ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Торгильс, сын Лейва.
– Очевидно, ты по-прежнему служишь в дворцовой гвардии.
– Точнее, вернулся в гвардию, после службы в Сицилии.
– Значит, ты должен знать, что такое этот новый кесарь? В конце концов, он есть – или был – твоим начальником.
Я колебался, но Пселл тихо сказал:
– Можешь говорить свободно. Это мнение для потомков. Я по-прежнему составляю записки для моей истории правителей империи.
И снова его откровенность вызвала у меня доверие.
– Ну, – признался я, – судя по тому немногому, что я видел, этот кесарь мстителен и ограничен. Его единственный талант – непревзойденное умение скрывать свои истинные чувства.
– Похоже, для трона лучше не найдешь, – усмехнулся Пселл. – Я заключу с тобой сделку, Торгильс. Как гвардеец ты иногда видишь то, что никогда не увидим мы, посторонние. Будь так добр, сообщай мне о том, что происходит за кулисами, я же не забуду тебя, когда настанет время – а оно, разумеется, настанет – и тебе понадобится друг среди чиновников.
И он быстро пошел своей дорогой.
В течение следующих нескольких месяцев я мало что мог рассказать Пселлу такого, чего он не видел сам. Здоровье Михаила быстро ухудшалось. Конечности у него распухли, раздулись так, что пальцы стали толстыми, как колбаски. Чтобы скрыть немощь от людских глаз, басилевс все меньше времени проводил в городе, удалившись в свой загородный дом. А во дворце ковались обычные ковы, только стали они еще ядовитее, когда все убедились, что жить басилевсу остается недолго. Иоанн Евнух по-прежнему стоял у кормила власти, но кое-кто из придворных уже начал лебезить перед молодым кесарем, приготовляясь к тому дню, когда тот взойдет на трон. Другие сикофанты, то бишь подхалимы, объединились вокруг его любимого дяди, Константина, еще одного брата орфанотропа. Несколько особенно твердолобых вновь обратили внимание на императрицу Зоэ, хотя она по-прежнему оставалась заключенной в гинекее, на женской половине, и басилевс урезал ей содержание, так что жила она чуть ли не в бедности. Никто уже не доверял никому, и все сильнее казалось, что вся махина власти вот-вот развалится.
Я осознал, как далеко зашел упадок, когда однажды декабрьским поздним вечером некий высокий чин прибыл в караульню. Он задыхался и был в смятении.
– Мне нужен гвардеец Торгильс, – заявил он.
– Чем могу быть полезен? – спросил я.
Человек тревожно посмотрел на других отдыхающих гвардейцев, взиравших на него, не скрывая любопытства.
– Ты должен выбрать одного надежного товарища, – сказал он. – Возьмите тяжелые плащи и следуйте за мной.
Я взглянул на Хафдана.
– Возьми Ларса, – приказал он.
Ларс был флегматичный гвардеец, прослуживший в Этерии почти столько же времени, сколько сам Хафдан. Мы с Ларсом собрали свое оружие, и чиновник повел нас, почти бегом, в присутствие Иоанна Евнуха. Тот ждал нас, одетый в монашескую одежду и готовый покинуть дворец.
– Вы должны сопровождать меня как телохранители на случай осложнений, – сказал Иоанн. – Держитесь осторожно, прячьте оружие, а секиры можете оставить здесь. Достаточно мечей под плащами.
Выскользнув из дворца через одни из второстепенных ворот, где привратники явно ожидали нас, мы поспешили по улицам города. Мы держались проулков и окольных улиц, но я понял, куда мы направляемся. А направлялись мы к месту, называемому Венецианским кварталом по причине того, что селилось там множество иноземных купцов, в основном итальянцев. Кроме того, там же располагалось несколько главных монастырей Константинополя, и когда мы остановились и постучались в деревянные двери одного из них, я догадался, что мы стоим перед воротами монастыря, называемого Косьмидион. Именно в этот монастырь басилевс делал самые щедрые вклады, ибо он был построен во имя врачей-святых Косьмы и Дамиана.
Мрачного вида монах впустил нас без единого слова и повел по вымощенным камнем коридорам. Вдали слышалось пение, и когда мы свернули за угол, я заметил поспешно удаляющиеся фигуры с головами, закрытыми накидками – они ждали в тени, любопытствуя знать, что за посетители явились в столь поздний час. Наконец мы подошли к двери обычной монашеской кельи. Дверь была распахнута. Внутри, на простой койке, лежал басилевс.
Я узнал его по толстым распухшим рукам, ибо одет он был не в императорскую одежду, но в простую черную монашескую тунику. На голове у него была выбрита тонзура: я мог видеть порезы и царапины – сделано это было второпях и совсем недавно. Выглядел он воистину ужасающе, и у меня не было сомнений – жить ему осталось не долго.
– Следите за дверью и коридором, – приказал орфанотроп. – Никого не впускайте.
Увидев больного брата, он явно опечалился. Войдя в келью – это я успел заметить прежде, чем повернулся, чтобы следить за коридором, – он опустился на колени перед кроватью и обнял больного. За моей спиной Иоанн ласково шептал какие-то слова утешения тому, кого своими кознями возвел на трон. Мне с трудом верилось, что распухший потный калека, лежащий на койке в келье, – тот молодой и красивый придворный, что женился на Зоэ.
Во дворце ничего нельзя сохранить в тайне, и меньше всего – исчезновение императора. На рассвете в монастырь явились первые посетители: прибыли новый кесарь Михаил и его дядя Константин. Басилевс в это время сильно мучился, и орфанотроп пустил их ненадолго, а потом велел уйти. Явились два врача, один из монастырской лечебницы, другой из дворца, и попытались облегчить страдания больного при помощи болеутоляющих снадобий. Тогда я услышал, как басилевс воскликнул, что желает умереть, как умер его Господь, в муках, и орфанотроп приказал мне врачей больше не впускать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики