ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 



«Любовь в отеле «Ритц»»: АСТ; Москва; 1999
ISBN 5-237-03069-6
Аннотация
В блестящем парижском отеле «Ритц» разыгрывается история страсти, приключений и интриг. Маркиз Линворт, приехавший во Францию, чтобы любой ценой избежать «дипломатического» брака, неожиданно вынужден вступить в схватку со своим давним врагом, коварным французским графом. Он должен спасти таинственную красавицу-англичанку Вильму Каттсдейл, путешествующую инкогнито, — девушку, которую страстно полюбил с первого взгляда. Невинной Вильме угрожает опасность, и маркиз готов, чтобы помочь ей, поставить на карту свою жизнь…
Барбара Картленд
Любовь в отеле «Ритц»
Глава 1
1898 год
Граф Катсдэйл пребывал в прескверном настроении.
Лондон он покидал в гневе, измученный страшными болями в спине, из-за которых любое движение причиняло ему невыносимые страдания.
«По крайней мере, — сказал он себе, — вот повод испробовать новое средство».
Всю дорогу граф не переставал поносить английскую медицину и всех ее представителей и занимался этим всю дорогу, пока ехали через Ла-Манш, а потом и от побережья до Парижа.
Вильма, дочь графа, сопровождавшая его в этом путешествии, привыкла к вспышкам отцовского гнева и поэтому почти не обращала на них внимания.
А камердинер Герберт за долгие годы службы у графа научился не произносить ни слова, пока буря не стихнет. Когда они подъезжали к Парижу, граф обратился к дочери и слуге с такими словами:
— Итак, вы оба — запомните хорошенько: поскольку я не желаю, чтобы хоть одна живая душа узнала, что граф Катсдэйл похож на сломанную куклу, с этого момента я — полковник Кроушоу, а леди Вильма — мисс Кроушоу.
А так как он уже напоминал им об этом по крайней мере дюжину раз, Вильма подумала, что ни она, ни Герберт при всем желании не смогут забыть его требования.
В Париже они остановились в роскошном доме, принадлежавшем виконту де Сервезу. Виконт был старинным; приятелем графа, и тот, когда бывал в Париже, почти всегда останавливался в этом доме.
Сейчас виконта не было в городе.
Но в своем ответном письме, он писал, что будет только рад, если граф воспользуется его домом на улице Сент-Оноре.
Вильма никогда раньше не бывала здесь. Она восхищалась убранством комнат и восторгалась тем, что все помещения были освещены новым способом — электролампами.
— Приятно убедиться, папа; — обратилась она к отцу, — как абсолютно правильно поступили мы, приняв решение использовать электричество для освещения дома, ведь, полагаю, французы больше соображают в электричестве, чем мы.
В ответ граф только сверкнул глазами.
Ему помогли устроиться на кровати так, чтобы он мог дать покой своей больной спине.
Утром, когда Вильма принесла отцу газеты, он был в более благодушном настроении.
— Папа, посмотри, это же здорово, — сказала она. — Вчера состоялось открытие нового отеля «Ритц», и, похоже, буквально все знатные и известные особы, о которых мы когда-либо слышали, присутствовали на этом открытии.
— Л ненавижу гостиницы! — пробурчал граф.
— Я знаю, папа, но газеты пишут, будто отель «Ритц» значительно отличается от любой другой, существующей или существовавшей гостиницы. Вы только подумайте, в каждом номере есть отдельная ванная комната!
На мгновение показалось, что граф признал достойным подобное новшество.
Но он тут же отметил:
— Принц Уэльский вполне доволен пребыванием в Бристоле, где имеется только одна ванная комната на этаже.
Вильма не слушала. Она продолжала читать газету.
По-французски она читала столь же свободно, как и по-английски. После долгой паузы она продолжила:
— Представьте себе! На открытии были Вандербильды, а также великие князья Михаил и Александр, а еще прекрасная королева Фоли-Берже. Мне кажется, я что-то слышала о ней раньше.
— Если и так, то вам все же не следует интересоваться ею! — мгновенно отреагировал граф.
— Почему? — удивилась Вильма.
Граф немного помолчал, подбирая слова, потом произнес:
— Это куртизанка, и должен признать — великая куртизанка, но тем не менее ее имя никогда не могло бы упоминаться в разговорах вашей матери или вашей бабушки.
Вильма рассмеялась:
— Вы же знаете, папа, что с вами мы можем говорить обо всем, и для меня это самая большая радость на свете.
Взгляд графа смягчился:
Он и в самом деле очень любил свою дочь и понимал, что ее красота вряд ли позволит ему еще долгое время удерживать девушку при себе, особенно теперь, когда она начала выезжать в свет.
Хотя теперь, забрав Вильму из Лондона в июне, он лишил ее возможности присутствовать на наиболее значительных балах сезона.
Впрочем, казалось, что она совсем не переживала по этому поводу.
Ее и в самом деле гораздо больше интересовала поездка в Париж, нежели посещение вечеров и балов, тщательно подготовленных матерями ее сверстниц.
Снова углубившись в чтение газеты, она воскликнула:
— Там были и англичане — герцог Мальборо, герцоги Портлендский, и Сьюзерлендский, и Норфолкский, и все с женами!
— А вот это и впрямь что-то новенькое! — согласился граф. — В мое время, отправляясь в Париж, оставляли жену дома.
Вильма засмеялась:
— Теперь уже вы, папа, говорите то, чего не должны были бы говорить при мне!
— Ты сама меня вынудила, — парировал граф. — А сейчас главное — постараться, чтобы никто из этих господ не прознал, что я здесь. У меня нет ни малейшего желания давать им повод для насмешек и издевательств надо мной только потому, что я впервые за столько лет свалился с лошади.
— Да ведь все объяснимо, папа, — успокоила его Вильма, — если учесть, насколько необуздан нрав у Геркулеса. Но вам непременно надо было ехать только на нем.
Граф понимал, как она права.
Он нисколько не сомневался, что для него будет детской забавой укротить жеребца, купленного у приятеля, — тот не сумел справиться с норовистым скакуном.
К несчастью. Геркулес — несомненно, великолепный жеребец, — вздумал догнать в парке оленя. Граф, застигнутый врасплох, вылетел из седла.
Вильма знала, в какой степени гордился ее отец своей репутацией непревзойденного наездника, и понимала: он действительно будет чувствовать себя униженным, если кто-нибудь из его приятелей восторжествует над графом, который, как говорят французы, «hors de combat»— «выбыл из строя».
— Никто не узнает о вас, папа, — успокоила она, — и я буду очень внимательна и не забуду, что я — мисс Кроушоу. В конце концов я не покривлю душой, поскольку это одно из ваших имен.
Граф принадлежал к очень старинному роду, чьи корни восходили к временам еще до правления Тюдоров.
Кроушоу было одним из родовых имен его предков и сохранялось веками.
Он часто пользовался им, когда, путешествуя, покидал страну.
Особенно если не желал, чтобы британское посольство поднимало шумиху вокруг его имени или чтобы в своей вечной погоне за титулами его преследовали иностранцы.
По никогда раньше он не был так заинтересован сохранить свое инкогнито.
С ужасом представлял он, как Мальборо, чье остроумие могло соперничать только со злобностью, станет издеваться над его нынешним унизительным состоянием.
Отец казался таким подавленным, что Вильма подошла к кровати и, наклонившись, поцеловала его в щеку.
— Не стоит унывать, папа! — убеждала она его. — Я уверена, что этот человек сотворит с вами чудо, и вы скоро опять сможете ездить верхом, как и прежде, вызывая восхищение и зависть у всех, кто вас видит.
— Ты хорошая девочка, Вильма, — Сказал граф. — А этого проклятого жеребца я укрощу, чего бы это мне ни стоило.
Вильма знала, что спорить бесполезно.
И она вернулась к описанию открытия отеля «Ритц».
Газеты сообщали, как поразило каждого присутствующего то, что они увидели там.
И так как Цезарь Ритц вызвал подобную сенсацию, все без исключения издания посвятили его карьере немало газетных полос.
Рассказывалось и о том, как ему в голову пришло построить отель, столь непохожий на все остальные.
Из газет Вильма узнала, что Цезарь Ритц родился в швейцарской деревушке Нидервальд в 1850 году.
Он был тринадцатым ребенком в большой крестьянской семье, которая не отличалась особым достатком, однако очень гордилась своей родословной.
На каменной печи в гостиной их дома было изображение пики, и именно оно теперь воспроизводилось на почтовой бумаге отеля.
Цезарь смотрел за козами и коровами своего отца, занимавшего пост деревенского старосты.
Само селение насчитывало около двухсот жителей. Мальчик посещал местную школу. Его отец находил это занятие пустой тратой времени. Однако мать Цезаря была честолюбива в отношении своих детей.
Сам же Цезарь, несмотря на свой юный возраст, уже точно знал, чем бы ему хотелось заниматься в жизни.
Когда ему исполнилось двенадцать, его послали в Сион изучать французский язык и математику.
Ему не терпелось достичь своей цели, и он стал учеником официанта, подающего вино.
Прочитав это, Вильма подняла глаза на отца и сказала:
— Очаровательная история жизни Цезаря Ритца напечатана в «Le Jour», папа. Думаю, вы с удовольствием прочтете ее.
— Я не интересуюсь прислугой и официантами, — ответил граф.
— Но он теперь весьма значительная особа, — возразила Вильма, — хотя было время, когда ему приходилось драить и натирать полы, да и бегать вверх-вниз по лестницам с багажом и лотками.
— Я не могу понять, почему бы тебе не почитать о чем-нибудь более серьезном, — пробурчал граф.
Казалось, он во всем хочет найти повод для недовольства.
— Сейчас мы находимся в Париже — наиболее цивилизованном городе мира, а ты тратишь время на всю эту чепуху о каком-то там владельце гостиницы.
Вильма засмеялась.
Она знала, что отец, беседуя с ней, всегда считал своим долгом ей противоречить, и это превращало их разговоры в захватывающее состязание.
Они постоянно придерживались диаметрально противоположных мнений и старались сделать все возможное и невозможное, чтобы разгромить друг друга в споре.
— Что ж, мне остается только сказать, — произнесла она, — что я бы с удовольствием побывала в отеле «Ритц»и сама убедилась бы, насколько он отличается от тех гостиниц, в которых нам доводилось останавливаться.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики