ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Ну вот. Видишь?
Драконы, подумал он, содрогаясь. Драконы.
– Что-то в этом роде, да. Но гораздо, гораздо меньше. Майк дрожал как лист, все ещё ощущая отзвуки их
воспоминаний и дыша так глубоко, как только мог, чтобы успокоиться. Никогда в жизни он не чувствовал такой боли и такой печали. Он едва мог поверить, что это возможно. Наконец он сказал:
– Я… Я прошу прощения.
И мир, казалось, застыл. Птицы трепетали в воздухе в странном сочетании бешеного движения и ясного покоя. Это напомнило ему накрахмаленный ниспадающий складками звёздно-полосатый флаг, которым астронавты салютовали на Луне. Молчание было таким полным и глубоким, как если бы он потряс присяжных неожиданным признанием своей вины.
Нет – не шок. Он чувствовал: это благодарность. Простая, бездумная человеческая формула вежливости – извинение за что-то, чего ты не делал – ошеломила пришельцев.
– Спасибо, – сказали они.
– Что я такого сказал?
– Спасибо. Никто не просил об этом прежде.
– О, – сказал он. – Всегда к вашим услугам. – И потом подумал: никто? Неужели никто никогда не понимал их? Неужели никто не пытался? Даже Клиндер?
– Нет. Он был слишком напуган. Крылатый думал, что мы боги, которые едят ваших детей. Он думал только о контакте. Мы не могли сделать так, чтобы он понял причастие. Или даже вежливость.
– Мне очень жаль, – сказал Майк, пытаясь представить себе, насколько одинокими они себя чувствовали. И опять ощутил их шокированное, полное смысла молчание, подобное быстрому испуганному вдоху при виде чего-то ошеломляющего. – Это было так ужасно. Дети. Пламя. Падение…
– У вас есть похожая история.
– Ад.
Не поэтому ли они выбрали землю? Полет, падение и ад?
– Частично. Да. И птицы.
– С вами никогда такого не случалось? Смерть? Потеря друзей и родных. Вашей… стаи?
– И нашей матери.
– Вашей планеты?
– Да.
– И вы… хотите, чтобы никто никогда не почувствовал того, что чувствовали вы?
– ДА, – это было сказано очень громко, звук был почти оргазмический.
Следующий вопрос был самым трудным. Поскольку он означал, что ему придётся вернуться туда, куда он не хотел больше возвращаться никогда. Ни одно место за всю его жизнь не давало ему почувствовать себя таким маленьким и слабым. И для того чтобы вернуться туда, он должен был проделать нечто обратное своему фокусу со сжатием: он должен был стать больше. Майку необходимо было удержать свой самый глубокий страх, каким-то образом вместить его, не дать ему переполнить себя горем и яростью. Это было, возможно, самой отважной вещью из всех, что он когда-либо сделал.
– А Буффало? – спросил он.
Вся стая птиц, как одна, отвернулась от него, показав спины. Волна их стыда окатила его, как порыв ветра.
– Мы просим прощения. Мы не хотели причинить боль. Крылатый сказал, что он применит свой фокус с пальцем, и вы не почувствуете ничего, когда мы будем пробовать место слез. Он обещал нам, что вы ничего не вспомните.
– Я помню все, – сказал Майк, изо всех сил стараясь сдержать горечь в голосе.
– Теперь мы знаем. Тогда – не знали. Дэниел тоже все вспомнил. Но для него это оказалось легче. Нам действительно жаль, Майкл. И мы пытались возместить.
– Каким образом?
– Вот, – сказали они. Вся стая развернулась, опять зависла в воздухе и широко распростёрла крылья. Они имели в виду виртуальный мир, который создали. Все целиком. – Мы сделали это для вас двоих. Для тебя и Дэниела.
– Вы сделали это для нас?
– Да. Это то, о чем вы так просили.
– Мы просили?
– Слова. «Баррада. Никто». Мы сохранили вас. Избавили вас ото всего. Особенно от вашего завершения.
– От нашей смерти?
– Да. Поэтому мы и не давали вам ваших птиц.
– Потому что в них была заключена наша смерть?
– Да. В них заключено все. Мы не хотели, чтобы вы помнили.
После продолжительного молчания Майк сказал:
– Спасибо. Но… это дар, от которого я должен отказаться.
Он хотел бы, чтобы Денни был здесь. Денни смог бы объяснить лучше, чем он. Он нашёл бы способ сказать им, насколько это было неправильно. Он был учитель. Он мог объяснить что угодно кому угодно. Даже ребёнку.
– А вы не хотите что-нибудь спросить? – проговорил он, чувствуя их неприкрытое любопытство.
Повисла пауза. Потом – нерешительный ответ.
– У нас множество вопросов. Вы гораздо более странные существа, чем все, каких мы встречали. Да… (видимо, последовала молчаливая дискуссия). Да. У нас есть два вопроса, которые мы давно хотим задать. Пожалуйста, если тебе не трудно. Мы были бы очень признательны.
– Палите! – сказал Майк. – Я хотел сказать – давайте, – и, помолчав минуту: – Как только будете готовы.
Трудно, если не невозможно описать воздействие, которое эти два вопроса оказали на Майка. Поистине колибри уже не шокировали его. Он понемногу привык к их необычности; он даже добился удовлетворительного соглашения с их телепатией, приспособившись к тому, что их мысли звенели внутри него, словно он слушал песни и одновременно пропевал их в собственном мозгу. К тому, как впечатления и образы проникали в его дознание, словно бы осмотическим Осмос – процесс просачивания веществ сквозь тонкие плёнки

путём: факты, которые выглядели странно знакомыми, но источника которых он не мог проследить. Но к последнему он не 6ыл подготовлен. Птицы спросили:
– Почему мы здесь? Что от нас требуется?
Простые вопросы. Детские вопросы. Вопросы, которые задавал в своей жизни каждый, в той или иной форме. И Майк почувствовал боль, осознав, что они были в точности такими же, как он. Застрявшими в мире, не имея ответов. Они овладели энтропией, собрали безграничные запасы знания, пересекли эоны времени и океаны пространства, пронеслись сквозь галактики и переплыли широкие коридоры пустоты.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики