ТОП самых читаемых авторов     ИСКАТЬ КНИГУ НА САЙТЕ

новая информация для научных статей по экономике, педагогике и гражданским войнам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 



Джек Ритчи
Мисс Пятьдесят Штатов

* * *
Из-под двери моего номера торчал краешек конверта цвета лаванды. Я поднял его, вскрыл и увидел внутри листок бумаги с машинописным текстом: «Уважаемый господин Уокер, если завтра в финальном туре меня не изберут „Мисс Пятьдесят Штатов“, я вас убью. Даю вам в этом слово. Я не шучу. Жизнь моя кончится, так почему бы мне не прикончить и вас? Может, мне это даже понравится».
Я тотчас показал записку Стаббинсу и Макги. Макги почесал подбородок.
— Довольно любопытно.
Я смерил его холодным взглядом.
— Это чересчур мягко сказано. Мне угрожают убийством.
— Любопытно, что на бумажке нет подписи. Как вы догадаетесь, за которую из девиц голосовать?
Я перечитал записку ещё раз.
— Хм. А ведь верно. Я поначалу и не заметил. Тогда за каким чертом мне вообще прислали эту писанину?
— Может, она просто забыла расписаться? — предположил Макги.
Стаббинс, Макги и я судим конкурс красоты «Мисс Пятьдесят Штатов», но поскольку главным арбитром был я, а Макги со Стаббинсом наверняка поддержали бы любое мое решение, соискательницы этого вожделенного титула, естественно, норовили оказать давление на меня.
— Вы хотите выяснить, кто это написал? — спросил меня Стаббинс.
— Конечно. Но ведь у нас десять финалисток.
Стаббинс проворно перелистал личные дела девушек. Судя по его виду, он знал, что ищет. Наконец Стаббинс отложил в сторону три папки.
— Ну, вот, — сказал он.
— Что — ну, вот? — спросил я, заглядывая через его плечо.
— Как вы успели заметить, записка отпечатана на машинке. Текст красиво расположен, и в нем нет ни единой помарки. Иными словами, трудился не новичок, — Стаббинс кивнул на три отложенные папки. — Из всех наших финалисток с пишущей машинкой знакомы только эти трое — «Мисс Висконсин», «Мисс Нью-Йорк» и «Мисс Южная Каролина».
Я нахмурился.
— Все равно не понимаю, почему нет подписи. Неужели и впрямь забыла?
Макги улыбнулся.
— А вдруг она сначала хотела посмотреть, как вы будете реагировать на угрозу, пусть и анонимную? Увидев, что вы перепугались, она попытается развить успех и назовет себя.
— В таком случае её ждет разочарование, поскольку я ничуть не перепугался, — ответил я.
— Да, конечно, — согласился Макги. — Но что, если вы сделаете вид, будто струхнули...
Я понял, куда он клонит.
— Что ж, очень хорошо. Позовите сюда этих троих девиц.
Мои помощники быстро выполнили поручение и привели девушек вместе с их наставницами. Оставив последних томиться в коридоре, я пригласил девушек в номер и предъявил им зловещую записку.
Гретхен («Мисс Висконсин») с милой улыбкой вернула её мне и спросила:
— А почему там нет подписи?
— Не знаю. Возможно, автор забыл поставить свое имя. — Я оглядел девиц. Ответом мне было их невинное молчание.
Оливия («Мисс Нью-Йорк») тоже оказалась большой мастерицей по части милых улыбок.
— А почему вы подумали на нас троих? Финалисток-то десять.
— А потому, что только вы трое умеете печатать на машинке! — бодро сообщил Стаббинс.
Слегка дрожащими руками я сложил листок и запихнул его в карман.
— Не понимаю, зачем кому-то убивать меня из-за какого-то там конкурса красоты. Разве я не был доброжелателен ко всем вам?
— Конечно, были, мистер Уокер, — поспешно заверила меня Мелисса («Мисс Южная Каролина»). — Вы такой милый, славный, воспитанный...
Я кивнул.
— Судить конкурс красоты — та ещё работенка, но я стараюсь быть справедливым и беспристрастным. — Я достал платок и промокнул лоб. — Мне хочется, чтобы та из вас, которая сочинила эту записку, ещё раз хорошенько все обдумала. Ведь не собираетесь же вы и взаправду меня убить!
Стоявший за спиной девушек Макги поднял со стола толстую книгу и вопросительно взглянул на меня. Я едва заметно кивнул. Макги выпустил книгу, и она с оглушительным хлопком шлепнулась на стол. Я подскочил в кресле и дико заозирался по сторонам.
— Что это было? Кто стрелял?!
— Прошу прощения, мистер Уокер, — извинился Макги. — Я нечаянно выронил книгу.
Я нервно хихикнул.
— А звук был такой, словно кто-то пальнул из пистолета. — Я снова вытер лицо платком. — Вот что, девочки, не забывайте, что я — ваш друг. Я здесь затем, чтобы оказывать вам любую посильную помощь, и если вас что-то беспокоит, я охотно... нет, я с огромной радостью сделаю все, что только можно, чтобы... — И так далее в том же духе.
* * *
Без нескольких минут девять в дверь моего номера постучали. Открыв, я увидел здоровенного детину, который смотрел на меня взглядом одержимого.
— Вы — мистер Уокер, один из судей конкурса красоты?
Я опасливо кивнул.
— Этому надо положить конец, — решительно заявил детина.
— Чему — этому? — спросил я.
— Я не допущу, чтобы титул «Мисс Пятьдесят Штатов» достался Гретхен.
— Позвольте поинтересоваться, почему?
— Потому что я намерен жениться на ней.
Я вздохнул.
— Заходите и садитесь.
Детина устроился на стуле.
— Я не могу допустить, чтобы все пялились на нее!
— На неё и так все пялились. От Шебойгана до Милуоки.
— Знаю. Но теперь конкурс будут транслировать на всю страну. Миллионы мужчин увидят мою Гретхен в этом узеньком бикини! Вы представляете себе, какие мыслишки начнут бродить в их головах? — Детина запустил пятерню в свой белобрысый чуб и отбросил его со лба. — Мы с Гретхен росли вместе. Ходили в один детский сад, в одну школу! Вместе мусолили анатомию!
— Вы были настолько близки?
Детина засопел.
— Надо было покончить с этим раньше, — заявил он. — Сперва эта «Вишневая Королева Монтгомери», потом «Картофельная Принцесса Сибаго», «Яблочная Милашка Макинтоша»... Я все думал, она угомонится, но эти победы только вскружили ей голову. — Похоже, детина был в отчаянии. — Вы хоть понимаете, чем чреват для неё выигрыш этого конкурса?! Она станет знаменитостью, сведет дружбу с разными там толстосумами и видными людьми, сменит пять-шесть мужей, и все, спеклась старушка Гретхен. И ведь на диете будет сидеть беспрерывно, а это вредно для здоровья. Она, когда четыре пуда весила, веселая была и жизнерадостная... Вы уже решили, кто станет этой вашей «Мисс Пятьдесят Штатов»?
— Нет, пока размышляю.
Детина вскочил и подался ко мне.
— Мистер Уокер, если вы выберете Гретхен, я вас убью, честное слово. Мне и жить-то тогда незачем будет. — Он остановился на пороге и добавил: — Последний раз, когда я палил из дробовика по глиняным тарелочкам, расколотил девяносто девять из ста.
Все-таки один раз он промазал. Это внушало некоторый оптимизм.
Когда детина удалился, я решил, что не помешало бы промочить горло, и наполнил бокал. Мгновение спустя в дверь опять постучали.
На сей раз пришла Оливия. Я высунул голову в коридор и огляделся.
— Где ваша наставница?
Оливия передернула плечами.
— Гостиничный врач дал мне снотворных пилюль, а я случайно опрокинула стакан с молоком, и пришлось принести наставнице другой. — Она прикрыла дверь, и мгновение спустя я с удивлением обнаружил, что мы с Оливией бок о бок сидим на диване. От её иссиня-черных волос исходил какой-то терпкий и, казалось, задиристый аромат.
Она чуть ощерила белые зубки.
— Мистер Уокер, я заметила, что вам, человеку ученому, нравятся женщины с мозгами, наделенные немалым дарованием. Какого вы мнения о моей картине?
Поскольку в рамках конкурса оценивалась не только наружность, но и всевозможные таланты, Оливия представила свое живописное полотно. Я не исключаю, что на нем мог быть изображен залитый лунным светом мост. Назывался этот шедевр «Над пропастью держи».
Художница придвинулась ещё ближе.
— Вы были так добры к нам. Не знаю, как остальные, но я очень вам признательна. — Ее пальчики принялись ползать по моему затылку. — Я буду благодарна за любую, даже самую пустячную услугу, которую вы окажете мне завтра, мистер Уокер. Так благодарна! — Она заглянула в мои глаза; уста её были все ближе, как, впрочем, и остальные части тела.
Я вовремя вспомнил о своих предках-пуританах и проворно вскочил с дивана.
— Вот что, юная дамочка, — строго проговорил я, — ничего у вас не выйдет.
Несколько секунд Оливия пристально смотрела на меня, потом передернула плечами.
— Ладно, тогда поговорим начистоту. Это я прислала записку, и каждое слово в ней — святая правда!
Усомнившись в святости этой правды, я шагнул к телефону.
— Что ж, я вызываю полицию.
Оливия усмехнулась.
— Валяйте, коли есть охота. Я просто ото всего откажусь. Ваше слово против моего. — Ее глаза сверкнули. — Короче, если завтра я не стану «Мисс Пятьдесят Штатов», считайте себя покойником.
С этими словами Оливия выскочила за дверь и была такова.
* * *
Спустя четверть часа, когда я трудился над вторым бокалом, в дверь снова постучали. Пришла Мелисса. В руках у неё была какая-то бутыль в подарочной обертке.
— Скромный дар за все, что вы сделали для маленькой беспомощной старушки Мелиссы, — объявила она. — Очень хороший «бурбон».
— Где ваша наставница? — будто попугай, повторил я.
— Эта милашка дрыхнет без задних ног. Выпила молока и отключилась. — Мелисса поставила бутыль на стол. — Сейчас мы с вами бражничать не будем. Я знаю правила и не хочу, чтобы меня обвинили в попытке воздействовать на судью. Поэтому прибережем бутылочку, а завтра отметим нашу победу, если мне каким-либо образом удастся стать «Мисс Пятьдесят Штатов». — Она уставилась на меня своими зелеными глазищами. — Знаете, вы такой изысканный, образованный. Вы напомнили мне моего дядюшку Дэвида. Он пишет стихи и печатается в «Тускачи-кларион», рядом с колонкой редактора. — Ее пальчики принялись исследовать лацканы моего пиджака, как пальцы слепого — специальную книжку.
— Юная леди, — твердо заявил я (возможно, с некоторым опозданием), — лестью меня не возьмешь. Я не падок ни на нежности, ни на посулы оных, и моя судейская беспристрастность непоколебима.
Последовало недолгое молчание. Через несколько секунд Мелисса холодно улыбнулась и сказала:
— Думаю, я поступила правильно, начав с пряника. Хотите кнута — что ж, пожалуйста! Это я прислала записку, понятно, старый хрыч?
1 2
ТОП самых читаемых авторов     ИСКАТЬ КНИГУ НА САЙТЕ    
   
загрузка...

Рубрики

Рубрики