ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

новые научные статьи: демократия как оружие политической и экономической победы в услових перемензакон пассионарности и закон завоевания этносапассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  прогноз для России на 2020-е годы 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Но все равно: я люблю трубы. Наверное, я только две вещи по-настоящему и люблю - трубы и железные дороги. Дороги-то еще в детстве меня заворожили, всем своим адовым красно-черным (успел, застал закат паровозной эры!) клублением дымов, разноцветными огнями на ночных станциях, бесконечным перетеканием линий друг в друга на больших узлах - на зависть Визарелли. Для меня и до сих пор нет большего наслаждения, чем простоять вечер и ночь в самом последнем тамбуре поезда, смотреть назад, где все это вьется, перемигивается, сплетается и расплетается, исчезает и возникает опять. Но главное - запах! Причем даже не тот, густой, что поднимается от шпал в знойный день, когда солнце плавит в них смолу, но ровный, вечерний, каким все пропитано вокруг любого пути - даже одинокого, заросшего, заброшенного где-нибудь в поле или в карьере.
А вот трубы - сам не знаю за что. Есть в них какая-то тайна. Например, мне никогда не удавалось подсмотреть, как их строят. Ведь не представишь себе подъемный кран такой высоты. И если предположить, что составляются они из больших бетонных колец, то понадобился бы по меньшей мере вертолет, чтобы поднимать такие кольца наверх и ставить их друг на друга. Но кто видел когда-нибудь грузовые вертолеты над Москвой? Другое дело, если их складывают из обычного кирпича, а потом штукатурят поверх. Тогда, по мере того как труба растет вверх, можно было бы устраивать специальные подъемники для материала. Но это на много недель работа. Я же ни разу в жизни не встречал недостроенной трубы. И вполне готов поверить поэтому, что их попросту привозят под покровом ночи уже готовыми на каких-то грандиозных машинах, а потом не менее грандиозными домкратами устанавливают за пару часов в нужном месте.
- Слушай, - спрашиваю я у Макарова, - это правда, что из глубокой шахты можно днем увидеть звезды?
- Само собой, - говорит Макаров.
- Почему - само собой? Это, по-моему, вовсе не само собой, а достаточно как раз удивительно.
- Удивительного тут ни на грош, - заявляет Макаров, а я в очередной раз крещу его мысленно позитивистом. - Если ты смотришь на небо с открытого места, то в глаза тебе светит весь купол целиком, да еще солнце, прямые лучи, - и все это блеск звезд, соответственно, застит. А в шахту свет попадает только от маленького участка неба, который над ней. И солнца нет. Вот и получается. Понял, Фофанов?
Моя фамилия не Фофанов, но это одна из макаровских поговорок.
- А из трубы? - спрашиваю я. - Вот из этой, скажем, трубы - тоже будет видно?
- Естественно. Какая разница?
- Ничего себе - какая разница! - смеется Элка. - Труба и шахта! Это, извините, вещи прямо противоположные. Просто как мальчик и девочка.
- Да ну тебя, - говорит Макаров, - я ему серьезно объясняю...
- Едет! - сказал Терентьев.
Мы бросаемся к парапету. Но Элка говорит: не он. Фары не те.
- Как это?
- Тут квадратные. А у него круглые и по две...
У Элкиного репортера голубые "Жигули". На них он катает Элку по Москве и за город. И при случае, конечно, откидывает назад сиденья. Репортеру года, наверное, двадцать четыре. А Элке тридцать. А мне, например, тридцать два - но это тут ни при чем. Но сохранилась Элка отлично. У нее, между прочим, совершенной формы грудь. К тому же и жизнь ее научила кое-чему. Так что юноша нисколько не прогадал, выбирая.
- Ну я ему покажу, - говорит Элка.
- Скорее наоборот, - говорит Терентьев.
- Что - наоборот?
- Не покажешь.
- Может, обойдемся без хамства?
- А на кой хрен ты нам все это устроила? - спросил Терентьев.
- Ну, я же не знала... А потом, вы спокойно могли отказаться.
- Вообще-то я и сам об этом много думал, - сказал Макаров. - У меня даже проект имеется - для ООН или ЮНЕСКО. Рано или поздно шахтное расположение стратегических ракет все равно морально устареет. Тогда в эти шахты можно установить зеркала для телескопов. Получится всемирная наблюдательная система. Многоэлементная и с большим разрешением.
Я поинтересовался, как он собирается направлять такой телескоп в нужную точку.
- А где она, нужная точка? - сказал Макаров. - Будут сканировать небо - земля-то вертится. Пускай вселенная поделится кое-какими из своих тайн. Терентьич, у тебя телескоп когда-нибудь был?
Терентьев ответил взглядом - совершенно затравленным.
- Вот и у меня не было. А ведь хотел купить пару лет назад. Школьный, но приличный. Рефлектор. Так денег пожалел. Чурка!
Как-то мне все это странно. Я знаю, что единственная книга, какую Макаров прочел по астрономическим делам, - все те же "Звезды", с которых все и начиналось вчера. И даже вторую, которую я дал ему уже давно - "Вселенная, жизнь, разум", - не открывал пока. И вряд ли откроет.
- Надоело, - сказала Элка. - Преклонение перед абстрактной бесконечностью, околдованность астрономическими масштабами и любовь к мертвой природе отдают, знаете ли, дешевым пижонством. Человек мыслящий вглядывается в малое и ищет неизреченное рядом. Над тайной жизни в первую очередь задумывается, над ее вездесущностью, постоянством, воспроизводством. Вы бы лучше в обыкновенном зачатии попробовали что-нибудь понять! Да-да, в зачатии - и нечего лыбиться! Что это, как это? Да ты на траве когда-нибудь лежал, человек асфальта?! А там, между прочим, в почве, любая крупинка вся кишит прямо: жучки, червячки, букашки, какая-то мелочь, вообще уже не различимая... Вот они, масштабы, вот тебе галактики, вот любые созвездия... Но им мало, видите ли! Им мертвый огонь подавай, да еще далекий настолько, что недостижим в принципе! Тем более, если не ошибаюсь, он и горел-то сотни миллионов лет назад, а теперь, может, и вовсе не существует. Пустое место!
- Кстати, - сказал Макаров, - микроскоп я тоже не купил. Сам не понимаю почему. Сказать смешно, какие он копейки стоил.
- Во-первых, - внес трезвую ноту Терентьев, - ничего этого в микроскоп не видно. Видны в него в лучшем случае амебы, клетки и срезы волос. Во-вторых, насчет того, что и когда светило, - это сложнейший философский вопрос, связанный с никем еще толком не осмысленными категориями пространства и времени. А потом, какое тебе, поэту, дело до букашек, которые где-то там кишат? Ты зрить обязана в суть человеческую!
- Дурак! - говорит Элка. - А в кого, по-твоему, мы все превратимся? Сперва - в землю. Потом - в них как раз, которые из земли происходят.
Терентьев задумался, отразил очками трубу. Потом кивнул головой:
- А что... Я, пожалуй, согласен. В жука. Пожарника. Или нет - в майского.
- В шмеля, - сказал я.
- Ну а я, наверное, - сказала Элка, - в муху. Дрозофилу. Идет?
- А почему не в бабочку? - спросил Терентьев.
- Действительно, - сказала Элка, - почему не в бабочку?
- У вас, ребята, - засмеялся Макаров, - нелады с семантикой. Жуки, между прочим, тоже бывают полу мужеского и женского. И мухи.
- Дудки, - говорит Элка, - они все гермафродиты.
На крыше соседнего дома двое мужиков в тусклой одежде вязали веревку к основанию телеантенны. Другой конец веревки сполз с крыши и свисал на чей-то балкон. Потом один достал неразличимый отсюда, но, видимо, режущий инструмент, попробовал его на жестяном колпаке над вентиляционным выходом, и до нас долетел душераздирающий скрежет.
- Бр-р, - поежился Макаров, - прямо мороз по спине.
- Домушники, - констатировал Терентьев тоном человека, выстрадавшего запанибратство со всеми вещами мира.
- Если они нас увидят, - сказала Элка, - они могут в нас выстрелить. Потому что мы для них представляем опасность. Как интересно! Я, наверное, впервые в жизни представляю для кого-то опасность.
- Ну да! - усомнился Терентьев. - А для многочисленных жен?
- Это не считается.
Но я к Элкиным словам все-таки прислушался и настоял на том, чтобы спрятаться за чердачную будочку. Тут мы и уселись, плечом к плечу, все четверо. Теплее не стало. Прямо перед нами оказалось теперь вытяжное отверстие, из которого устойчиво пахло позавчерашним супом.
- А вот с моим братом, - сказал Терентьев, - с родным братом, случилась такая история. Род его занятий состоял в том, чтобы обследовать только что выселенные дома и собирать там всякие интересные вещи, оставленные жильцами. Попадалась антикварная мебель, картины - у нас, например, дома до сих пор подлинный Верещагин висит, - книги, даже медали и деньги старинные. Работал брат с приятелем, который был шофером на автобазе, так что удавалось использовать служебный грузовичок. Все у них было отлично налажено; брат даже роман крутил с дамочкой из Моссовета, секретаршей в том именно отделе, где отвечали за выселение, ремонт или снос старых домов в центре. Так что сроки и адреса им становились известны заранее. Основной же задачей было опередить дворника. Естественно, опередить его совсем - невозможно. Но дворник чаще всего в этих делах не специалист и по первому разу забирает только то, что самому приглянулось: пустые бутылки, пепельницу, может, какую, если найдет, мебель, которая поцелее. Но зато, если позволить ему прийти во второй раз и в третий, тогда он либо сам вынесет все без остатка на предмет хоть по дешевке - да продать, либо отыщет такую же, как у брата, конкурирующую частную фирму. Так что попасть в дом необходимо было точно между первой и второй дворницкими инспекциями. И вот однажды брат обнаружил в одном таком доме замечательный ампирный буфет. Эдакого мастодонта - больше двух метров высотой. В новой квартире, куда переехали хозяева, он, по-видимому, просто не мог бы уместиться. Буфет требовал некоторой реставрации, но даже в таком виде был шанс прилично на нем заработать. Брат прикинул и решил, что вдвоем, пожалуй, если поднатужиться, вытащить они его оттуда сумеют, тем более что парадная лестница по ширине была прямо-таки дворцовой. Сбегал в телефонную будку, вызвал подельщика с машиной - тот ставил ее не в гараже, а возле дома, так что и по ночам она оставалась в их распоряжении, - потом вернулся назад. И тут видит, как из дверей возникает дворник, а с ним интеллигентного вида мужик. Они стоят, о чем-то договариваются и наконец бьют по рукам.
1 2 3
Загрузка...
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    
   
новые научные статьи:   принципы идеальной Конституциисхема идеальной школы и ВУЗаключевые даты в истории Руси-Россииполная теория гражданских войн и  национальная идея для русского народа
загрузка...

Рубрики

Рубрики