демократия как оружие политической и экономической победы
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Мы можем использовать эту его слабость в своих интересах.
– Точно! – согласился Хапп.
Данзас добавил:
– Там в одном месте Безумец еще характеризует террористов, как обладающих «вероломством Пилата».
– Это не там, где он называет террористов «адреналиновыми наркоманами»?
– спросил Бекетт.
– Вы правильно помните, – согласился Данзас. – Это его слова: «Они творят агонию, а потом умывают свои руки фальшивым патриотизмом. Истинным их стремлением является личная власть и вечный балдеж от адреналина в крови. Они адреналиновые наркоманы».
– А ОН ощущает этот балдеж?
– Диатриба, обличительная речь, – заявила Фосс. – Это ярость О'Нейла против убийц его семьи.
– Узаконенное использование насилия, – пробормотала Годелинская.
Лепиков бросил на нее пораженный взгляд.
– Что?
– Я цитирую товарища Ленина, – гордо заявила Годелинская. – Он одобрял «узаконенное использование насилия».
– Мы здесь не для того, чтобы разводить дебаты по идеологии, – отрезал Лепиков.
– Именно для этого, – вмешался Хапп. – Идеология Безумца будет занимать каждую секунду нашего бодрствования.
– Вы полагаете, что Ленин был сумасшедшим? – окрысился Лепиков.
– Это не предмет обсуждения, – сказал Хапп. – Но понимание одного безумца помогает понять всех остальных. В этой лаборатории нет священных коров.
– Я не буду следовать за капиталистической селедкой, – прорычал Лепиков.
– В оригинале это выражение, Сергей, звучало как «красная селедка», – усмехнулся Хапп.
– Цвет рыбы не делает ее менее рыбной, – заявил Лепиков. – Надеюсь, вы правильно поняли мою мысль. – В тоне Лепикова не было и следа фамильярности.
Хапп предпочел наслаждаться остротой, рассмеявшись, потом сказал:
– Вы правы, Сергей. Абсолютно правы.
– Вопрос в том, что этот Безумец думает о себе; – пробормотал Бекетт.
Фосс согласилась:
– Действует ли он честно и мужественно? Кажется, он помешан на этих понятиях.
– Там есть стоящий внимания пассаж, – сказал Данзас. Он пролистал бумаги, кивнул, найдя что-то, потом зачитал: – «Террористы всегда нападают на честь, достоинство и самоуважение. Их собственная честь должна умереть первой. Вам следует знать, что „Провос“ из ИРА отбросили в сторону честь ирландца. По старому закону вы могли убить своего врага только в открытом сражении. Вы должны были драться с ним равным оружием. Такой мужчина заслуживал всеобщего уважения. Воин был благороден и справедлив. Какое благородство и справедливость были в бомбе, убившей невинных на Графтон-стрит?»
– Графтон-стрит – это там, где погибли жена и дети О'Нейла, – вздохнула Годелинская. – Это либо О'Нейл, либо очень умная маска.
– Возможно, – согласился Данзас. Он снова склонился над своими заметками и зачитал: – «Эти убийцы из временной ИРА напоминают мне лакеев-лизоблюдов, лизавших задницу Дублинскому замку в худшие времена деградации Ирландии. Методы их не различаются. Англия правила пытками и смертоносным насилием. Псевдопатриотичные трусы из „Провос“ хорошо выучили этот урок. Выучив его, они отказались изучать что-либо еще. Поэтому я преподам им урок, какого никогда никто не забудет!»
– Эти из временной ИРА или «Провос». Это они взорвали бомбу на Графтон-стрит? – спросила Фосс.
– Наш Безумец их выделяет, но не делает большого различия между террористами, – ответил Хапп. – Обратите внимание, что он считает в равной степени виновными Великобританию и Ливию и предупреждает Советский Союз, приписывая ему сотрудничество с Ливией.
– Ложь! – заявил Лепиков.
– Франсуа, – промурлыкала Фосс, наклонившись вперед, чтобы посмотреть прямо на Данзаса. А сама подумала: «Он называет меня по имени. А как он воспримет подобную фамильярность по отношению к самому себе?»
Данзас не выглядел оскорбленным.
– Да?
– Видите ли вы в этом нечто большее, чем просто шизоидную диатрибу?
– Это слова оскорбления, вырвавшиеся из агонизирующего существа. Уверен, это О'Нейл. Перед нами вопрос – как он видит себя? – вмешался Хапп.
– Здесь есть его собственные слова, – сказал Данзас, возвращаясь к своим заметкам. – «Каждый тиран в истории отмечен равнодушием к страданию. Это четкое определение тирании. Так вот, я тиран. Вы должны иметь дело со мной. Вы должны ответить мне. И мне безразличны ваши страдания. По причине этого безразличия я прошу вас учитывать последствия ваших собственных насильственных действий и насильственного бездействия».
– Но действительно ли он безразличен? – спросил Бекетт.
– Думаю, что да, – ответил Хапп. – В противном случае он просто не смог бы этого сделать. Видите систему? Настоящее надругательство, происходящее из агонизирующей чувствительности, а потом безразличие.
– Но он называет себя Безумцем, – пробормотала Годелинская.
– Точно подметили, Дорена. Это его защита. Он говорит: «Я безумен». Это лежит в двойственном ощущении гнева и сумасшествия; Оправдание и объяснение.
– Билл, – спросила Годелинская. – Какие еще агентства выслеживают этого О'Нейла?
Бекетт покачал головой. Вопрос встревожил его. Для ошибок не было места. Вопрос Годелинской ударил по больному месту.
– Я не знаю.
– Но вы сказали, что другие разыскивают его, – настаивала она.
– Да. Рассчитываю на это.
– Надеюсь, что они работают с предельной деликатностью.
– Вы начинаете видеть его моими глазами, – сказал Хапп.
– И как же вы его видите? – спросила Фосс.
Хапп откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Это придало ему детский облик, испорченный только очками с толстыми стеклами.
– О'Нейл. Потомок ирландцев. Получил в Штатах хорошее образование. Наверное, нужно уточнить – великолепное образование. Хорошее знание ирландской истории. Вероятно, приобретенное в семье. Он завершил огромный проект по молекулярной биологии, а обстоятельства ему, несомненно, не благоприятствовали. Небольшая лаборатория, можете быть уверены.
– Почему мы можем быть в этом уверены? – спросила Фосс.
– Если это О'Нейл, – сказал Бекетт, – то, по оценкам ФБР, он скрылся, имея около полумиллиона долларов.
Лепиков даже подпрыгнул.
– Так много? Как может обычный гражданин приобрести такое богатство?
– Не обычный гражданин, – уточнил Бекетт.
– Это точно, – отстраненно сказал Данзас. – Доктор Хапп и я сошлись в оценке экстраординарности ситуации этого Безумца.
При упоминании своей фамилии Хапп открыл глаза, но к формальности Данзаса отнесся равнодушно. Он заявил:
– Франсуа сформулировал это в двух словах. Наш Безумец – это незаурядное человеческое существо, претерпевшее великие муки, потерявшее душу. С тех пор он фанатично пытается заставить других разделить с собой эту муку. Согласитесь, он добился успеха. Ни одна женщина не выжила на острове Эчилл и… вы все видели доклады из Ирландии и Великобритании. Последние донесения из Северной Африки… – Хапп смолк.
Бекетт подвел итог.
– С некоторыми оговорками все согласились, что О'Нейл и Безумец – это одно и то же лицо. Он шизоид особенного толка.
– Не расщепленный в общепринятом смысле, – вставил Хапп. – Расколотый, но осознающий раскол. Осознающий. Вот так.
– Никто не ответил на мой вопрос об этом человеке, – вмешался Лепиков.
– Что значит незауряден? Кто это может принести ему пятьсот тысяч долларов?
– Он унаследовал часть с семейным бизнесом, – пояснил Бекетт. – У него была хорошая работа, он сделал удачные вложения.
– Не считая наследства его жены, – добавила Фосс.
Лепиков хрюкнул, потом сказал:
– Он был капиталистом, теперь я это понимаю. Видите, к чему это привело. Если мы сделаем хотя бы одно неверное движение, то он обрушит на наши головы новые болезни, а может, и похуже.
– Сергей прав, – вздохнул Хапп. – Учитывая способности О'Нейла, можно предсказать, что он в состоянии вывести новый вирус, убивающий, скажем, только людей азиатского происхождения. – Хапп посмотрел на слегка раскосые глаза Лепикова.
– Он должен быть остановлен! – воскликнул Лепиков.
– Теперь ясно, почему понять его было нашей первоочередной задачей, – заметила Фосс. – Мы не можем позволить себе ни единой ошибки. Он слишком опасный противник.
– Дорогая леди, – произнес Лепиков, глядя на Фосс. – Сознание этого Безумца может оказаться слишком изощренным для нашего понимания.
– В любом случае мы должны это сделать, – сказал Бекетт, с трудом скрывая раздражение от подобного пораженческого разговора.
– В Советском Союзе такого просто не могло случиться, – заявил Лепиков.
У Годелинской вырвался короткий неприятный смешок.
– Разумеется нет, Сергей. В Советском Союзе нет несправедливости.
Лепиков погрозил ей пальцем.
– Это опасные речи, Дорена. – И добавил по-русски:
– Ты прекрасно знаешь, что у нас контролируются все эксперименты.
– Он говорит, что в России не разрешают ставить опасные эксперименты, – перевела Фосс.
Годелинская покачала головой.
– Сергей прав в том, что у нас хорошо работает КГБ, но, тем не менее, он не прав. Он забывает, что эту штуку сделал один человек, в уединении собственного дома. Даже в Советском Союзе мы не можем проконтролировать поведение человека дома.
В тот первый вечер Бекетт обедал с Фосс и Хаппом. Прочие увильнули, сказав, что предпочитают обедать в собственных апартаментах. Данзас, прочитав меню, пожал плечами.
– Цветная капуста с сыром «чеддер»? Это что, новая американская отрава? Даже вина нет.
Фосс на протяжении всего обеда была мрачной. Она пристально рассматривала антисептическую столовую. Это было огороженное белыми стенами пространство снаружи более просторного кухонного блока ДИЦ, где обедал технический персонал, преимущественно женщины. Бекетт представил свою компанию персоналу, когда они проходили через меньшую комнату. Техники ответили взглядами, где смешались благоговение и что-то похожее на циничное опасение.
«Наверное, вот что заставило ее помрачнеть, – подумал Бекетт. – Это и проклятый Лепиков!»
Фосс подтвердила это, уже сидя за столом:
– Сергей прав. Мы должны в совершенстве понять этого человека. Как мы можем это сделать?
– Я не знаю, как устроен электрон, – сказал Хапп.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102
принципы для улучшения брака
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики