ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


На самом первом аукционе были выставлены акции нефтяной компании ЮКОС, второй по величине в России. ЮКОС достался банку «Менатеп», которым управлял Михаил Ходорковский. Стартовая цена акций составляла 150 миллионов долларов, а заплатил «Менатеп» 159 миллионов. Другие банкиры предлагали куда большие деньги. Фридман и Авен из «Альфа-банка», объединившись с несколькими коллегами, собирались заплатить 350 миллионов, однако их просто не допустили до участия в аукционе. Из банкира Ходорковский превратился в нефтяного магната.
Следующий аукцион был посвящен металлургическому гиганту «Норильский никель». Это была чуть ли не крупнейшая в мире компания по производству цветных металлов: треть мировых запасов никеля, больше половины мировых запасов палладия, пятая часть мировой платины, а также 95 % всего кобальта и больше половины всей русской меди. Завод был богат настолько, что на собственные налоговые отчисления содержал весь бескрайний Красноярский край.
Теперь купить «Норильский никель» планировал «ОНЭКСИМ-банк» Владимира Потанина. При стартовой цене в 170 миллионов долларов «ОНЭКСИМом» было заплачено за завод $170100000 – всего на сто тысяч больше. Что вообще происходит?! – возмущались наблюдатели. Банк «Российский кредит» предлагал 355 миллионов долларов, но его тоже не допустили до аукциона – как так можно! Все эти завывания участникиаукциона пропустили мимо ушей. Когда на следующем аукционе решалась судьба нефтяной компании «СИДАНКО», банк «Российский кредит» опять подал заявку, и она опять не была принята, а «СИДАНКО» досталась тоже «ОНЭКСИМу».
Последним из залоговых аукционов была продажа акций компании «Сибнефть». Эта компания имела крупнейшие в мире разведанные запасы углеводородов, они равнялись запасам американских гигантов «Amoco» и «Mobil», вместе взятых. За «Сибнефть» боролись «Инкомбанк» и финансист Борис Березовский. Первые предлагали 175 миллионов долларов, а второй – сто миллионов триста тысяч, но победа досталась все равно Березовскому. Через какое-то время он передал компанию своему младшему партнеру Роману Абрамовичу.
В середине 1990-х в стране существовало пять-шесть больших финансовых империй. Сперва все они шли голова к голове: успехи были почти равными. Но после залоговых аукционов судьба банкиров разделилась. У тех, кто смог обзавестись собственностью, дальше все было хорошо. Ходорковский, Потанин и Березовский со временем превратились в богатейших людей страны. Те, кого до аукционов не допустили, со сцены вскоре сошли. Банки «Российский кредит», «Столичный» или «Инкомбанк» тоже неплохо начинали, но до конца десятилетия ни один из них не дожил.
6
Залоговые аукционы были фантастически прибыльной затеей. И при этом от них с самого начала пахло каким-то жульничеством. Строго охраняемые государственные активы передавались банкам приблизительно в пятнадцать раз дешевле самой минимальной цены. Да еще и без всякого конкурса. Все, кто имел отношение к этим операциям, следующие десять лет только и делали, что оправдывались и пытались миллионными взносами на благотворительность хоть как-то оттереть заляпанную репутацию. Впрочем, все это будет позже. На тот момент главная цель была достигнута. А главной целью в конце 1995 года было переизбрание президента Ельцина на второй срок.
Накануне выборов рейтинг Бориса Николаевича составлял меньше трех процентов. В списке наиболее вероятных претендентов на пост президента он занимал пятую строчку. И плюс ко всему перед новым, 1996 годом он пережил еще один инфаркт. Казалось, нет силы, способной сделать из обрюзгшего, тяжелобольного, давно утерявшего контроль над ситуацией Ельцина победителя тяжелейшей президентской гонки. Но теперь это была проблема не Ельцина, а тех банкиров, которым не хотелось терять только что приобретенные компании.
Ход мысли тут очень прост. После залоговых аукционов банкиры вовсе не стали хозяевами предприятий. Они одолжили правительству денег, а правительство дало им в залог акции. Пока что дало не насовсем, а только в залог, понимаете? Официально предприятия переходили в их собственность только после президентских выборов 1996 года. А если власть в стране поменяется, то никаких компаний банкирам и не видать!
Банкиры тяжело вздохнули и принялись решать проблему. Пятнадцатого февраля 1996 года Ельцин отправился в свой родной Свердловск, чтобы заявить: он принял решение. Он выдвинет свою кандидатуру на президентских выборах. День выдался холодный. Президент еще не оправился после недавно перенесенного инфаркта, третьего за несколько месяцев. Его голос был слабым. Шансов на победу в выборах не было никаких.
Какой-то единой команды вокруг Ельцина никогда не существовало. К середине 1990-х за влияние на президента боролось несколько групп с диаметрально противоположными интересами. Эти разные люди предлагали разные пути выхода из сложившейся ситуации.
Самой влиятельной группой к началу 1996 года были старые офицеры еще советской закалки: телохранитель президента Коржаков, начальник спецслужб Барсуков, министр обороны Грачев. Любые затруднения эти крепкие мужчины привыкли решать с помощью отряда автоматчиков. Так они решили проблему Верховного Совета в 1993-м. Так же собирались решить проблему Чечни в 1995-м. Такие же планы были у них и на президентские выборы 1996-го. Трезво оценив шансы Бориса Николаевича, они выступили с инициативой выборы отменить, а оппонентов арестовать.
Совершенно в другую сторону думали банкиры-победители залоговых аукционов. Выборы выиграть, конечно, необходимо, считали они. Но связываться с армией для этого совсем не нужно. Когда проблемы начинают решаться танками, бизнес может сильно пострадать. Да и потом, что такое все на свете танки против всего одного чемодана с долларовыми купюрами?
Первым делом в Россию были приглашены западные имиджмейкеры: Тим Белл, проведший кампанию Маргарет Тэтчер в 1979 году, и американцы, работавшие на выборах калифорнийского губернатора в 1994 году. Именно эти люди придумали кампанию «Голосуй или проиграешь!». Вернее, они не придумали ее, а просто перевели на русский рекламный слоган «Choose or Loose». Им казалось, что рок-н-ролл, летящие шарики и клипы на МTV – это все, что нужно для убедительной победы. Американцы вообще плохо понимали, в какую страну приехали.
Выборы 1996 года, по сути, были первыми настоящими выборами в России. Власть не очень понимала, как играть во все эти западные штучки, а народ не до конца разобрался, чего же от него хотят. В Европе избирательная система оттачивалась на протяжении последних трехсот – четырехсот лет. Наивно было бы думать, что русские научатся всему за четыре года.
Клипы на музыкальных каналах, конечно, запустили и рок-группы отправили в тур по стране. Пожилой и больной Ельцин даже станцевал твист в компании певца Евгения Осина. На эти цели банкиры выделили несколько сотен миллионов долларов. Но постепенно банкиры и их аналитики понимали: так в России дела не делаются. Необходим совсем иной путь.
К весне Ельцин подписал несколько указов: о повышении стипендии студентам, о предоставлении бесплатных участков дачникам, о возмещении ущерба вкладчикам пирамид, о выделении квартир тем, кто с советских времен стоял в очереди на квартиру, и о переходе к профессиональной армии. Телевизор объявлял, что война в Чечне скоро закончится, а Союзное государство с Белоруссией (такой мини-СССР) появится буквально на днях.
Американцы от удивления разевали рты: «Вы что, собираетесь все это выполнять?»
Им объясняли: нет, не собираемся. Это просто предвыборная технология. Рот у американцев разевался еще шире. О подобных технологиях прежде они не слыхивали.
После 1996 года никакие западные имиджмейкеры в серьезных русских выборах больше не участвовали. У России собственная специфика, иностранный опыт у нас вряд ли пригодится. Не очень-то прижились и сами выборы. Там, где на протяжении всей истории страны существовала только одна команда, из чего выбирать? На региональных выборах население до сих пор предпочитает отдавать голоса местным Робин Гудам с переломанными носами. Просто потому, что свои и понятные. На федеральных голосование обычно проходит так, как хочет власть. Ну и зачем тут американские специалисты?
Третьего июля 1996 года во втором туре выборов Борис Ельцин одержал победу. Несмотря на то что предыдущие несколько лет он даже и не думал исполнять свои обязанности, теперь за него проголосовало 54 процента избирателей. Просто потому, что в России все так устроено: если власть хорошенько просит, ее дисциплинированный народ будет просто не в состоянии ей отказать.
А еще через несколько месяцев банкиры-победители залоговых аукционов стали законными собственниками купленных компаний. Для страны начиналась совершенно новая страница истории.
Сулейман Керимов
Пятое место:
Сулейман Керимов (1966 года рождения).
Около $13 миллиардов, «Нафта – Москва»

1
В субботу, 25 ноября 2006 года, эту новость передали все отечественные новостные агентства:
Страшная автокатастрофа случилась на Английской набережной (Promenade de Anglais) в курортной французской Ницце. По неизвестной причине на участке, где максимально допустимая скорость составляет 50 км/ч, «Ferrari», за рулем которого находился депутат Госдумы РФ Сулейман Керимов, потерял управление, съехал с дороги, затем врезался в дерево и загорелся. ДТП произошло около 17.30 по московскому времени (15.30 по местному). Судьба Керимова пока неизвестна. Сообщают лишь, что депутат очень серьезно пострадал, но насколько серьезно – неизвестно.
Сперва не было известно даже, выжил Керимов или нет. Подробности автокатастрофы выяснялись лишь постепенно. Сулейман Керимов, занимающий, по данным журнала «Forbes», седьмое место в рейтинге российских мультимиллиардеров, находился за рулем элитного автомобиля «Ferrari Enzo». Он ехал из аэропорта Ниццы в город, однако в пути произошла катастрофа.
К месту происшествия съехались репортеры. В лицо нахмуренным французским полицейским они пихали свои микрофоны, а те только пожимали плечами. Что тут можно сказать?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики