ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Пришлось для этой цели пригласить женщину. Питались мы только в кафе. Когда меня перевели в Парадиз-Сити, где в отеле «Спениш Бэй» открылось новое отделение.
Рода также перевелась от своей фирмы в тот же город и в тот же отель. Наш общий доход позволял нам жить безбедно и даже кое-что откладывать: мы даже вступили в местный клуб.
И, тем не менее, этот брак превратился для меня в скором времени в обязанность, в которой не нашлось места не только чувству, но и простой привязанности.
— Рода, — сказал я, подходя к ней, — позавтракай сегодня одна: у меня деловое свидание.
— Хорошо, тогда приходи за мной в шесть, — и она вновь углубилась в чтение журнала.
Спустившись в бар ресторана, я заказал виски со льдом и спросил у бармена по имени Сэм, слышал ли он что-нибудь о Генри Видале. В ответ Сэм недоуменно пожал плечами.
Джо Харкенс опоздал на пять минут. Это был плотно сбитый человек невысокого роста, примерно моих лет, за веселыми глазами которого угадывался ум и цепкая деловая хватка. Я сразу перешел к делу.
— Только что у меня был клиент…
— Знаю, — сразу же перебил он меня. — В прошлом он был и нашим клиентом.
Могу тебе посочувствовать только. Когда я узнал, что он закрывает у нас счет, я чуть не подпрыгнул от радости.
— Перестань дурить, Джо!
— Я совершенно серьезен. Клей. Тебе может показаться странным, когда радуются, теряя клиента, который приносит фирме доход в двести тысяч долларов в год. Однако это именно восемнадцать месяцев, пока сидели на моей шее. Да, да, не смотри так удивленно. Они все время требуют кредита на шесть месяцев, погашая его с пятипроцентной скидкой. Этот Верной Дайер — тот еще тип! Из-за него я потерял лучшую секретаршу, которая вынуждена была бросить работу, так как совершенно не могла с ним работать. Его надо было все время ублажать. Без конца у него рекламации: то ему не нравится одно, то другое, один раз даже пришлось опротестовать в суде один встречный иск. Он никогда ничем не доволен.
— А что ты имеешь в виду, говоря, что Дайера надо все время ублажать?
— Он никогда не приходит в контору, всегда настаивает на встречах в самых фешенебельных ресторанах, предпочитая обсуждать все вопросы за изысканными блюдами с выпивкой. Счет при этом за съеденное и выпитое он всегда оставляет мне. За год мне это обошлось в четыре тысячи долларов.
Несколько минут мы ели молча, затем я спросил:
— А Видаль? Что это за человек?
— Никогда его не встречал. Знаю только, что он живет в Парадиз-Ларго, владеет шикарной яхтой, разъезжает на «роллсе» и утопает в долларах.
Вращается только в самом изысканном обществе, имеет красивую жену.
— На чем же этот Видаль делает деньги?
К этому времени Харкенс уже разделался с копченой осетриной и с благодушным видом откинулся на стуле.
— Он незаменим для сильных мира сего.
— Что ты имеешь в виду?
— Он создал универсальную коммерческую организацию. Более двухсот человек работают на него. Они шныряют по всему свету. Этим и объясняются такие огромные расходы на путешествия. Половина этих людей разъезжает по свету, вступая в контакты с производителями сахара, кофе, добытчиками нефти, цветных металлов и многого другого. Другая половина охотится за теми, которым это нужно. Затем Видаль сводит эти две группы заинтересованных людей, помогая им найти друг друга, посредничает, организует многомиллионные сделки и отхватывает большие куски от сделок, получает хорошие комиссионные.
Неплохое дело наладил, а? Он знает, у кого что есть, и знает, кому это можно предложить. На днях я прочел в газете, что Ливия закупила у Англии несколько устаревших миноносцев. Держу пари, что за этой многомиллионной сделкой стоит Видаль.
Я был потрясен. Я никогда и думать не смел о таком — бизнесе.
— Дайер просил подготовить ему расписание рейсов…
Харкенс поднял руку.
— Можешь не продолжать: я тебе сам их назову: Токио, Иоганесбург, Гонконг, так?
Я удивленно посмотрел на него.
— Он охотится за мной. Это его первая наживка. Я ему подобрал все, что нужно, но он больше никогда об этих рейсах и не заикался. Когда начнется настоящая работа, Дайер будет тебя каждый раз тащить в ресторан. Просто так он и пальцем не пошевелит.
— А вообще-то они платежеспособны?
— Об этом можешь не беспокоиться. Видаль всегда рассчитывается до цента.
— А в каком состоянии их текущие счета в банках?
— С этим все в порядке. Мы запрашивали и банки, и маклеров. Все в отличном состоянии. Я даже могу прислать тебе фотокопии счетов, если хочешь.
— Пожалуйста, Джо, сделай это…
Принесли бифштексы.
— Отвлечемся немного, — сказал Харкенс, — слюни текут, глядя на это мясо.
Некоторое время мы молча жевали, затем он спросил:
— Что-то давно мы с тобой не играли в гольф, Клей.
— Если тебе хочется быть битым, то давай поиграем в воскресенье.
— Отлично, встречаемся в девять.
Так как Рода в воскресенье вставала только к полудню, у меня после игры оставалась еще уйма времени, вполне достаточно для того, чтобы, вернувшись домой, успеть приготовить завтрак.
После кофе мы расстались. Уже садясь в машину, Харкенс сказал:
— Если захочешь узнать что-нибудь еще о Видале, позвони. А вообще. Клей, откровенно говоря, мне тебя жаль.
Вернувшись в бюро, я позвонил помощнику генерального директора нашего агентства в Майами, Хемфри Мэсингему, и рассказал ему о Видале. Он, конечно, слышал о нем.
— Вот уж никогда не подумал бы, что он может выйти из «Америкэн Экспресс».
— Харкенс, кстати, не скрывает своей радости по поводу этого. Не нажить бы нам от них неприятностей.
— Да, но двести тысяч в год. Отказаться от такой суммы… Ради этого, я думаю, можно и потерпеть. Вам, очевидно, придется увеличить штат служащих, так как вдвоем вы теперь не управитесь, раз у вас появился такой клиент.
— Еще неизвестно, какие он поставит условия. Харкенс говорит, что они почти непосильные: бесконечные рекламации, встречные иски в суде и т.д.
— Поживем — увидим. Может быть, с нами они будут вести себя иначе.
— Надо бы навести справки о них в кредитном управлении. Банки не всегда в курсе дел своих клиентов.
— Если вас беспокоит вопрос, насколько они надежны, то я выясню. — И он повесил трубку.
Вошла Сью и положила на стол смету на заявку Дайера. Все было сделано безупречно. Я продиктовал ей письмо к Дайеру о том, что их заявка уже оформляется.
В 18.00 мы закрыли бюро. Попрощавшись со Сью, я отправился в «Тренди Мисс» за Родой. Она должна была скоро закончить, и, в ожидании ее, я немного поболтался в коридоре, пока она, наконец, не спустилась ко мне.
— Боже мой! Как у меня устали ноги. — Я это слышал каждый день. — Как хорошо тебе. Ты сидишь целый день, а я весь день на ногах.
Всю эту тираду я пропустил мимо своих ушей.
— Пойдем вечером в кино? — спросил я, сидя уже в машине.
— Я просмотрела рекламу — ничего интересного.
— Ты когда-либо слышала о Генри Видале?
— Миссис Видаль заходила к нам вчера. Она купила пряжки и брюки.
— Что она из себя представляет?
Рода взглянула на меня.
— Почему ты этим интересуешься?
— Ее муж открыл у нас счет на двести тысяч в год.
Большие деньги всегда производили впечатление на Роду, но она никогда не хвалила других женщин, считая, что все они недостойны ее.
— Она в твоем вкусе — худая и темноволосая, умеет одеваться. Поторопись, Клей, я не хочу попасть под дождь.
Через час Рода, уже развалившись на балконе в шезлонге, потягивала мартини, просматривая при этом какой-то журнал.
Я расположился напротив. Зная, что, кроме журналов и тряпок, ее ничего больше не интересует, разговора о Видале и Дайере я не стал возобновлять.
Как непохожа она была на Валерию. Та вникала во все мои дела. У нее был острый ум, хорошо развитый интеллект и я, бывало, очень часто обсуждал с ней мои дела и получал от нее на этот счет очень ценные рекомендации. Валерия!
Шесть лет тому назад, когда я заменял Роя Кеннона на посту директора бюро в Бостоне, он, прощаясь со мной в аэропорту, сказал, что ни о чем так не жалеет, как о расставании со своей секретаршей, которая была для него эталоном во всем. И это не было преувеличением. Валерия Дарт заслуживала всяких похвал. Высокая, с длинными, вороньего цвета, волосами, большими голубыми глазами, великолепно очерченными губами — она была красавица, а в работе не имела себе равных. Я влюбился в нее сразу же, но несмотря на дружелюбие она никогда не поощряла меня в ухаживании, даже наоборот сдерживала. Мы вместе работали с девяти утра до шести вечера. У нее была своя машина, и, когда мы прощались после работы, она очаровательно мне улыбалась, махала рукой, садилась в машину и уезжала. Я не занимал места в ее жизни. Она никогда не рассказывала ничего о своих делах вне работы, она держала меня на расстоянии… В меня она вошла как вирус. И знал, что для меня не будет другой женщины ни сейчас, ни позже — никогда. Как-то вечером в пятницу, месяца через три после нашей первой встречи, пригласив ее на танцы, я не смог удержать нахлынувшего на меня шквала чувств.
— Валерия, — сказал я, — я люблю тебя. Ты не могла этого не заметить. Как бы ты отнеслась к моему предложению стать моей женой. У меня нет большего желания. Я уверен, что мы могли бы быть счастливы… Есть ли у меня шанс?
Она склонила голову на мое плечо, чтобы я не мог видеть ее лицо. Так мы продолжали танцевать несколько минут, не произнося ни слова. Затем, подняв голову, она улыбнулась мне.
— Да, Клей, у тебя есть шанс, но мне не хотелось бы этого сейчас.
— Значу ли я что-нибудь для тебя. Вал?
— Да, и очень много. — Она поцеловала меня в щеку. — Но не торопи меня, давай немного подождем.
Я был так счастлив, что не спал всю ночь. На следующий день мне позвонили из главной конторы. Вице-президент компании Райнер хотел видеть меня. Я оставил все дела на Валерию и полетел в Нью-Йорк. Райнер сердечно приветствовал меня и сразу же перешел к делу.
— Клей, мы решили предложить вам поработать в Европе в наших отделениях: полгода в Лондоне и полгода в Париже. Вместо вас пока поработает Билл Олсон, но после командировки место останется за вами со значительной прибавкой в зарплате.
1 2 3 4

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики