ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

новые научные статьи: демократия как оружие политической и экономической победы в услових перемензакон пассионарности и закон завоевания этносапассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  полная теория гражданских войн
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Так я здесь хозяин! Как скажу, так и будет. Усвоил? Ну и отлично. Постой здесь, мы быстро.
Ремезов скрылся в доме. Он снова оказался на крыльце уже с винтовкой в руках. Антона поблизости не было. Хозяин района окинул мутным взглядом двор и заметил парня у сарая, метрах в двадцати от крыльца. Антон возился с какой-то бечевкой, и Ремезов глупо хихикнул:
– Вот здорово, собираешься, как индейцы, ловить зубра арканом.., в смысле лассо? У тебя че, крыша поехала?
– Это снасть на тайменя. Хотите – поехали. А о зубрах даже не мечтайте, – спокойно ответил Антон.
Давненько Ремезова не отшивали так решительно. То есть вышестоящее начальство, делало это регулярно, но чтобы обычный мужик, жалкая деревенщина, чья личность приобретает ценность только раз в несколько лет, у избирательных урн, – подобного Ремезов и припомнить не мог. Бешеная, неуправляемая злоба ураганом захлестнула сознание, руки сами вскинули ружье, и глава района зашелся в истерическом крике:
– Борзеешь, щенок! Забыл, с кем разговариваешь! Да я ж тебя с дерьмом смешаю.
– Ясно, – хладнокровно ответил Антон. – Значит, на рыбалку мы тоже не поедем.
Вряд ли в таком состоянии Ремезов мог разобрать отдельные слова, но он понял главное – ему отказывают. Решительно и бесповоротно. Затуманенный яростью и алкоголем мозг выдал кажущееся единственно правильным в данной ситуации решение. Дуло ружья еще чуть-чуть приподнялось, палец лег на курок. Грянул выстрел.
Ремезов был паршивым стрелком, знающие люди с ухмылочками шептали, что самое безопасное место во время его стрельбы – то, куда он целится. К тому же он изрядно выпил. Увы, не только в математике, но порой и в жизни минус на минус дает плюс. Заряд картечи угодил Антону прямо в грудь, и тот замертво рухнул на землю.
Глава 1
Борис Рублев держал в руках послание, отпечатанное четким шрифтом на дорогой, глянцевой бумаге. Текст наводил на мысль о чудовищном розыгрыше, но первое апреля уже прошло, а послание было доставлено офицером фельдъегерской связи, организации слишком серьезной, не склонной ко всякого рода шуткам. К тому же люди, хоть немного знавшие Бориса Рублева, никогда бы не отважились разыграть его таким образом. То есть приглашение, доставленное фельдъегерем, было настоящим, и это заставляло о многом задуматься, кое-что переоценить в быстро меняющейся жизни. Рублев куда меньше удивился бы, если бы его вызвали на Лубянку или Петровку, а еще надежнее – явились в квартиру прямо с конвоем. Все-таки для достижения безусловно благородных целей он порой использовал методы, далеко выходящие за рамки закона. Пока все обходилось, но если где-то в кабинетах власти плетутся интриги против людей, которым в меру сил помогал Борис, то становится очевидным: скомпрометировав Рублева, можно при удачном стечении обстоятельств убрать с ключевых постов его высокопоставленных друзей-работодателей.
Но его звали не на Лубянку или Петровку, а в Георгиевский зал Большого Кремлевского дворца. Что это, чудовищная ошибка, вызванная рассеянностью правительственного клерка? Ведь наверняка в России живут сотни Борисов Ивановичей Рублевых. Компьютер выдал их координаты, в том числе и нужного Рублева, а чиновник выписал не тот. Бывает, все мы люди. А может, все иначе? Возможно, руководство страны по-новому взглянуло на историю другой войны, последней войны огромного деспотичного государства. И задалось тревожным вопросом: если мы вычеркнули из памяти солдат Афганистана, то и нынешние воины поймут, что их ждет забвение. Зачем собственными действиями подрывать боевой дух солдат? А сколько бойцов, воевавших в Афгане, были незаслуженно обойдены, поскольку оказались слишком строптивы, не ладили с начальством или рано ушли в отставку.
Новые знакомые обращаются к нему по имени – Борис или уважительно – Борис Иванович, а старые друзья зовут только Комбат. Потому что он, майор, бывший командир десантно-штурмового батальона, с честью прошел Афганскую войну, дорожил подчиненными ему людьми, спасал их от засад, артиллерийских обстрелов, ударов в спину. Конечно, в стране есть более достойные, чем он, настоящие герои, но ведь как у нас все делается. Небось выбрали москвичей, тех, кто под рукой, чтобы не гонять фельдъегерей по необъятным российским просторам.
Рублев, безусловно, скромничал, даже в мыслях умаляя свои заслуги. Он с детства привык быть лидером и на войне был одним из первых. Лучшие офицеры считали за честь находиться с ним в одном строю и выполнять боевую задачу, хотя знали, что его батальон всегда оказывался в самых горячих точках.
"Ладно, что гадать. Здесь все сказано: число, время, место. Пойду, там разберемся, кому настолько сильно понадобился Борис Рублев, что ради его персоны шлют офицеров спецсвязи” – произнес вслух Комбат.
В последнее время он часто разговаривал сам с собой, может оттого, что проводил слишком много времени в одиночестве, или благодаря намертво въевшейся привычке строевого офицера разъяснять перед строем поставленную подразделению боевую задачу. Вроде растолковываешь ее солдатам, а глядишь – и самому она становится еще понятнее.
"Так, впереди двое суток, а ведь интересно, какой меня ждет сюрприз. Может, позвонить ребятам, осторожно выведать, не являлся ли и к ним фельдъегерь с точно таким же посланием, – продолжал размышлять вслух Комбат. – Только как это сделать, чтобы себя не засветить? А то ведь получится, что не разведываю, а вроде как хвастаюсь: вот, смотрите, вашего Комбата не абы куда, а в Кремль пригласили. Ладно, разве ж я маленький ребенок. Каких-то два дня. Мы вот конца войны сколько ждали. И ничего, дождались”.
С этими словами Комбат сунул приглашение в ящик стола.
В ночь перед назначенным приемом Рублев спал крепким сном, будто ему предстоял обычный будничный день. Другой человек до утра проворочался бы с боку на бок, предвкушая исключительное для его размеренного существования событие, но у Комбата в жизни было слишком много решающих дней – и на войне и после нее. Если бы он каждую такую ночь проводил без сна, изводя себя тревожными мыслями, то уже давно бы сошел с ума.
Утро началось по устоявшемуся распорядку: пробежка, напряженный комплекс специальных упражнений, завтрак, ароматный, крепко заваренный чай с первой сигаретой. Вот только бритье Рублев отложил поближе к выходу из дому. От тщательно выскреб пробивавшуюся щетину, смыл остатки пушистой пены, Освежил лицо терпким одеколоном и машинально констатировал обидный факт: казалось бы, сколько лет бреется, пора бы и научиться, ан нет: хоть один маленький порез обязательно появляется после очередного бритья.
Теперь предстояло самое мучительное. Комбат терпеть не мог костюмов и галстуков. Но ведь не пойдешь на торжественный прием в джинсах и легкомысленной курточке. Тяжко вздыхая, Комбат облачился в парадную униформу.
– Ну вот, теперь можно хоть орден получать, хоть срок, – заявил он, крутанувшись перед зеркалом.
Стоял погожий майский день. По Кремлю ходили обычные зеваки, толпясь у царь-пушки, колокольни Ивана Великого, знаменитых соборов. Вход во дворец охраняли офицеры, а ситуацию вокруг контролировали люди в штатском. Комбат легко выхватывал их из толпы наметанным глазом. Обычные посетители ходили по Кремлю, искренне восторгаясь увиденным, лица приглашенных светились ожиданием чуда, которое они пытались скрыть деланным безразличием. А у работников спецслужб были настороженные взгляды, прощупывающие каждую складочку одежды показавшегося им подозрительным человека.
Судя по количеству людей в штатском, сегодня ждали самых высоких гостей. Комбат невольно пожалел офицеров спецслужб. Ежесекундная концентрация внимания, нервы часами напряжены до предела, в каждом человеке видишь потенциального убийцу – врагу не пожелаешь такой работы. И все из-за того, что на десяток миллионов нормальных людей найдется один псих, готовый ради каких-то идей или возжаждав славы Герострата, оборвать жизнь высшего представителя государственной власти. И эти сумасшедшие одиночки, чаще представляющие лишь мнимую опасность, держат в напряжении целую армию отлично подготовленных, превосходно технически оснащенных профессионалов, которых хватило бы для наведения идеального порядка в любом крупном городе.
Рублев направился к входу, достал приглашение и паспорт. Офицер тщательно изучил документы, придирчиво сравнивая фотографию с оригиналом, и наконец, сказал:
– Заходите.
Комбату всегда казалось, что его трудно чем-то удивить, но и он был потрясен помпезной роскошью внутреннего убранства, сочетающей русский размах, азиатскую пышность и величие античности. Не случайно Московское царство называли третьим Римом. Но там были для Рублева вещи и поинтереснее роскошных интерьеров. Он стал разглядывать собравшихся в зале людей. Почти все они были военными и в подавляющем большинстве прошедшие Чечню. О солдатах и молодых офицерах это можно было сказать совершенно определенно (в годы Афгана они еще на переменах стреляли по голубям из рогатки), но и старшие офицеры недавно вернулись из Ханкалы или Ножай-Юрта. Ведь не с Афгана их обветренные лица покрывает свежий загар. Тщетно пытался Комбат разыскать в зале хотя бы одного сослуживца. Может, он один случайно затесался в компанию нынешних героев?
Вдруг шум стих – моментально, как по команде, наглядно демонстрируя отсутствие в зале штатских.
У микрофона, буквально в нескольких шагах от Комбата, появился Президент. Раздались аплодисменты, быстро переросшие в овацию. Президент выждал минуту, а затем поднял руку и в наступившей тишине, возможно экспромтом и явно нарушая регламент, сказал:
– Мы собрались, чтобы отметить достойнейших, но давайте в первую очередь вспомним тех, кто отдал свои жизни, героически сражаясь за мир в нашем Отечестве.
После минуты молчания пошло награждение. Комбат долго ждал, и вот из рук Президента награду принял средних лет мужчина с рано поседевшими волосами. “Гвардии рядовой Ивенцов” – так значилось в наградном листе. Комбат Ивенцова лично не знал, но слыхал об отчаянном солдате, который начал бой с целым отрядом “духов”, отвлекая их от колонны с ранеными.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
Загрузка...
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    
   
новые научные статьи:   схема идеальной школы и ВУЗаключевые даты в истории Руси-Россииэтническая структура Русского мира и  национальная идея для русского народа
загрузка...

Рубрики

Рубрики