ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Самые отвратительные стихи, а также их создательница Паула Нэнси Миллстоун Дженнингс из Гринбриджа (графство Эссекс, Англия) были уничтожены вместе с планетой Земля.
Простатник Джельц улыбнулся, причем медленно-медленно — не ради эффекта, кстати сказать, а просто потому что забыл, в какой последовательности сокращать мышцы. Только что капитан с колоссальным удовольствием грозил пленникам всеми возможными карами и теперь ощущал приятную расслабленность и даже готовность к некоторой грубости.
Пленники сидели на СОПах — Стульях Оценки Поэзии. Привязанные. Вогоны не питали никаких иллюзий относительно чувств, вызываемых их опусами. В далеком прошлом к литературе их толкало стремление доказать свою культурность, сейчас же — исключительно садизм.
Холодный пот выступил на челе Форда Префекта и потек по прикрепленным к вискам электродам. Электроды вели к целой батарее электронных устройств — к усилителям образности, модуляторам ритмики, фильтрам аллитерации и прочей аппаратуре для обострения восприятия стихов, дабы не терялся ни единый нюанс мысли автора.
Артур Дент сидел и трясся. Он понятия не имел, что его ждет, но твердо знал: во-первых, все дотоле случившееся ему не нравится, а во-вторых, дела вряд ли пойдут на лад.
— О, захверти хрубком… — начал декламировать вогон.
По телу Форда прошли судороги — это было даже хуже, чем он ожидал.
— …на хлярой холке, охреневаю мразно от маслов с наколкой.
— Ааааа! — вскричал Форд Префект, запрокинув голову. Сквозь застилавший глаза туман он смутно видел извивающегося на стуле Артура.
— Фриклявым шоктом я к тебе припуповею, — продолжал безжалостный вогон, — и уфибрахать ты, курерва, не посмеешь.
Его голос поднялся до невообразимых высот скрипучести.
— А то, блакуда, догоню и так отчермутожу, что до круземных фрагоперов не захбудешь — чтоб мне не быть вогоном, паска!
— Ннннииаааяяяяя! — завизжал Форд Префект и обмяк на ремнях, когда электронное очарование последней строки поразило его в самое сердце.
— Теперь, земляне, — заявил вогон (он не знал, что Форд Префект на самом деле родом с маленькой планеты близ Бетельгейзе, да и знал бы — не обратил внимания), — я предоставляю вам выбор! Либо умрите в вакууме космоса, либо… — он выдержал мелодраматическую паузу, — либо скажите: как вам мои стихи?
Форд судорожно вздохнул, провел пересохшим языком по шершавому небу и простонал.
— Вообще-то мне понравилось, — бодро сказал Артур.
У Форда от удивления отвисла челюсть. До такого подхода к делу он еще не додумался.
Вогон приподнял брови (они надежно прикрывали нос и потому вызывали у зрителя скорее приятные чувства) и с долей растерянности проговорил:
— Вот как?..
— Да-да, — заверил Артур. — Меня просто потрясла их метафизическая образность.
Форд не сводил с него глаз, пытаясь привести в порядок мысли и настроить их на этот совершенно новый, неожиданный лад.
— Ну же, дальше! — нетерпеливо сказал вогон.
— И… э-э… оригинальная ритмика, — продолжал Артур, — которая контрапунктирует… э-э…
Он запнулся, и тут ожил Форд:
— …контрапунктирует сюрреализм основополагающей метафоры…
Он тоже запнулся, но Артур уже подхватил эстафету:
— …человечности…
— Вогонечности, — прошипел Форд.
— Да, вогонечности чуткой души поэта, — тут Артур, так сказать, оседлал своего конька, — которая посредством самой структуры стиха сублимирует одно, освобождается от другого и находит общий язык с фундаментальной дихотомией третьего. Приходит глубокое и ясное понимание того… э-э… того…
Форд нанес завершающий удар.
— Того, о чем шла речь в произведении! — воскликнул он и добавил сквозь зубы:
— Молодец, Артур, ловко сработано.
Переполненная горечью душа вогона была тронута. Но потом он подумал:
"Нет, слишком поздно!" И сказал:
— Итак, вы считаете, что я пишу стихи, потому что под маской черствости скрывается ранимость и желание быть любимым? Да?
Форд издал нервный смешок:
— Все мы в глубине души…
Во гон встал:
— Вы жестоко заблуждаетесь. Я пишу стихи, чтобы дать волю своей черствости. Эй, охранник! Отведи пленников к шлюзу номер три и вышвырни их в космос!
Здоровенный молодой вогон выступил вперед и толстыми ручищами вырвал их из стульев.
— Нас нельзя в космос, — взмолился Форд. — Мы пишем книгу!
— Сопротивление бесполезно! — рявкнул охранник. Это была первая фраза, которой он научился в армии.
— Я не хочу умирать! — закричал Артур. — У меня еще головная боль не прошла!
Охранник крепко схватил их за шеи и вытолкал в коридор. Хлопнула стальная дверь. Капитан задумался и тихонько замычал, перелистывая книжечку своих стихов.
— Контрапунктирует сюрреализм основополагающей метафоры… — произнес он и, мрачно улыбнувшись, закрыл книжечку.
Охранник волок пленников по длинному стальному коридору.
— Это замечательно, — хрипел Артур. — Просто великолепно… Отпусти, скотина!
— Не волнуйся, — сказал Форд. И тоскливо добавил:
— Я что-нибудь придумаю.
— Сопротивление бесполезно! — взревел охранник.
— Не надо так говорить, — попросил Форд. — Как можно сохранять присутствие духа, когда слышишь такие слова?
— Вот! — запричитал Артур. — А у тебя-то родную планету не уничтожили… Я проснулся утром, думаю: денек пригожий, почитаю, собаку расчешу… Сейчас только четыре пополудни, а меня уже вышвыривают из чужого корабля в шести световых годах от дымящихся останков Земли!
Он поперхнулся и закашлялся, когда вогон еще сильнее сдавил его шею.
— Артур, заткнись, не устраивай истерик!
Форд отчаянно пытался сосредоточиться, но крики охранника:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики