ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– С тобой все в порядке? – Проведя рукой по волосам, он неловко добавил: – Прости, если я был груб с тобой.
– Можешь не утруждать себя. Я знаю, как тебе тяжело признавать свою неправоту.
– Мою неправоту? – яростно воскликнул он, и остальные удивленно уставились на них. Затем, с трудом взяв себя в руки, продолжил: – Нам нужно поговорить.
Иден невесело рассмеялась.
– Нам нужно было поговорить, – поправила его она. – Сейчас для этого немного поздновато. Не знаю, что я натворила. Ты не захотел рассказать, что тебя гложет, но теперь мне уже все равно.
Очутившись в главном вестибюле аэропорта, Иден была ослеплена вспышками фотоаппаратов. Хотя Рейф и был национальным героем Италии, сегодня внимание папарацци сосредоточилось на ней.
Дав четкие указания своим телохранителям, Рейф обнял Иден за плечи и устремился к выходу, но фотографы, подобно стае гиен, следовали за ними по пятам. Как же я это ненавижу, подумала Иден, когда кто-то всунул ей в руки свежую газету.
Девушка увидела первую страницу, и ей показалось, что мир перевернулся. Там была самая ужасная фотография, которую Иден только могла себе представить. Снимок, сделанный крупным планом, изображал ее в бикини, с обезображенной шрамами ногой. Но больнее всего ранило фото, сделанное в Венеции. Она сидела, откинувшись назад, в гондоле и улыбалась в камеру, хотя на самом деле эта улыбка предназначалась Рейфу. Один из наиболее романтичных моментов их путешествия был представлен грязным и отвратительным. Иден была похожа на проститутку, предлагающую свои услуги.
– О боже, – прошептала Иден, и Рейф вырвал газету у нее из рук.
– Не обращай внимания, это ничего не значит.
– Для меня это много значит. Фотографии просто ужасны. Я чувствую себя… обесчещенной. Не представляю, как им удалось сделать снимки. У меня такое ощущение, будто кто-то за нами следит.
– Папарацци есть повсюду. – Рейф помог ей сесть в машину. – Их нежелательное вторжение – часть жизни светского человека.
– Но не моей, – тихо произнесла Иден, пробегая глазами статью, посвященную их роману.
– Жизнь в стеклянной оранжерее, – пробурчал Рейф себе под нос, и Иден показалось, что она где-то уже слышала эту фразу.
– Информация попала к ним в руки не случайно. Кто-то сообщил о нашей поездке в Венецию. Но кто? Об этом знали только мы с тобой. – Иден резко остановилась, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Как он мог так жестоко с ней обойтись? – Рейф, ты не?..
– А я-то думал, что ты мне хоть немного доверяешь, – отрезал он.
– Тогда кто, Рейф? Этот человек хотел унизить меня, и ему это удалось. Кому еще было известно, что мы собираемся в Венецию?
Отцу, шептал Рейфу внутренний голос, но он сразу же отмел эту мысль. Нет, такое невозможно. Фабрицио не одобрял их отношения четыре года назад, но теперь все изменилось. Во время ужина на вилле его отец был обходителен с Иден.
– Твой отец знал об этом?
Они прибыли на виллу, вылезли из машины и направились к дому.
– Не вмешивай в это моего отца, – яростно бросил он. – Ты настолько не уверена в себе, что ревнуешь меня к нему так же, как ревновала к Джанни?
– Нет, – неистово возразила девушка, – но Фабрицио ненавидит меня. Для него я всего лишь твоя шлюха. Он сказал мне это после званого ужина.
– Случайно не во время того разговора, когда ты объяснила ему, что спишь со мной ради того, чтобы заполучить дом – полагаю, Дауэр-Хаус? Я подслушивал, – добавил он.
У Иден подкосились ноги, и она рухнула на мраморный пол в холле. Рейф даже не пошевелился – просто стоял и безразлично смотрел на нее.
– Ты неверно истолковал все, – прошептала она, глотая слезы. – Фабрицио боялся, что ты женишься на мне, а не на аристократке. Я уверена, именно твой отец четыре года назад заставил Джанни солгать, и не сомневаюсь, что он сделает это снова. Я пыталась убедить его, что не представляю угрозы.
– Зачем зря беспокоиться, cara? – холодно произнес Рейф. – Я и сам мог ему это сказать. Ты последняя женщина в мире, которую я бы выбрал себе в жены.
Сидя за кухонным столом, Иден плакала до тех пор, пока не выплакала все слезы. Рейф скрылся в своем кабинете, громко хлопнув дверью. У нее не было ни малейшего желания говорить с ним. Это пустая трата времени. Она не знала, подслушал ли он ее разговор с Фабрицио целиком или только частично, но, очевидно, этого было достаточно, чтобы осудить ее, не дав возможности объясниться.
– Синьорина. – Знакомый голос отвлек Иден от мрачных раздумий, и она попыталась улыбнуться, когда София, экономка Рейфа, села напротив нее. Они успели подружиться. Иден была удивлена, увидев слезы на ее щеках. – Я во всем виновата, – всхлипывала София. – Вы так расстроены из-за публикации в газете, и это моя вина.
– Но почему вы так думаете? – мягко спросила Идеи, сомневаясь в том, что София сама обо всем рассказала папарацци.
– Синьор Фабрицио как-то зашел сюда и спросил, когда вы едете в Венецию.
Иден положила руку ей на плечо.
– Большое спасибо за то, что вы все мне рассказали, София. Я обещаю, вас не накажут.
Слова экономки только подтвердили ее подозрения. За статьей в газете стоит Фабрицио, подумала Иден, доставая из шкафа свою одежду. Осталось только убедить в этом Рейфа. Однажды Фабрицио уже удалось их разлучить, но теперь она будет бороться за свое счастье. Несмотря ни на что, Рейф хотел дать их отношениям еще один шанс, и она была уверена, что их близость в Венеции так же много значит для него, как и для нее.
Он был таким нежным, таким любящим, и в ее сердце загорелась искорка надежды. Разве он стал бы относиться к ней с таким вниманием, если бы ему требовался только секс? Она не может уйти, не попытавшись в последний раз бросить мост через пропасть, которая разверзлась между ними.
Когда Иден вечером вошла в столовую, София сообщила ей, что Рейф не присоединится к ним за ужином. Он уехал в спешке час назад и не сказал, когда вернется. К полуночи она вся извелась и начала измерять шагами комнату для гостей, прислушиваясь к малейшему шороху на лестнице. Представив, что Рейф сейчас лежит в постели с какой-нибудь красоткой, Иден не выдержала и спустилась вниз. Услышав шум в кабинете, она бросилась туда. При виде Рейфа, сидящего за столом, у нее перехватило дыхание. Но больше всего поразила пустота в его глазах.
– Ты знаешь, который час? Где ты был? – От облегчения ее голос дрожал.
– Ты больше напоминаешь ворчливую жену, чем любовницу, – пробурчал он, и Иден покраснела.
– Ты пьян?
Рейф взглянул на полупустую бутылку виски и, налив себе изрядную порцию, залпом выпил.
– А что, незаметно?
Следовало подождать до утра, когда они оба будут в более спокойном расположении духа, но она весь вечер готовилась к этой встрече, и у нее лопнуло терпение.
– Ты должен меня выслушать, – потребовала Иден, подойдя к столу. – Я могу доказать, что за публикацией в газете стоит твой отец. И он заставил Джанни солгать тебе и поцеловать меня, чтобы разлучить нас. Он…
Не успела она договорить, как Рейф поднялся и схватил ее за плечи.
– Сегодня днем у отца случился обширный инфаркт. Врачи сомневаются, что он дотянет до утра.
– О боже, мне очень жаль!
Потрясенная Иден накрыла дрожащие губы ладонью. Что, если она несправедливо обвинила Фабрицио? В глубине души ей было известно, что это не так, но Рейф не станет слушать ее сейчас. В данный момент имело значение лишь здоровье отца, и, желая утешить Рейфа, она коснулась его лица.
Он отпрянул, словно она его ударила, и Иден содрогнулась под его презрительным взглядом.
– И у тебя еще хватает наглости разбрасываться пустыми словами сочувствия, когда мы оба знаем, как сильно ты его ненавидишь! Мой отец при смерти, а ты пытаешься настроить меня против него, – процедил он сквозь зубы. – Зря стараешься, Иден. Один раз ты уже заставила меня сомневаться в близком человеке, но этому больше не бывать.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Как солнце может так ярко светить, как небо может быть таким голубым, когда жизнь рушится? – подумал Рейф, выйдя на террасу. Казалось, весь мир равнодушен к его горю. Отец по-прежнему находился в тяжелом состоянии.
– Рейф!
Он напрягся, услышав мягкий голос Иден. Ему хотелось накричать на нее, сказать, что он не нуждается в ее жалости, но она была нужна ему как воздух. Между ними установилось временное перемирие.
– Только что звонили из больницы. Никаких изменений, – сообщила она, подойдя к нему.
– Тебе не стоит ездить туда. Там настоящий сумасшедший дом.
– Я хочу быть рядом с тобой.
Ее сострадание было таким искренним, что у него защемило сердце.
– Ты нужна мне, – нехотя признался Рейф. Он был сильным, гордым, бесстрашным и до сих пор ни в ком не нуждался. Зная, как ему сейчас тяжело, Иден обняла его.
– Тебе нужно поесть и немного поспать.
– Я лягу в постель, если только ты ляжешь вместе со мной.
У Иден пересохло во рту. Его просьба потрясла ее, но она не должна сдаваться.
– Тебе требуется отдых, – напомнила она ему дрожащим голосом. – Увидимся позже.
Через час Рейф присоединился к ней за ужином, но почти не притронулся к еде и снова отправился в больницу.
Следующий день проходил по этому же сценарию, до тех пор пока Рейф не позвонил и не сообщил, что у его отца случился еще один инфаркт.
Иден хотела приехать и поддержать его, но Рейф убедил ее не делать этого, и она легла спать. Девушка долго лежала, прислушиваясь к тишине, боясь, что зазвонит телефон, пока наконец не заснула.
Когда Иден открыла глаза, было три часа ночи. В свете луны она увидела Рейфа, сидящего у нее в ногах. Его плечи ссутулились, лицо выражало такую муку, что сжалось сердце. Ей захотелось утешить его, и она обняла его за шею.
– Как Фабрицио? – неловко спросила она, опасаясь худшего.
– Ему немного лучше. Он сицилиец и так просто не сдастся. – В его голосе слышалось обожание, и Иден надеялась, что Фабрицио поправится.
– Я рада, – ответила она, и Рейф повернул голову и поцеловал ее.
– Я хочу заняться с тобой любовью, cara. Ты даже не представляешь, как сейчас нужна мне.
Разве она могла отказать любимому мужчине?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики