ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

новые научные статьи: демократия как оружие политической и экономической победы в услових перемензакон пассионарности и закон завоевания этносапассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  полная теория гражданских войн
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Более того, войска вермахта, оборонявшие «Атлантический вал» западнее и восточнее территории вторжения, были неподвижны и не могли броситься на звуки пушечных выстрелов.Таким образом; «Атлантический вал» должен считаться одной из величайших ошибок военной истории Параллель с «линией Мажино» очевидна, но ее не стоит преувеличивать. Поскольку в 1940 г. вермахт не преодолел, а обошел «линию Мажино», то мы не знаем, можно ли было прорвать ее.

.Но и союзники допускали ошибки. Одной из них был выброс 82-й и 101-й воздушно-десантных дивизий в полночь. Вне всякого сомнения, куда лучше было ввести их в действие на рассвете. Огромные возможности бомбардировочной авиации и морского флота не были использованы с полной отдачей из-за кратковременности и неточности огневой подготовки перед вторжением. Основной упор на высадке и прорыве «Атлантического вала» был, вероятно, неизбежен — настолько грандиозными казались эти укрепления, — но это дорого стоило союзникам, когда штурмовые команды наконец прорвались. Часть солдат стала думать, что, раз они прорвались через вал, их миссия выполнена. Как раз тогда, когда каждому следовало напрячь свои силы и сделать все возможное, чтобы попасть в глубь территории, пока немцы были ошеломлены, солдаты союзников останавливались, чтобы поздравить самих себя, заварить чаю и окопаться.Неспособность подготовить людей и снаряжения для сложной наступательной операции в стране, где полно живых изгородей, была вопиющей ошибкой. Разведка союзников великолепно выполнила задачу по установлению местонахождения немецких оборонительных укреплений и отлично — если не в совершенстве — справилась с задачей фиксации местонахождения немецких соединений в Нормандии. Однако в том, чтобы осознать трудности боя среди живых изгородей, разведка потерпела полную неудачу.Однако ошибки союзников бледнеют рядом с ошибками немцев. Пытаясь обороняться повсюду, они в итоги были не в состоянии обороняться нигде. Их командная структура была скорее помехой, нежели помощью. Роммель выдвинул идею остановить вторжение на побережье; ей противостояла идея Рундштедта — контратаки в глубине территории, а Гитлер выдвинул свою — компромисс между двумя первыми. В итоге эти идеи нельзя было эффективно применить. Использование поляков, русских и прочих военнопленных для работы на укреплениях имело смысл; одевать их в форму вермахта и помещать в траншеях, надеясь, что они будут оказывать стойкое сопротивление, было бессмысленно.У вермахта было много ошибок, но их превзошли ошибки люфтваффе, которых там просто не было. Геринг требовал применения всех сил люфтваффе в день «Д», но фактически не получил ничего. Больше всего союзники боялись массивной бомбардировки с воздуха, направленной на массу судов и скопление на берегу, причем они ждали, что Геринг применит все самолеты, способные лететь в атаку. Но Геринг был в Берхтесгадене, согласившись с самоуверенным, смехотворным утверждением Гитлера, что союзники предпримут вторжение точно в том месте, где он их ожидал, в то время как люфтваффе находились либо в Германии, либо на передислокации, либо на земле для заправки. Единственный раз, 6 июня 1944 г., люфтваффе — ужас всего мира — стали посмешищем В вермахте шутили, что серебряный самолет в небе — это американский, голубой — английский, а невидимый — немецкий.

.Немецкий военно-морской флот был не лучше. Его подводные лодки и крейсеры либо находились в укрытиях, либо далеко в Северной Атлантике охотились за торговыми судами. За исключением одной незначительной акции, предпринятой тремя торпедными катерами, немцы не произвели ни одной атаки на величайшую из когда-либо собиравшихся армад.«Фау-1», на которые Гитлер возлагал столь большие надежды и на создание которых он затратил столько немецких технологических и производственных мощностей, не были готовы. Когда же они были готовы (через неделю после дня «Д»), он пустил их против неверной цели.Серьезны были тактические и стратегические ошибки немцев, но величайшими оказались их политические провалы. Их оккупационная политика в Польше и России уничтожила весь энтузиазм «восточных» батальонов по отношению к своему делу — даже несмотря на то, что почти все, кто был в них призван, ненавидели коммунистов. Хотя во Франции немцы вели себя несравнимо лучше, чем в Польше и в России, даже там немцам не удалось добиться поддержки. Поэтому немцы не смогли извлечь выгоду из огромного потенциала завоеванной Франции. То, что должно было стать «козырем» Германии — французская молодежь, — стало «козырем» союзников, будь то саботажники на фабриках или члены Сопротивления.То, что Гитлер рассматривал как величайшие достижения Германии, — принцип собственного лидерства в Третьем рейхе, беспрекословное подчинение, ожидавшееся им от кадров вермахта, от маршала до рядового, — все это работало против немцев в день «Д».Несмотря на отдельные случаи невероятной храбрости и фанатизма некоторых немецких соединений, высшее командование вермахта, офицеры среднего звена и младший офицерский состав — все вели себя жалким образом. Причина легко установима: они боялись проявить инициативу. Они позволяли себя парализовать глупыми приказами, исходящими издалека и не соответствующими ситуации на поле битвы. Командиры танков, которые знали, где находится враг и как и когда его следует атаковать, просидели весь день в своих штабах, ожидая, что высшее командование в Берхтесгадене сообщит им, что делать. Контраст между такими людьми, как генералы Рузвельт и Кота, полковники Канхем и Отуэй, майор Говард, капитан Доусон, лейтенанты Сполдинг и Уинтерс, между тем, как они приспосабливались к неожиданным ситуациям и реагировали на них, и их немецкими соперниками, не мог быть большим. Люди, сражавшиеся за демократию, могли принимать быстрые решения на месте и соответственно действовать, а люди, сражавшиеся за тоталитарный режим, — нет. За исключением полковника Хейдта и отдельных капитанов и лейтенантов, ни один немецкий офицер не ответил должным образом на вызов, брошенный в день «Д».Когда наступила темнота, войска союзников, находившиеся на берегу, окопались, в то время как авиация возвратилась в Англию, а флот подготовился к возможному ночному нападению люфтваффе. Оно произошло в 23.00 и стало свидетельством полной небоеспособности люфтваффе.Джош Онан вспоминает и описывает его: «Вдруг все загрохотало, и мы все вышли посмотреть, в чем дело. Это оказался немецкий разведсамолет. Он летел не слишком высоко и не на полной скорости. Он сделал над заливом полный круг. Все корабли стреляли из всех орудий. Вы никогда в жизни не видели такой стены трассирующих пуль, зенитного огня и цветных вспышек. А немец пролетел себе спокойно вокруг всего залива, сделал еще круг и отправился домой» Онан продолжает: «Это убедило меня тогда в полной бесполезности артиллерии ПВО. Там был один-единственный самолет, он летел правильным курсом на средней высоте. В него стреляло около 20 000 орудий. Он сделал второй круг и отправился домой».

.Рядовой Джон Слотер из 116-го полка 299-й дивизии США также описывает эту сцену: «Когда стемнело, вражеский истребитель „Me-109“ пролетел над всем флотом союзников справа налево, прямо над аэростатами заграждения. Все корабли в Ла-Манше открыли огонь по этому одинокому аэроплану, осветив небо миллионом трассирующих пуль. Героический пилот люфтваффе избежал всех — даже не пытаясь уклониться. Хотелось бы мне знать, как это он прошел через эту завесу огня».Люди окапывались по всему фронту. Капитан Джон Рааен 5-го батальона рейнджеров находился подле Вьервиля за пределами побережья «Омаха». «К этому времени стемнело, и нужно было организоваться против ночных контратак и проникновения немцев, — рассказывает он в своем устном сообщении. — Штаб роты находился во дворе маленькой фермы, расположенной к югу от дороги. Тут я понял, что совершил ошибку — не взял с собой инструмента, чтобы выкопать траншею.Двор французской фермы больше напоминает кирпичи, чем землю. В течение столетий животные утаптывали его. Солнце высушило его. Выкопать яму, чтобы защитить себя, было просто невозможно. У солдат были инструменты для рытья окопов. И двое предложили выкопать для меня яму, но я сказал: «Нет. Позаботьтесь о себе. Выкопайте ямы для себя. А когда окажетесь в безопасности, дадите мне свою лопату, и я выкопаю себе яму».Когда стемнело, стало холодно. Я имею в виду, по-настоящему холодно. Во дворе фермы был стог». Рааён решил зарыться в него. «Я ведь городской мальчик. О стогах во дворах французских ферм в ту ночь я узнал немного, потому что это был не стог, а навозная куча. Я с трудом улегся в тепле этой кучи и был покрыт всеми насекомыми, какие только можно вообразить. Я вылез оттуда, шлепая себя, вертясь и щипаясь, изо всех сил пытаясь освободиться от всех этих вредных кусачих жуков.Я пошел в дом. Там пожилая француженка подкладывала в огонь пучки прутьев. Огонь был малюсенький». В доме находился лейтенант Ван Райпер, командир взвода в роте Рааена. «Ван Райпер и я провели остаток ночи, грея руки над этим крошечным огоньком от горящих прутьев подле маленькой старушки-француженки. Постыдный конец столь волнующего дня!»Рядовой Гарри Парли (116-й полк, 299-я дивизия) рассказывал в интервью, что «последние часы 6 июня весьма живы в моей памяти. Когда стемнело, мы оказались в поле, по краям которого росли живые изгороди. Грязные, голодные и усталые, как собаки, не имея представления о своем местонахождении, мы решили окопаться на ночь. Мы слышали далекие залпы артиллерии и видели далеко в небе следы трассирующих пуль.Когда мы разошлись по полю, я оказался в паре с сержантом. Мы начали копать окоп, но земля была твердой, как камень, и к тому моменту, как вырыли яму глубиной в три дюйма, мы были полностью измучены. Наконец, стоя во тьме и сознавая, что продолжать бесполезно, сержант сказал:— К черту это, Парли. Давай просто сядем и отдохнем. Так и закончился день «Д», а мы сидели спиной к спине, укрывшись в траншее, всю ночь».На мосту Пегас «Бык и олени» передали свои позиции Уоррвикширскому полку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126
Загрузка...
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    
   
новые научные статьи:   схема идеальной школы и ВУЗаключевые даты в истории Руси-Россииэтническая структура Русского мира и  суперэтносы и суперцивилизации
загрузка...

Рубрики

Рубрики