ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

новые научные статьи: демократия как оружие политической и экономической победы в услових перемензакон пассионарности и закон завоевания этносапассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  полная теория гражданских войн
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


И вряд ли она его переоценивала. После долгого общения с отцом, братьями и кузенами она знала этот особый, чисто мужской недостаток.
Однако психологические изыски не помогли вернуть объективность, которой так гордилась Гвендолин. При одном взгляде на мужа она совершенно теряла голову, вспоминая, что делали с ней его чувственный рот, сильные изящные руки и мускулистое тело. Ее мозг вместе с сердцем и другими органами превращался в желе, .
— Тебе не стоит здесь оставаться, — привел ее в чувство голос мужа.
От его холодной вежливости у Гвендолин упало сердце. Она догадывалась, почему он гонит ее. Наверное, после случившегося в ванной Дориан раздумывал, как бы повежливее сообщить, что он больше не хочет иметь ничего подобного.
«Тебя и прежде много раз отсылали прочь, а ты еще жива», — напомнила себе Гвендолин. Лицо у нее пылало, но голос оставался спокойным.
— Понимаю. Это ужасно, я никогда в жизни не реагировала таким образом — ни на кого. Не то чтобы у меня было много возможностей, — поспешно добавила она. — Я не кокетка, да и времени на поклонников у меня почти не было. Я бы вообще не стала терять на них время, но девушки обязаны Появляться в свете, к тому же мужчины считают, что женщины все одинаковые, и нужно им подыгрывать. Хотя, должна признаться, мне было любопытно узнать, как за тобой ухаживают и целуются.
Однако это и вполовину не так захватывающе, как, скажем, книга мистера Кальперера о лекарственных травах.
Если бы с тобой я испытывала то же самое, тогда, наверное, вела бы себя более прилично, занималась бы медицинскими проблемами и не вызывала бы у тебя неприязни.
Только я не могла вести себя прилично, и мне очень стыдно.
Но я совсем не хотела раздражать тебя.
— Гвендолин, ты вовсе не раздражала Меня. Клянусь честью. — В голосе Дориана слышалось удивление, и она замерла, глядя ему в глаза. — С чего ты взяла, что я недоволен? Я почти изнасиловал тебя.
Господи, ну как она могла быть такой глупой? Ведь муж недоволен собой, а не ею. Это снова его желание защитить более слабого.
Гвендолин попыталась вспомнить, что говорила Женевьева о мужчинах и о первой брачной ночи, однако в ее мозгу царил хаос.
— О нет, все не так, — заверила она мужа. — Ты был очень нежен, я благодарна тебе за это, правда. Мне не следовало приказывать как генерал: «Сделай то. Сделай это. Быстрее». На меня что-то нашло.
— Это «что-то» — твой похотливый супруг, — мрачно сказал Дориан. — Чего я не должен был себе позволять.
— Мы ведь муж и жена, — возразила Гвендолин. — Ты имеешь право, а я получила удовольствие и… — Она прижала ладони к пылающим щекам, но лукавить не стала:
— Я рада, что вы были похотливым, милорд, иначе вы бы страшно меня разочаровали, поскольку я хотела отдаться вам с тех пор… Ну, точно не помню, хотя наверняка после того, как ты меня поцеловал. И ради Бога, не надо меня жалеть.
— Наш брак предполагал лишь деловое соглашение.
Никто не обязан знать, выполняются ли супружеские обязанности или нет. Твое положение сейчас достаточно прочное, и я не должен был прикасаться к тебе. Ты неопытна, не умеешь скрывать свои чувства, и у тебя слишком доброе сердце.
— Значит, ты беспокоишься о том, что к деловому соглашению будут примешаны мои чувства?
— Они уже примешаны, — сказал Дориан. — Ты сама только что призналась. Хотя это видно по тому, как ты на меня смотришь.
«Боже мой, неужели я так несдержанна?»
Конечно, в отличие от Женевьевы и кузины Джессики она лишена утонченности, зато у нее оставались еще здравый смысл и чувство юмора, которые пришли ей на помощь.
— Имеешь в виду, что я похожа на влюбленную школьницу?
— Да.
— А чего ты ждал? С твоей-то красотой.
— Я неизлечимо болен. Мой мозг разрушается, и через несколько месяцев я стану гниющим трупом.
— Знаю, но ты еще не безумен, а если это случится, ты будешь не первым сумасшедшим, с которым я имела дело, и уж точно не первым увиденным мною трупом.
— Однако ты не выходила за них замуж. И не спала с ними! Проклятие! — Дориан отшвырнул в сторону одеяло и голым подошел к окну. — Я не хотел быть даже твоим пациентом, а стал твоим любовником. Ты поддалась чувствам, и это ужасно.
Он бы не счел это ужасным, если мог видеть себя сейчас: красивый, высокий и сильный мужчина.
— Ты же говорил, что провидение никому не обещает вечного счастья, — возразила Гвендолин. — И тем более не дает каждому то, чего он желает. Провидение ведь не создало меня мужчиной, чтобы я могла стать врачом. — Она подошла к мужу. — Но сейчас я не жалею, что родилась женщиной. Ты заставил меня радоваться этому, а я достаточно практична и эгоистична, чтобы наслаждаться жизнью пока могу.
— О, Гвен!
Да, времени у нее осталось не так много. Его застывшее лицо и отчаяние в голосе сказали ей, что дела обстоят хуже, чем она думала.
«Но это в будущем», — напомнила себе Гвендолин и положила руку на грудь мужа.
— У нас впереди ночь, — тихо сказала она.
Он заставил ее радоваться тому, что она женщина.
«У нас впереди ночь», — сказала она.
Даже святой Петр, окруженный мучениками и ангелами, не смог бы устоять перед Гвендолин, а захлопнув за собой тяжелые врата рая и схватив ее в объятия, положил бы свое тело и душу (пусть даже вечную) на то, чтобы сделать ее счастливой.
Поэтому Дориан отнес свою жену на кровать и занялся с ней любовью, снова испытывая восторг оттого, что его любят, хотят, доверяют ему. Потом он лежал без сна, держа в объятиях заснувшую графиню и не зная, жив он или мертв, ибо не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал такое умиротворение.
И только под утро Дориан осознал причину своего блаженного спокойствия: ведь никогда в жизни он не сделал ничего хорошего другим людям. Он лишь представлял, как спасет мать, возьмет на континент, где ей не нужно будет лгать и притворяться. А когда соизволил навестить ее в Дартмуре, то даже не обратил внимания на ее прозрачные намеки и вернулся к своей веселой жизни.
Если бы он понял, остался бы здесь, помог бы отцу ухаживать за ней, они сумели бы обмануть деда и «специалистов» из Лондона. В клинике тоже все могло обвернуться иначе, ему надо было сыграть на дьявольской гордости деда и его чувстве долга. Раз мать в течение многих лет обманывала старого тирана, то и у него это получилось бы.
Даже после скандала ему не следовало в приступе детской истерики уезжать из Ронсли-Холла, может, тогда он чего-нибудь и добился бы. Используя деньги и влияние графа, продолжил бы, например, образование или занялся бы политикой.
Все умирают, кто-то раньше, кто-то позже, и нечего тут хныкать. Но горько прощаться с жизнью, сожалея об упущенных возможностях.
Именно это и тревожило его последние несколько месяцев.
Сейчас душа у него спокойна.
Благодаря жене.
Он сделал Гвендолин счастливой, заставил простить Господа за то, что тот сотворил ее женщиной, а это немалое достижение. Ведь она хочет быть врачом и, что не менее важно, использует деньги и влияние графа Ронсли на благие цели.
«Очень хорошо, — мысленно сказал ей Дориан. — Я не в состоянии выдать тебе врачебный диплом, но дам то, что могу».
После завтрака он повез жену на болота, куда ездил с матерью восемь лет назад.
Он помог Гвендолин спешиться, ограничив себя лишь коротким поцелуем, отвел к валуну у края тропы. Дориан положил на холодный камень свой сюртук и предложил ей сесть.
— Прошлой ночью ты сказала, что я не первый сумасшедший в твоей жизни, — начал он.
— Именно так, — откликнулась Гвендолин. — Доктор Эвершем, к которому перешла практика мистера Найтли, особо интересовался невралгическими заболеваниями и несколько раз позволил мне ассистировать. Конечно, не все пациенты были лишены разума, однако мисс Вэа считала себя одновременно шестью разными людьми, у мистера Бауеза случались дикие приступы, а миссис Пиблз… да покоится ее душа в мире…
— О деталях расскажешь позже, — прервал ее Дориан. — Я только хотел удостовериться, что понял тебя правильно. Боюсь, я был не слишком внимателен. Извини, со времени твоего приезда я постоянно отвлекаюсь.
— Не говори так! — воскликнула Гвендолин. — За исключением мистера Эвершема ты единственный мужчина, который воспринимает меня как врача. Ты не смеялся над моим желанием построить больницу, тебя не испугали рассказы о вскрытии трупов. — И, помолчав, добавила:
— Правда, ты слишком заботлив, но это благородная черта твоего характера.
— Слишком заботлив? — повторил Дориан.
Гвендолин кивнула.
— Ты хочешь защитить меня от неприятностей. С одной стороны, очень мило, когда с тобой носятся, а с другой — это слегка раздражает.
Дориан понимал раздражение жены. Гвендолин не нравилось, что ее держат в неведении относительно его болезни. Он обращался с нею как с глупой женщиной, то есть не лучше остальных мужчин.
— Так я и думал. — Он скрестил руки за спиной, борясь с желанием схватить ее в объятия и проявить «излишнюю заботу». — У тебя медицинский ум, ты смотришь на вещи иначе, чем мы, неспециалисты. Для тебя болезнь — объект изучения, а пациенты — источник знаний. Их нездоровье не вызывает у тебя отвращения, так же как у меня диалоги Цицерона. — Дориан слегка покраснел. — Знаешь, я когда-то считал себя филологом-классиком.
— Знаю. — В ее зеленых глазах было восхищение. — Берти говорил, ты шел первым.
— Да, я не только красивый малый, — усмехнулся Дориан. — У меня к тому же есть… был… ум. Я тоже строил планы на будущее. Которые оказались… не слишком продуманными, и все закончилось… довольно плачевно.
Глупо чувствовать неловкость, ведь он собрался рассказать жене о себе. Она должна знать факты, все факты, чтобы принять обоснованное решение о своем будущем. Ее привязанность к нему — лишь слепое увлечение новобрачной, ответ на телесную страсть, которая влечет их друг к другу. Если, узнав обо всем, она захочет уйти, то сможет быстро успокоиться. Если же предпочтет остаться, то по крайней мере осознанно. Из уважения к ее характеру и уму он даст ей возможность сделать выбор, а потом, согласно ее решению, будет жить… и умирать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18
Загрузка...
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    
   
новые научные статьи:   схема идеальной школы и ВУЗаключевые даты в истории Руси-Россииэтническая структура Русского мира и  суперэтносы и суперцивилизации
загрузка...

Рубрики

Рубрики