ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

- Любишь ты эффекты, я знаю, да года наши уже не те, и мы с тобой не юные кладоискатели из пионерской книжки… Давай уж к делу. Ты меня достаточно заинтриговал, ладно, я томлюся в жутком нетерпении… Какие там еще штампы?
– Ну хорошо, изволь, - сказал Кот Ученый уже вполне серьезно. - Итак… Ага, некоторые детали, в которые ты наверняка и не вникал… Ты помнишь, чем занимались все Гладышевы в эмиграции?
– Сыновья были инженерами, - сказал Смолин. - То есть, один в Маньчжурию приехал уже готовым инженером, дипломированным, а младший, после гимназии, тоже что-то такое кончал, тоже в инженеры подался.
– А патриарх? То бишь купец?
– Без понятия, - сказал Смолин. - Не интересовался. Ну, снова по купеческой части пошел, наверно…
– Ничего подобного. Глава рода, Кузьма Федотыч, буквально через полгода после того, как семейство обосновалось в Харбине, говоря высоким слогом, обратился к Господу. Монахом стал. Самым натуральным, по всем канонам постриженным. Так монахом и помер в сорок первом. Это очень необходимая деталь… В общем, читай.
Он подал Смолину небольшую толстую книжицу в коленкоровом переплете под мрамор, как это было модно в старые времена. Не дожидаясь пояснений, Смолин открыл ее на закладке и по одобрительному кивку друга понял, что угадал. Аккуратные строчки, порыжевшие выцветшие чернила, орфография, разумеется, не «красная» - повсюду твердый знак в окончаниях слов, «ер» и даже кое-где, натренированный взгляд моментально выхватил, самая натуральная «фита». Хотя дата вверху листа - двадцать пятое сентября тридцать седьмого года. Бывший купец, как многие, большевистские новшества не принял категорически…
Почти половину листа занимала старательно, по всему периметру приклеенная газетная вырезка. «Комиссары вновь жрут друг друга то ли как якобинцы, то ли как крысы в ведре». Это заголовок - из коего сразу ясно, что газета, конечно же, эмигрантская, кто бы еще себе позволил такую вольность в выражениях. Ну, что там… Очередные расстрелы в Москве… скрытое злорадство автора по поводу того, что коммунисты начали истреблять друг друга… длинный список. И одна фамилия старательно, ровненько подчеркнута чуть выцветшим красным карандашом: «комбриг Вальде, политуправление Ленинградского военного округа.
Смолин перешел к рукописным строчкам.
«Промысел Божий смертными осознается не сразу, иными, пожалуй что, и никогда, но тот, кому повезло припасть к источнику мудрости Господней, рано или поздно прозревает пути Творца. Что до меня, смиренного, то не перестаю возносить хвалу Господу, за то, что промыслил мне нынешнюю стезю. Во времена, оны, в полузабытом Шантарске (а точнее, в Кузьмине), лютой злобою я исходил в адрес грабителей, коими был ограблен и бит, долго еще, недели и месяцы, осылал проклятья и покрытому татуировками, словно аляскинский туземец, матросу, и чухонцу с бритой актерской рожей и волчьим взглядом, и даже третьему, сошке мелкой, нижнему чину с красной звездой во лбу. В те поры, на речном берегу, в угнетенно притаившемся Кузьмине, мне казалось, когда я в бессильной злобе глядел вслед удалявшейся железной коробке, что жизнь кончена окончательно и бесповоротно. Господи, Боже всеблагий! Как неумен, корыстен и животен я был, полагая конец жизни в том, что пришлось расстаться с тридцатью фунтами золота и драгоценностей! Как я был слеп, убог, нищ духом! Саквояж с накоплениями мне казался высшей жизненной ценностью… Слава Богу, прозреть мне удалось очень быстро - а вот понять замыслы Творца и величавую неостановимую работу Господних мельниц, мелющих медленно, но верно - лишь долгие годы спустя. Кем бы я стал в Харбине, не лишившись отобранного красными саквояжа, прибывши туда богатеем? Никаких сомнений нет, что очень быстро сделался бы компаньоном Петра Фомича, располагая изрядным капитальцем, в его зарождавшийся торговый дом все и вложил бы… и опять-таки нет сомнений, что при таком обороте событий был бы вместе с Петром Фомичом, Никанором Лялиным и китаезой Бао Гунем убит маньчжурскими бандитами в ночь приснопамятной резни в главной торгового дома резиденции. И даже случись мне тогда кто знает, уцелеть, все равно ждала бы участь хотя бы бедолаги Шахворостова - уцелеть-то он уцелел, да предприятие от разгрома так и не оправилось, в считанные месяцы захирело, а там дело япошки довершили, и призреваем теперь Шахворостов исключительно милостынею монастыря нашего. Был, был в ограблении моем большевика перст Божий! Как же иначе, если сам я, найдя святую стезю, который год смиренно и честно несу служение монастырское, и сынишки, ставши не наследниками купца-миллионщика, а нищими, долженствующими полагаться лишь на светлые головы и золотые руки, толковыми инженерами стали, на ноги поднялись благодаря неустанным собственным трудам, а не батькиному капиталу, не стрижке купонов или дележу дивидендов. Благодарю тебя, Господи, ежечасно!»
– Вот и все, пожалуй, - сказал Кот Ученый, зорко следивший за бегавшим по строчкам взглядом Смолина. - Ну как, теперь соображаешь? Кутеванов, Вальде, саквояж, купец, село Кузьмино, до сих пор благополучно в той же географической точке пребывающее… Они не по пьянке кататься двинули. Они ехали в Кузьмино, где и вытряхнули у купца все нажитое непосильным трудом. Саквояж. Тридцать фунтов золота и драгоценностей… то бишь двенадцать с лихвой килограммчиков…
До Смолина только теперь начинало помаленьку доходить, как до пресловутого верблюда. Мысли путались и прыгали. В совершеннейшей растерянности он вертел в руках дневник положил его на стол, снова взял… Спросил ошарашенно:
1 2 3 4 5 6

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики