВАЙН, ВЫ ПОЧТИ ТАКОЙ ЖЕ ЭНТУЗИАСТ, КАК Я.
Тут у Вайна глаза загорелись. И тут он был просто типичный Вайн. Я вам говорю – его можно было убить, но ради шанса поговорить о своем хобби – простите, о своей любимой работе – он бы из гроба восстал.
– Надо же, – говорит, – вы коллекционер?
– О ДА.
Вайн на него сощурился.
– Мы раньше не встречались, случайно? – говорит. – Я почти на все встречи езжу. Вы на Аукционе Блейнхейм Рекорд не были?
– НЕ ПРИПОМИНАЮ. Я БЫВАЮ В СТОЛЬКИХ МЕСТАХ, ЗНАЕТЕ ЛИ.
– Еще у аукционера случился инфаркт.
– А, ДА. ТЕПЕРЬ ПРИПОМИНАЮ – ЗАГЛЯДЫВАЛ НА ПАРУ МИНУТ.
– Мне так показалось, там ничего выгодно не возьмешь.
– НУ НЕ ЗНАЮ. ВСЕГО СОРОК ТРИ – НЕПЛОХО, ПО-МОЕМУ.
Ну хорошо, инспектор. Может быть, шесть стаканов. А может быть, стаканы тут и не при чем. Иногда ведь появляется такое чувство, будто точто знаешь, что сейчас будет. Ах, у вас, значит, не появляется. Ну ладно. Может, я и был слегка не в себе, но мне это нравилось все меньше и меньше. И никому бы не понравилось. Даже вам.
– Вайн, – говорю, – постой-ка. Если ты сосредоточишься, он исчезнет. Погоди. Дыши глубже. Все это неправильно.
Как об стенку горох. Вайн, когда встречает другого коллекционера – он такой, я-то знаю. Они устраивают встречи по выходным. Или иногда видишь их в лавках. Странные люди. Но уж страннее этого среди них не было. Он был вусмерть странный.
– Вайн!
Оба они не обратили на меня внимания. Некоторые шарики у меня в голове подпрыгивали и что-то кричали, что-то такое, чему я поверить ну не мог.
– О ДА, ЭТИ ВСЕ У МЕНЯ ЕСТЬ, – говорит этот, повернувшись к Вайну. – ЭЛВИС ПРЕСЛИ, БАДДИ ХОЛЛИ, ДЖИМ МОРРИСОН, ДЖИММИ ХЕНДРИКС, ДЖОН ЛЕННОН…
– Очень широкий диапазон по стилям, – говорит Вайн, – а Битлы у вас все?
– ПОКА НЕТ.
И тут, чтоб мне провалиться, пошел у них разговор про записи. Я помню, Мистер Друг сказал, что у него есть все композиторы семнадцатого, восемнадцатого и девятнадцатого веков. Чего и следовало ожидать.
Я всегда дрался за Вайна и вместо него, еще с начальной школы. И это все уже слишком далеко зашло, так что я схватил Друга за плечо и вознамерился ему дать прямо в осклабленную морду.
Он поднял руку. Мой кулак ударил в невидимую вязкую стену, а он снял свою маску, сказал мне пару слов и взял Вайна за руку, очень осторожно.
И тут взорвался усилитель. Вайн, я уже сказал, никогда не умел толком обращаться с техникой, а проводка у них не менялясь с 1800. Ну и тут началось – все бумажные украшения загорелись, народ визжит и бегает без толку, так что тут я мало чего помню, меня откачали уже на стоянке, половины волос как не бывало, а клуб этот горит, как свечка.
Нет. Не знаю, почему его не нашли. Что – совсем ничего? Даже зубов?
Нет. Понятия не имею, где он может быть. И не думаю, что он кому-то задолжал.
(А вот что я думаю – так это что он нашел новую работу. Представьте – существует коллекционер, у которого есть все – Пресли, Хендрикс, Леннон, Холли. Единственный на свете коллекционер, у кого когда-нибудь будет полная коллекция. Вайн своего шанса не упустит. Где бы он сейчас не был, он, обращаясь с ними очень осторожно, крутит их на вертушках ночи…)
Простите. Это я сам с собой.
Мне только одно непонятно. Вернее, мне много чего непонятно, но прямо вот сейчас – только одно.
Не могу понять, зачем нашему Общему Другу была маска.
Да потому, что он без маски выглядел точно так же, приду… инспектор.
Что он мне сказал? Ну, я думаю, он ко всем приходит по-своему. Может, он намекнуть хотел. Он сказал:
– ПООСТОРОЖНЕЕ ЗА РУЛЕМ.
Нет. Нет, спасибо. Я пешком дойду.
Да. Я буду осторожен.

1 2
Загрузка...
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    
   
новые научные статьи:   схема идеальной школы и ВУЗаключевые даты в истории Руси-Россииэтническая структура Русского мира и  национальная идея для русского народа
загрузка...

Рубрики

Рубрики