ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

 

Юрий подумал, не встречались ли они на подступах к кирпичному заводу или в районе горбольницы. А может быть, это было на площади “Минутка”? Или этот тип сидел здесь, зарабатывая деньги, превращая их в оружие и перебрасывая караваны со стреляющим железом через линию фронта в осажденный город?– Доброе утро, – ответил Юрий и вышел из подъезда. Кулаки лежали в карманах куртки, как два холодных камня. Он поймал себя на том, что до звона в ушах стискивает зубы, и усилием воли заставил окаменевшие мышцы расслабиться.Квартирант из восемнадцатой вовсе не обязательно был связан с боевиками. В Москве полно кавказцев, напомнил себе Юрий, и далеко не все они – бандиты. Просто зарабатывать деньги более или менее честным путем там, в набитых вооруженными головорезами горах, стало невозможно.Он усмехнулся, перепрыгивая через блестевшую у дверей подъезда лужу. Некоторые из его бывших сослуживцев были бы очень удивлены, если бы он вздумал поделиться с ними этими мыслями. Для них каждый чеченец был врагом уже в силу своей национальной принадлежности, просто одни из них могли сражаться с оружием в руках, а другие в силу различных причин избегали открытого боя.Под утро небо очистилось и в воздухе ощутимо попахивало приближающимися морозами. Над Москвой занимался неторопливый осенний рассвет, полуоблетевшие деревья зябли в холодном утреннем тумане. Горбатая крыша принадлежавшей Юрию “Победы” казалась бугристой от воды, по радужным от старости лобовым стеклам медленно сползали похожие на слезы капли конденсата. Слегка перекошенный вправо никелированный бампер скалил тронутые ржавчиной клыки, на длинном капоте красовалась белая клякса, – судя по размеру, ее оставила пролетавшая над двором ворона.Юрий поднял похожий на пеликаний клюв капот и не спеша проверил уровень воды и масла. Поддержание этого ржавого монстра в рабочем состоянии стоило ему немалых усилий, но “Победа” нравилась Юрию. Она была основательна и надежна. Всякий раз, садясь на водительское место, Юрий боролся с ощущением, что на этой машине, как на танке, можно ездить сквозь стены. Он включил подфарники и мягко тронулся с места.Ведя неповоротливый автомобиль по запутанному лабиринту дворов и детских площадок, он поглядывал на освещенные окна, которых становилось все больше. Юрий вырос в этом районе. Вот в этом дворе они с ребятами любили играть в войну и в прятки, а вон та асфальтовая дорожка ведет прямо к школе. За десять лет он выучил на этой дорожке каждую трещинку, каждый бугорок. Половина деревьев, засыпавших своими листьями утоптанную землю и мокрый черный асфальт, выросла на его глазах из закопанных в землю тонких прутиков. А вот в этом доме когда-то жил Женька Арцыбашев по прозвищу Цыба – лучший друг Юрки Филатова по кличке Филарет, сосед по парте, вдохновитель большинства их совместных проделок, остряк и балагур. Вспомнив Цыбу, Юрий поморщился: последняя шутка веселого выдумщика Женьки Арцыбашева оказалась не совсем удачной, и на похоронах никто не смеялся.Первый пассажир попался ему сразу же, как только Юрий выехал на улицу. Средних лет мужчина, одетый как мелкий чиновник и вооруженный старомодным кейсом, голосовал, стоя у края тротуара. Когда Юрий затормозил возле него, потенциальный седок едва заметно вздрогнул и слегка отпрянул: похоже, вид древнего автомобиля не вызывал у него доверия. Он затравленно огляделся по сторонам, бросил быстрый взгляд на часы и, решив, что деваться некуда, полез в салон.– Дверцей хлопните посильнее, – сказал ему Юрий. – Куда поедем?Они поехали на Казанский. Здесь стояла длинная очередь государственных такси, вокруг вертелось множество частников, и Юрий решил не пытаться заработать в этом чересчур оживленном месте. Его автомобиль был слишком слабым конкурентом для мощных “Волг” таксистов и маневренных, комфортных иномарок частников. Впрочем, Юрий не расстраивался. В кармане у него уже шуршали полученные от первого пассажира деньги. Он поздравил себя с почином и отправился колесить по Москве в поисках очередного пассажира.Седок отыскался быстро. Они отправились в Измайлово, где Юрия сразу же перехватила крупная, хорошо одетая дама, торопившаяся в Химки. Всю дорогу дама восхищалась уютом и старомодным дизайном “Победы”, но у Юрия почему-то сложилось совершенно определенное ощущение, что ее интересовал не столько автомобиль, сколько водитель. Не зная, как себя вести в такой ситуации, он отвечал односложно и хмуро, так что к концу пути дама обиженно замолчала и отвернулась к окну.В Химках Юрий притормозил у только что открывшейся пельменной и с аппетитом позавтракал, оставив в кассе часть утренней выручки. Приканчивая третий чебурек и запивая его обжигающим, чересчур сладким чаем, он подумал, что все не так уж плохо. Под лежачий камень вода не течет, а волка, как известно, ноги кормят. Конечно, такая работа не слишком престижна, но на данный момент он мог считать себя свободным от унизительных хождений по отделам кадров и безрадостной перспективы кому-то подчиняться. Теперь ему казалось странным, что идея заняться частным извозом не пришла ему в голову раньше. Он мысленно пересчитал заработанные за пару часов деньги и решил, что жить можно. Разумеется, на новый автомобиль ему не хватит еще очень долго, но привести старушку “Победу” в божеский вид он сможет. Тем более что ремонт ей требовался в основном косметический. Поменять обивку сидений, как следует вычистить салон, покрасить и отполировать кузов… В сверкающих, похожих на лаковые игрушки старых автомобилях есть своеобразный шарм, и очень многие захотят прокатиться в салоне этого музейного экспоната. Иномаркой теперь никого не удивишь. “Победа” – совсем другое дело. Тут, помимо всего прочего, будет иметь немалое значение ностальгия по безвозвратно ушедшим временам.Юрий усмехнулся, залпом допил чай и вышел из кафе. “Победа” стояла у тротуара. Меньше всего она сейчас напоминала лакированную игрушку. При виде ее вспоминался скорее древний утюг, за ненадобностью выброшенный на помойку. Юрий ласково похлопал ее по еще не успевшему остыть капоту.– Ничего, старушка, – сказал он машине. – Мы с тобой еще заткнем всех за пояс! * * * Архаичные часы на приборной панели “Победы” показывали одиннадцать десять. Мокрый после ночного дождя асфальт блестел на солнце, как расплавленный металл. Солнцезащитный козырек не спасал от этого блеска. Юрий пожалел, что не догадался захватить темные очки. Впрочем, единственная пара таких очков, которой он располагал, принадлежала маме. Это были огромные зеленые окуляры в чудовищной пластмассовой оправе, с поцарапанными стеклами и обломанной дужкой. Протирая уставшие глаза, Юрий подумал, что в этих очках за рулем древнего автомобиля он выглядел бы неотразимо.Из-за солнечного блеска он чуть не пропустил пассажира, который, стоя на бровке тротуара, старательно тянул вверх руку. Юрий поставил рычаг переключения передач в нейтральное положение и с некоторым трудом заставил тяжелую машину остановиться у бордюра. Изношенные тормозные колодки издали протестующий скрип.Правую дверцу опять заело, и Юрию пришлось перегнуться через сиденье, чтобы помочь пассажиру забраться в салон. Полнеющий лысоватый мужчина, одетый в расчете на дождливую погоду, тяжело плюхнулся на переднее сиденье рядом с Юрием и принялся раз за разом хлопать своенравной дверцей. Его нижняя губа была оттопырена, выдавая раздражение. Наконец дверца закрылась, пассажир откинулся на спинку сиденья и бережно пристроил на коленях плоскую спортивную сумку. Сумка издавала отчетливый запах жареной курицы, и Юрий, который уже успел проголодаться, сглотнул слюну.– В Быково, – скомандовал пассажир тоном человека, привыкшего отдавать распоряжения. – Надеюсь, ваша машина сможет туда доехать?Он покосился на Юрия и слегка нахмурился, пытаясь что-то припомнить. Юрию его лицо тоже показалось знакомым. Он не впервые видел эту обширную сверкающую лысину, жирный двойной подбородок, гладкие белые щеки и оттопыренную нижнюю губу. Будь это лицо чуть подлиннее и не таким жирным, его обладатель был бы похож на классика отечественной литературы Алексея Николаевича Толстого.Юрий отъехал от тротуара, развернулся на перекрестке и поехал в сторону Быково. Он смотрел на дорогу, но лицо пассажира все время не давало покоя. Что-то беспокоило Юрия в этом лице. Где же они виделись? Почему-то Юрий был уверен, что не просто видел этого человека где-нибудь в толпе или в вагоне метро. Им наверняка приходилось общаться, но вот где и при каких обстоятельствах? И почему, спрашивается, его сходство с Алексеем Толстым кажется таким важным?И тут Юрий вспомнил. Перед ним, как наяву, встал летний день, проведенный в загородном доме банкира Арцыбашева, песчаный пляж, людские голоса, смех, музыка, запах шашлыков и прыгающий на одной ноге, силясь попасть другой в штанину, полуодетый пьяный толстяк – Георгиевский кавалер и лауреат какой-то литературной премии, член Союза писателей Самойлов, которого Женька Арпыбашев, помнится, обозвал проституткой. “Мир тесен, – подумал Юрий. – Ох, не вовремя мне встретился этот лауреат! Только-только все начало забываться, и вот, пожалуйста!"Георгиевскому кавалеру, по всей видимости, не давали покоя те же мысли, потому что он, поерзав на скрипучем сиденье, повернулся к Юрию лицом и спросил:– Нам случайно не приходилось встречаться? Что-то мне ваше лицо кажется знакомым…– Нет, – солгал Юрий, – не приходилось. У него не было ни малейшего желания возобновлять знакомство.– Странно, – сказал лауреат. – Впрочем, что тут странного. У меня отвратительная память на лица, а на имена еще хуже. Познакомлюсь с человеком, а через две минуты не помню, как его зовут. Выпивал как-то раз с министром чего-то там такого. Ну, чокнулись раз, другой… Надо разговор поддерживать, а я забыл, как его по батюшке. Помню, что вроде бы Николай, Коля, а вот как по отчеству – хоть убей, не вспомню. Неудобно получилось. А ведь, казалось бы, писатель должен помнить такие вещи… – Он сделал многозначительную паузу, давая Юрию возможность вставить восхищенную реплику наподобие:
1 2 3 4 5 6 7 8 9

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики