ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

новые научные статьи: демократия как оружие политической и экономической победы в услових перемензакон пассионарности и закон завоевания этносапассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  полная теория гражданских войн
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Он говорил вкрадчиво, пытаясь соблазнить девушку, его рука все еще обнимала ее за талию, но Люсия знала, что между ними выросла стена.
Перед ее глазами промелькнуло лицо маркиза, когда он смотрел на Франческу; девушка вновь услышала исполненный холодной ярости голос, которым он приказывал артистке убираться.
В этот момент она не могла объяснить себе причину своего отказа, не могла спорить, но не могла и остаться с маркизом.
Она жалобно вскрикнула, словно маленький раненый зверек:
— Нет! Нет! Нет!
И побежала прочь, по трапу, к себе в каюту.
Маркиз шагнул следом, но вдруг остановился, повернулся к перилам и уставился невидящим взглядом на сиявшие в небе звезды.
Очутившись у себя в каюте, Люсия заперла дверь и бросилась на кровать, зарывшись лицом в подушки. Ее била такая сильная дрожь, что в какой-то миг ей показалось, будто она никогда не успокоится.
Она попыталась все обдумать, но голова ее отказывалась слушаться. Девушка задыхалась. Она словно попала в западню, в какое-то мрачное подземелье, из которого не было выхода. Прошло немало времени, прежде чем она опять обрела способность спокойно думать. Она лежала на кровати и неустанно спрашивала себя:
«Как он смел… ожидать от меня подобного? Как он мог подумать, что я из таких!»
Ей вспомнились мужчины, преследовавшие ее в Венеции. Они тоже считали Люсию «из таких». Встречая их, она всякий раз чувствовала себя оскорбленной и униженной.
Но маркиз, как мог именно он решить, что Люсия охотно заменит только что брошенную Франческу! Как он смел предлагать ей дом в обмен на любовь! При мысли об этом Люсия представила, что утопает в жутчайшей вязкой грязи.
«Как он мог? Как он осмелился хоть на миг заподозрить, что я соглашусь на такое?» — снова и снова спрашивала себя Люсия.
Однако постепенно девушка успокоилась, перестала Дрожать и попыталась хорошенько обдумать ситуацию. Но задача оказалась ей не по силам — при первом же воспоминании о счастливых минутах, проведенных с маркизом, ее вновь охватил дикий восторг, испытанный от его поцелуев, словно из глубины души всплывали неведомые чувства, зародившиеся в Люсии, когда маркиз целовал ее.
«Я люблю его! Люблю!» — говорила в темноту Люсия.
Неожиданно по ее щекам побежали слезы, и Люсия едва могла дышать. Боясь, что громкий плач может привлечь внимание маркиза, она спрятала лицо в подушку и долго рыдала.
Прошел по меньшей мере час, прежде чем она сняла вечернее платье, надела ночную рубашку и скользнула под одеяло. Она не знала, ушел ли маркиз спать, или стоит под дверью, собираясь просить прощения или продолжать свои домогательства.
Слезы Люсии были до того горькими, что она забыла обо всем, и теперь чувствовала себя опустошенной. В то же время в голове у нее прояснилось, и теперь она могла подумать.
Лежа в постели она вновь по порядку вспоминала случившееся и вдруг осознала всю глупость ребяческой мысли о том, что, полюбив друг друга, люди обязательно женятся.
Она знала, что маркиз никогда не женится на ней.
Матушка немало рассказывала Люсии о том, какую ответственность влечет за собой брак английских аристократов.
«В своих поместьях они почти равны королю, — объясняла матушка. — Подданные полагаются на решения своих господ и ищут их защиты, а слово аристократа — закон для простых людей», Она говорила Люсии, что члены благородных семейств заключают браки только с равными себе по положению, не допуская мезальянсов.
«Принцы женятся на пастушках разве что в сказках да в старинных романах, — улыбалась матушка, — но в настоящей жизни такого не бывает — надеюсь, ты это понимаешь».
«Но ведь иногда и принцессы выходят замуж за свинопасов», — продолжала Люсия.
Матушка только смеялась в ответ:
«По-настоящему важно только одно, моя дорогая — чтобы те, кто женится, любили друг друга. Ничто — ничто! — другое не имеет значения».
Но проблему Люсии это не решает.
Она никогда и не мечтала, что маркиз сделает ей предложение. Вероятно, у него и в мыслях никогда такого не было. Конечно, будь она разумнее, то давно бы догадалась, что в жизни маркиза может занимать лишь одно место — любовницы. Если здраво рассуждать, выход был неплох — да и других вариантов просто не было.
Однако согласие на такую жизнь разрушало все идеалы и представления Люсии о красоте, на которых она была воспитана. Именно красота была важнее всего для ее родителей в маленьком домике в Литтл-Мордене; именно красоту дарила мужу и дочери матушка Люсии, ту красоту, которую запечатлевал на полотнах Бернар Бомон, — красоту жизни и любви.
«Я совершила бы настоящее преступление, разрушь я все это, — доказывала себе Люсия, — и не только потому, что церковь зовет это грехом. Нет, это было бы надругательством над моей душой, над всем, во что я верю».
Она уже сомневалась, права ли ее матушка в том, что любовь важнее всего на свете.
Люсия вспомнила бурю чувств, которую разбудил в ней маркиз, вспомнила сладость его губ — и слезы вновь побежали по ее щекам.
«Я люблю его! Люблю!» — всхлипывала девушка.
И она поняла: чего бы он ни захотел от нее, сколь унизительны ни казались бы его требования, она все равно будет любить его, и ничто не сможет разрушить эту любовь.
Маркиз простоял на палубе очень долго.
Он и берег заметил только тогда, когда огни уже были совсем рядом и капитан начал искать бухту, где можно было бы бросить якорь.
Маркиз всегда приказывал становить судно на якорь с полуночи до рассвета, чтобы утром отдохнувшая команда с новыми силами принималась за дело.
Капитан Бейтсон прекрасно знал побережье, и потому маркиз оставил выбор подходящего места на его усмотрение. Яхта подходила к берегу, и немногочисленные огни становились все ближе. Яхта должна войти в тихую бухту, подальше от города и любопытных глаз, маркиз любил на море совершенно спокойные ночи.
Мысли маркиза вновь вернулись к Люсии, и он задумался о том, как следует вести себя с ней. Он в какой-то степени предвидел ее реакцию на предложение стать содержанкой, конечно, девушка была шокирована. Но что же еще он мог ей предложить, чтобы иметь возможность заботиться о ней, беречь от одиночества и от других мужчин?
Люсия должна понимать, что маркиз занимает довольно высокое положение в обществе и весьма гордится своей родословной. Он не раз повторял Аластеру, что не готов пока к женитьбе, однако рано или поздно придется заводить наследника, а значит, придется и жениться. Но маркиз не торопился, и он вовсе не собирался жениться прежде, чем это не станет совершенно необходимо.
С детских лет маркизу внушали, что его будущая жена должна быть ему ровней по положению в обществе, ибо все женщины, носившие фамилию его предков, всегда занимали видное место не только в графстве, где род маркиза живет уже пять поколений, но и при дворе.
Кроме того, будущая жена маркиза должна обязательно состоять попечительницей различных благотворительных обществ, приютов, школ и больниц, а также маркиза Винчкомб по традиции занимала при королеве пост фрейлины.
Несмотря на отвращение, которое маркиз испытывал к женитьбе, он прекрасно сознавал все последствия мезальянса — достаточно было взглянуть на короля, так неудачно выбравшего принца-консорта. Такой неблагоразумный шаг не одобрил бы ни сам маркиз, ни его семья.
Маркизу никогда и в голову не приходило, что свою будущую жену он может встретить где-либо помимо светской гостиной в Мейфере или бальной залы в Букингемском дворце.
Однако теперь маркиза мучила мысль о том, что, если бы ему пришлось жениться — а ему этого очень не хотелось, — он не был бы счастлив ни с одной женщиной, кроме Люсии.
«Я не просто хочу ее, — говорил себе маркиз. — Она заставляет меня задуматься так глубоко, как мне не приходилось думать со времен Оксфорда».
Он помнил, что в студенческие годы у него было самое светлое представление о женщине, и они с друзьями частенько просиживали целые ночи, разговаривая об идеалах, заставлявших рыцарей Мальтийского ордена принимать обет целомудрия. И маркиз, и его друзья были молоды и полны желания изменить этот мир, и нередко обсуждали возможность принесения такого же обета. Эти юношеские беседы кажутся теперь глупыми и наивными, но сейчас маркиз с тоской вспоминает то время, когда он ощущал себя рыцарем, готовым сражаться за идеалы и возвышение всего человечества.
Потом он ушел из Оксфорда служить в армию, и вокруг появились женщины, много женщин — и маркиз позабыл обо всем, кроме открывшихся для него новых наслаждений.
На войне он думал только о том, чтоб остаться в живых. Вернувшись в Англию после победы, маркиз стал признанным светским львом и законодателем шумного и падкого на дешевые эффекты высшего общества. Он был одним из ближайших друзей регента, и он всегда пользовался успехом в женском обществе.
«К черту, мне и до сих пор ничего другого не надо!» — резко сказал себе маркиз.
Но тут у него перед глазами засияли солнечные лучи с картин Бомона, озарявшие прекрасное чистое лицо Люсии. Он понял, как сильно перепугала девушку Франческа — да еще в тот день, когда только-только был погребен отец Люсии. И все же она повела себя очень храбро и решительно — вряд ли другая женщина смогла бы так быстро и ловко сориентироваться.
«Я люблю ее!» — признался себе маркиз в тот самый миг, когда у себя в каюте Люсия шептала эти слова в темноту.
«Я люблю ее! Люблю!» — повторял про себя маркиз.
И все же он был в отчаянии, в сотый раз повторяя себе, что не имеет права жениться на дочери художника.
Невозможно было даже на миг представить, чтобы художник, сколь угодно знаменитый и признанный светом, мог войти как ровня в высшее общество, которое платило ему за работу. Художники считались работниками — да, великолепными, но все же работниками, — трудившимися ради денег.
Маркиз вспомнил, что отец никогда не приглашал к обеду никого из художников, работавших на него. Они могли что-то посоветовать, рассказать, принести свои новые работы, которые затем попадали в знаменитую коллекцию, но если их и угощали обедом, то только в отдельной комнате, и ни в коем случае за одним столом с господином.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23
Загрузка...
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    
   
новые научные статьи:   схема идеальной школы и ВУЗаключевые даты в истории Руси-Россииэтническая структура Русского мира и  национальная идея для русского народа
загрузка...

Рубрики

Рубрики