ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

- Из чистого золота шарик.
– Да ну? - удивился толстяк. - Самородок?
– Кто знает? - принял эстафету Микульский. - А вдруг из урана? Тогда все мы и они, - он кивнул на толпу за оградой, - находимся в непосредственной опасности. При расщеплении ядер урана выделяется большое количество радиоактивного вещества. Пока еще неизвестен характер излучения.
Толстяк, даже не дослушав, уже пятился к калитке и тотчас же исчез за оградой.
– Граждане, - голос его дрожал, - скопляться не советую. Может быть радиация. Никто не знает.
Толпу у забора словно ветром сдунуло, а Славка даже отступил к веранде. От неожиданности Родионов и Котов переглянулись.
– Вы пошутили, конечно, Феликс Юрьевич? - осторожно спросил последний.
– Да как вам сказать, - сдержанно ответил Микульский. - Хотел пошутить. Но, честно говоря, не уверен. Может быть, это чисто оптическая иллюзия, а возможно, эта световая пульсация сопровождает какое-то проникающее излучение. Счетчиков ведь у нас нет - не проверишь.
Ждать не пришлось. У калитки затормозила голубая "Волга", и в сад ворвался кряжистый, густоусый старик. Он потоптался у калитки и, обернувшись к машине, не закричал - взмолился:
– Скорее, Коля! Ничего подобного мы с вами еще не видели. Рентгенометр быстро!
Из машины, согнувшись, вылез долговязый Коля с черным пластмассовым ящиком на груди. Оба, не здороваясь и не глядя на стоявших у дома, бросились к яме. Несколько секунд они стояли молча, не подходя слишком близко к огню или свету, потом Коля начал производить измерения.
– Ну как? - спросил усач.
– Порядок, - сказал Коля.
– А точнее?
– Радиации нет. Стрелка на нуле.
– Бета- и гамма-излучение проверил?
– Что я, маленький? - обиделся Коля.
– Ну, хорошо-хорошо, - заторопился усач. - Сделаешь спектрограмму, а сюда кинокамеру... Температуру проверил? Сколько?
– Тридцать два!
– ТЭЦ, а не камешек, - сострил Славка.
Тут усач словно впервые разглядел собеседников.
– Простите, - сказал он, - забыл представиться. Профессор Лазарев из комиссии по метеоритам. А это лаборант, - он кивнул в сторону Коли. - С кем имею честь?
Стоявшие у дома назвали себя. Услышав фамилию Микульского, Лазарев поморгал, глазами, что-то вспоминая.
– Микульский... Микульский, - повторил он. - Физикохимические основы подсознательной памяти?
Микульский засмеялся.
– Угадали.
– Очень уж много неясного, - сказал профессор. - Странный метеорит. Да и метеорит ли это? Кто-нибудь наблюдал за его падением?
– Я наблюдал, - ответил Котов и стал рассказывать.
Лазарев слушал, не перебивая, иногда помечал что-то в маленькой записной книжке.
– Это и странно, - он поднял голову от записей. - Метеорит может достигнуть поверхности земли только при малых скоростях падения, порядка пятнадцати-двадцати километров в секунду. Но в этом случае он должен быть лишь чуть теплым, а этот... - он замолчал, машинально перелистывая записную книжку.
– Как вы его заметили? - спросил Микульский.
– При входе в атмосферу.
– Данные радиолокации?
– Обычное радиоэхо. Ионизированный след с высоты ста с лишним километров.
– А спектр?
– Довольно необычный.
– Линии ионизированного кальция?
– Их нет.
– А какие звуковые эффекты наблюдались при падении?
– Свист, и только. Оглушительный свист. И тишина. Ни грома, ни взрыва. Только свет.
– Н-да... - задумчиво протянул профессор. - Нужен еще один глаз.
– Чей? - спросил подошедший Коля.
– Придется ехать за академиком.
ЖЕЛТЫЙ
После того как профессор уехал, компания разделилась. Славка с Микульским пошли смотреть метеорит, а Котов и Родионов поднялись на веранду. Последний тотчас же обратил внимание на партию, оставленную Котовым все в той же позиции на доске.
– Сам с собой играешь? - засмеялся Родионов. - Ну и нагородил.
– Не моя партия, - сказал Котов.
– Вижу. Сапожник белыми играл.
– Умер этот сапожник. А он, между прочим, кандидат в мастера.
Родионов посмотрел на доску, потом на Котова.
– А играл с кем? С Ботвинником?
– С мальчишкой играл, с племянником. И не играл, а учил. Ферзя вперед давал. А партия эта не просто партия, а вещественное доказательство.
– Чему?
– Тому, что племянник находился в одной комнате с дядей, когда у того начался сердечный приступ, не помог ему, не вызвал врача, а ушел с пачкой дядиных кредиток из письменного стола.
– Так что же здесь думать? - удивился Родионов.
– А ты видишь партию? Старший Логунов играл белыми - это доказано. А мог так играть кандидат в мастера?
– Не мог. Впрочем... если конем e на g4?
– Ну, шах. А дальше?
– Еще шах.
– Прикидывал. Ерунда получается. Никчемная серия шахов, король черных на g1 и - привет, как говорится.
– Жаль, - вздохнул Родионов. - Красивая комбинация, если бы слева подкрепить. Да нечем.
Мысль Котова упрямо возвращалась к злосчастной позиции белых. Что-то в ней смущало его, раздражало, заставляло снова и снова перебирать возможные варианты. Что-то знакомое было в этой позиции, где-то он уже видел ее. Где?
– Все та же позиция? - подмигнул Родионов. - Вечный шах ищешь?
– Ищу.
Котов спустился в сад и побрел по дорожке к сараю, но вдруг остановился в изумлении.
Свет менял окраску.
Снизу словно поднимался желтый туман, заполняя серебристую полусферу. Он как бы клубился внутри, образуя странное вихревое движение. Купол становился матово-желтым, а в глубине его вспыхивали золотистые огоньки, как бенгальские искорки.
"Никак прохладнее стало? - подумал Котов. - Не парит, подойти можно". Он осторожно подошел ближе - стало ничуть не жарче. Шагнул на вздыбленный край ямы и протянул руку - не обожгло. Только нагретый воздух пахнул в лицо и в глазах замелькали танцующие огни.
1 2 3 4 5 6

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики