ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Я не пролетариат, – возразил он Ирке. – Я будущая приютская крыса.– Боже, какой ты несознательный! – возмутилась Ирка. – Тошно мне с тобой разговаривать!– Ну и не разговаривай, больно ты мне нужна, – буркнул он и пошел на конюшню.Там никто ни в чем его не упрекал. Кони стояли спокойно и размышляли о своих личных делах. Если дежурный отлучался, то с конями можно было и поразговаривать – в особенности с Яськой. Этот конь понимал в жизни очень многое. Он слушал да помалкивал – только головой слегка кивал в знак согласия.– Дядя Дождевой, а вы – пролетариат? – спросил в тот же вечер Волька.– Этот вопрос надо обмыть и обмозговать, – ответил Дождевой, откладывая книгу и пуская в дело большую бутылку, маленькую бутылку, большой стакан и маленький стаканчик.Выпив и крякнув, он сказал так:– Поскольку я не эксплуатирую наемного труда и не являюсь хозяином средств производства, то я есть умственный медицинский пролетарий. Ясно?– Ясно! – ответил Волька. – Дядя Дождевой, а я кто?– С тобой дело сложней. Если мыслить с отрицательной точки – ты дворянского, нетрудового происхождения, и отец твой служил офицером в царской армии в имел награды. Но если мыслить с положительной точки – твой отец перешел в Красную Армию и опять-таки имел награды и умер честным военспецом. Если же мыслить с фактической точки, ты, поскольку у тебя сейчас нет ни отца, ни матери, ты являешься самостоятельной людской единицей. А если подытожить с научной точки – ты есть люмпен-пролетариат.Волька очень обрадовался, что он пролетариат. А эта приставка «люмпен» придавала ему особый вес. Ведь и отец его служил когда-то не просто в гвардии, а в лейбгвардии. И он, Волька, не просто пролетариат, а люмпен-пролетариат. Когда он при следующей встрече на дворе сообщил об этом Ирке, та сразу почувствовала к нему уважение.– Но учиться тебе все равно надо, – мягко сказала она. – Это, конечно, хорошо, что ты люмпен-пролетариат, но ты не должен из-за этого задирать нос перед всеми.– Ладно, – ответил он, – этот вопрос насчет школы я еще обмою и обмозгую. А ты вот скажи, что это в манеже делают?– Я знаю, но ни за что никому ничего не скажу: это страшная военная тайна, за это расстрел в двадцать четыре часа, – ответила Ирка. – Но если ты поклянешься самым главным, то тебе я скажу.Волька стал думать, что для него самое главное. Матери у него нет, отца тоже. В бога он теперь не верит, фельдшером Дождевым клясться как-то неловко – он хороший, но все-таки не главный.– Клянусь конем Яськой, что буду молчать, как покойник! – сказал он.Ирка приложила губы к Волькиному уху и прошептала:– Здесь будет танкобронеучилище. Здесь будут учить на танках ездить. Понял?– Ну понял, – ответил он. – Подумаешь, не видал я этих танков!Но танков Волька не видел. Вернее, видел лишь на картинке в журнале «Нива». Картинка называлась «Танки на Сомме». На первом плане, прямо на зрителя, выпучив глаза от страха и бросая винтовки, бежали усатые немцы в остроконечных касках. Позади, разрывая колючую проволоку, ломая колья, на бруствер вползал странный предмет. А под картинкой было пояснение, которое звучало как молитва или как стихи:«Танк! Новое создание англосаксонского гения! В страхе бегут от Танка боши, но им от Танка не уйти! Танк приведет Союзников к победе – и вечный мир наступит на земле!»Так вот для кого заливают цементом пол в манеже!Теперь все ясно!Волька побежал на конюшню сообщить эту новость Бырею. Ведь Бырей – военный, с ним можно поделиться тайной.Но Бырей, оказывается, все давно знал.– Эка удивил! – засмеялся он. – Да об этом весь город знает. У меня коней последних скоро расформируют. Раз тут на танках будут ездить – тут кони к чему? Тут кони ни к чему! Ремонтер с командой из округа приехал – завтра пять человек коней убудет, а послезавтра – последних четырех заберут. На гражданскую службу коней определять будут.– А Яську куда определят?– А Яську некуда определять, – сухо ответил Бырей. – Он непригодный, ни для каких работ не годится. Его на живодерню откомандируют.В эту ночь Вольке долго не спалось. Он все думал о том, как Яську поведут на живодерню и убьют его там.На живодерне Волька никогда не бывал, но уже само название говорило за себя. Там не сразу убивают животных, а прежде шкуру с живых сдирают. Как это делают, зачем это делают, какой в этом смысл – непонятно. Но, видно, делают. И с Яськой это сделают. А Яська еще ничего не знает. Вот если б он умер сам по себе, он избежал бы живодерни. Но кони ведь не могут умирать сами по себе.– Что ты ворочаешься? – спросил Дождевой.– Так. Не спится, – ответил Волька.Дождевой еще не ложился. Он сгорбившись сидел на своей койке и читал «Очерки истории Индии до английского владычества». Наготове лежали еще две книжки: «Записки горничной» Октава Мирбо и «Коммерческое разведение карасей в усадебных водоемах». Но, услышав Волькин ответ, Дождевой оторвался от чтения, встал с койки и подал ему градусник.– Проверим температуру, раз тебе не спится, – сказал он. – Я тебе успокаивающего дам.Взяв лампу, он вышел из комнаты. «Сейчас опять какую-нибудь гадость заставит выпить», – думал Волька. Он не только слышал шаги Дождевого, но как бы и видел все его действия. Вот он идет по коридору, вот, не доходя до палаты, свернул в комнату-кладовушку с зарешеченным окном. Там ставит лампу на столик и открывает большой белый шкаф с лекарствами… А рядом с тем большим шкафом висит на стене маленький белый шкафчик со стеклянной дверцей.На дверце написано что-то на заграничном языке, а ниже – по-русски: «Яд». Там стоят несколько фарфоровых банок с непонятными этикетками. Непонятно, кому нужен в лазарете яд? Ведь это не лекарство, а совсем наоборот. Может быть, для животных?Волька припоминает: когда он был маленький и жил у тети Ани в Петрограде, у соседки – через площадку лестницы – была собачка Вижу. И вдруг она исчезла.«А где же ваша Вижу?» – спросила однажды тетя Аня соседку. «Ах, знаете, теперь ведь и людям есть нечего, – ответила та. – Нам было так жалко ее, пришлось ее из жалости отравить. Ведь это одно мгновение, она и не почувствовала…»Дождевой возвращается и дает Вольке выпить какой-то пакости.– Вы же еще, дядя Дождевой, не знаете, сколько у меня градусов, а уже лекарство даете.– Ничего, лекарство не помешает, – отвечает Дождевой и принимается за чтение.Вольке хочется узнать, для чего же все-таки в больницах держат яд. Но что-то удерживает его от этого вопроса. Вместо этого он спрашивает:– Дядя Дождевой, а цыгане кто: буржуи или пролетариат?– Цыгане?.. – Дождевой задумывается. – Видишь ли, цыгане владеют средствами производства, то есть конями. И с этой точки они есть мелкая крестьянская буржуазия. Но, с другой точки, они на своих конях не пашут, а пропитание себе добывают другими средствами. А с научной точки цыгане есть кочующий люмпен-пролетариат с конским уклоном.– Дядя Дождевой, а есть кони умнее людей?– Не знаю. Но думаю, что если взять самого умного на свете коня и самого глупого на свете человека, то умы у них одинаковые, так на так.Волька начинает думать. Самый умный на свете конь – Яська. Ну, а кто самый глупый человек? Волька перебирает всех, кого знает, в том числе и себя, но особенно глупых не находит. Потом вспоминает толстую торговку семечками – вот самый глупый человек на свете. Ему становится обидно за Яську.– Теперь вот автомобили изобрели, – прерывает его размышления Дождевой, – а прежде кони в большом почете были. Вот, к примеру, древняя Индия. Там было много государств, и когда умирал какой-нибудь царь, то его сын делал жертвоприношение конем.– Убивал? А за что?– Как раз не убивал! Выводили из конюшни любимого царского коня – и пускали его на волю, на все четыре стороны. И проводили срочную мобилизацию всех возрастов, и армия шла за конем. Конь идет куда глаза глядят – в за ним вся армия, в полном снаряжении и со всем комсоставом. Вначале конь, понятно, идет по своей стороне, потом к границе подходит. Но коню-то все равно, трава везде одинаковая, и он за границу переходит. И вся армия за ним прет. Тут, понятно, начинается война… А ну-ка посмотрим, какая у тебя температура.Температура оказалась нормальной, но спал Волька плохо. Ему снились несуразные сны. Под утро он увидел: раскрывают ворота конюшни и выводят Яську. И вот, конь уже идет по дороге, а за ним шагает пехота, движется артиллерия. Вот вдали два дерева. Одно дерево бросает тень вправо, а второе, то, что стоит уже за границей, бросает тень влево, потому что за границей все наоборот. Там, где тени сходятся, вырыта канава; это и есть граница. Яська спокойно переходит через канаву – и начинается война. Показывается танк, за ним другой, Потом они прут уже сплошняком бок к боку, как льдины в ледоход. Потом они идут в два слоя – один ряд по спинам другого…Когда Волька проснулся, было светло и тихо. Дождевой уже ушел – видно, опять отправился на толкучку за книгами. На Волькиной тумбочке стояла кружка для чая, латка с ячневой кашей, а рядом лежал хлеб и дневная порция желтого сахарного песку в маленьком бумажном фунтике. Волька встал и пошел умываться. Палата теперь совсем опустела, даже два симулянта с животами выписались. Проходя мимо аптечной кладовушки, Волька заглянул туда. Белый маленький шкафчик со стеклянной дверцей был, как всегда, закрыт на ключ, но ключ, как всегда, висел рядом на гвоздике.Волька вернулся в свою комнатку, позавтракал, потом начал рыться в книгах Дождевого, что лежали на подоконнике. Ему хотелось прочесть что-нибудь интересное, чтобы ни о чем другом не думать. Но книги все попадались скучные – какая-то «Венера в мехах», «Жизнь святого Сергия Радонежского», «Как избавиться от застенчивости. Советы врача-психолога», «Есть ли бог?» Эту книгу, где насчет бога, Волька начал было читать.Она была уже советского издания, и на обложке ее художник изобразил икону – и сам же зачеркнул двумя красными линиями. В книжке доказывалось, что хоть кит большой, но горло у него маленькое и пророка Иону проглотить он не мог. Поэтому бога нет. Но Волька-то знал, почему нет бога. Если б он был, то он не дал бы умереть Волькиному отцу. Ни черта этот бог не сделал, и теперь Волька совсем один на свете.
1 2 3

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики