ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Нам такую и за тысячу лет не составить.
— А координаты! — подхватил Арена. — Чтобы их рассчитать, нужна уйма времени.
— И с таким подарком ты хотел его отпустить? — укоризненно сказал Стенн.
Арена метнул на меня убийственный взгляд.
— Не давай волю чувствам, Арена, — посоветовал Стенн. — Не думаю, что ты потрудился объяснить мистеру Макламору, как обстоят дела с топливом.
Арена резко повернулся к Стенну. Рядом с ним он выглядел великаном.
— Ты бы прикусил язык, — тихо проговорил он. — Мне не нравится, как ты им молотишь.
— Боишься, что я уроню в глазах Макламора твое достоинство джентльмена?
— ехидно спросил Стенн. Он смотрел Арене прямо в глаза.
— К чертям собачьим достоинство джентльмена! — буркнул Арена.
— Вижу, ты решил от меня отделаться, — сказал Стенн. — Я тебе больше не нужен. Ты отпустишь Макламора и Уильямса и будешь следить за ними. А поскольку им не найти топлива, у тебя нет опасений, что они сбегут. — Он повернулся ко мне. — Ты много лет провел в космосе, Макламор. Тем временем технология не стояла на месте. Да и политика тоже. Из реакторного топлива получается неплохая начинка для бомб. Поэтому все станции перевели на продукты полураспада, а запасы начального сырья укрыли в Форт-Ноксе. Вы бы не нашли топлива по указке Арены. А вскоре он захватил бы корабль-разведчик.
— На что ему корабль без горючего? — спросил я.
— Мистер Арена весьма предприимчив. Несколько лет назад он сделал запасы, которых вашей эскадре хватило бы на целую вечность.
— Зачем ты ему это выбалтываешь? — прорычал Арена. — Вышвырни его отсюда, и займемся делом. Ты и так слишком многое ему выложил.
— Просто я не люблю, когда меня тихо отжимают в сторонку, — ответил Стенн. — Вот она, благодарность!
— Макс Арена не из тех, кто остается в долгу, — проворчал Арена. — Без твоей подсказки я не получил бы записей, этого я не забуду.
— Ну, я и в других делах могу оказаться полезен.
— Не думаю.
— Как ты поступишь с Макламаром?
— Я уже сказал. Вышвырну его. Он никогда не поумнеет настолько, чтобы работать с нами.
— Прежде не мешало бы задать ему несколько вопросов.
— Ага, а он взорвет свою башку и загадит мой ковер… Ты ничего от него не добьешься.
— Такие, как он, питают отвращение к самоубийству. Он не станет гробиться из-за пустяковых сведений. А если все-таки убьет себя… мы поймем, что за его смертью кроется нечто важное.
— Не люблю грязной игры, — сказал Арена.
— Я буду действовать осторожно, — пообещал Стенн. — Дай мне кого-нибудь в помощь — нужно привязать его к креслу. А после я поговорю с ним по душам.
— Не люблю грязной игры, — повторил Арена. Он подошел к столу, передвинул рычажок и с кем-то заговорил.
Стенн уже стоял передо мной.
— Пусть думает, что ты спекся, — прошептал он. Узнай, где он прячет топливо. Мы с тобой поладим.
Арена двинулся к нам, и лицо Стенна снова стало равнодушным.
Арена настолько преодолел свою нелюбовь к грязной игре, что с ходу расквасил мне губы, а после на протяжении нескольких часов бил меня по лицу.
— Как ты докажешь, что Уильямс у тебя? — спросил я. Говорить было больно, но я терпел.
— Вот его удостоверение, — Арена подошел к столу и взял фотоснимок. — Полюбуйся. — Он бросил карточку в мою сторону. Стенн поднял ее.
— Дай мне с ним поговорить.
— Зачем?
— Спрошу, что он обо всем этом думает, — промямлил я. У меня слипались веки, я трое суток был на ногах и с трудом помнил, какие именно сведения надо вытянуть из Арены.
— Если ты согласишься, он не станет упрямиться, — сказал Арена.
— Ты сказал, у тебя есть топливо. Ты соврал. Нет у тебя топлива.
— У меня уйма топлива, умник! — врезал Арена. Он тоже устал.
— Наглая ложь! — Я поморщился. — Даже врать толком не умеешь.
— Кто врет?! — Арена взбесился, этого-то я и добивался.
— Ты, Арена. Ты — наглый лжец. Невозможно спрятать горячий металл. Об этом даже Стенн должен знать.
— Что еще нашла ваша экспедиция? — в сотый раз спросил меня Стенн. И дал пощечину, тоже в сотый раз. Голова моя мотнулась. Щека горела.
Это оказалось последней каплей. Я натянул грудью проволоку и хорошенько дал ему под ребра ногой. Крякнув, он свалился со стула.
— Хватит на меня давить, дубина! — крикнул я Арене. — Ты ничего не можешь мне предложить, кроме лживых обещаний. Нет на свете такой ямы, где можно было бы спрятать горячий металл, понял ты, олух царя небесного?
— Это я-то олух царя небесного? — зарычал Арена. — По-твоему, олух смог бы создать такую организацию, как моя, и положить в карман весь город? Да я еще пять лет назад начал копить горячий металл, за год до запрета! «Нет такой ямы», надо же! Да и зачем мне яма, если хватит свинцовой оболочки толщиной в два фута? Помнишь подлодку «Поларис», стоявшую на приколе возле Норфолка? Ту самую, которую оборудовали для туристов?
— Списана и продана на металлолом, — сказал я. — Тому уж много лет.
— Но она не пошла на металлолом. Пять лет она ржавела на берегу. Я купил эту калошу, нарастил обшивку и утопил, набитую сырьем, в бухте Картрайт, на глубине десять фатомов note 1.
— Это именно те сведения, которые нам нужны, — произнес Стенн.
Арена круто обернулся. Стенн все еще сидел на полу. В руке он держал маленький пистолет и целился в монограмму на рубашке Арены.
— Назад, Арена! — велел Стенн, поднимаясь.
— Где ты прятал эту игрушку?
— В ладони. Стой.
Стенн подошел ко мне. Не сводя глаз с Арены, он стал разматывать скрученные концы провода.
— Вновь не хочу показаться слишком любопытным, — заговорил я, — но все же, Стенн, откуда вы взялись, черт побери?
— Из военно-морской разведки.
Арена выругался.
— Как я сразу не догадался! Вице-адмирал Стенн. В газетах писали, ты получил свое во время чистки на флоте.
— Кое-кому удалось скрыться.
Арена тяжело вздохнул.
— Ну что ж, ребята… — сказал он и прыгнул.
Пуля Стенна ушла за молоком, и Арена свалил его за кресло ударом левой. Мгновенно вскочив, Стенн удачно встретил Арену кулаком и отшвырнул назад. Я налег на проволоку. Ну, еще чуть-чуть…
Но тут Арена нанес Стенну жестокий удар левой, и тот зашатался. Тщательно прицелясь, Арена стукнул ему правой в челюсть. Стенн рухнул.
Арена вытер пот с лица.
— Малыш устал, — сказал он. — Ладно, хватит с него.
Он прошел мимо меня и нагнулся, чтобы поднять пистолет Стенна. Привстав, я бросился на Арену спиной. Легкий стул разлетелся вдребезги. Арена сбил меня ногой, но я тут же вскочил, спешно освобождаясь от проволоки. Арена метнулся ко мне, выбросив вперед правый кулак. Присев, я врезал ему под дых, затем — в челюсть. Арена согнулся, попятился, но остался на ногах. Нельзя было давать ему передышки. Я подскочил и дважды ударил его в лицо, увернулся от встречного выпада, который заставил его раскрыться, и вложил все силы в апперкот. Он рухнул на роскошный яшмовый стол, попытался подняться и съехал на пол.
Я подошел и легонько пнул его под ребра.
— Где Уильямс? — спросил я. Пять раз я пинал его и спрашивал. Арена покачал головой и попытался сесть. Пришлось наступить ему на физиономию, чтобы он успокоился. Я повторил вопрос.
— В академии не учили таким приемчикам, — простонал Арена.
— Жизнь многому учит.
— Уильямс был слабаком, — сказал Арена. — И трусом.
— Говори яснее. — Я снова ударил его, на этот раз побольнее. Но я понял, к чему он клонит.
— Детонатор! — простонал Арена. — Я дал ему понюхать газу, хотел разговорить. А он взорвался! Почувствовал, что расколется, и разнес свою вшивую башку!
— Да, — кивнул я. — Он и не мог иначе. Гипноз.
Арена выругался, вытирая с лица кровь.
Распутав веревку, я как следует связал Арену. Чтобы он не рыпался, пришлось дать ему пару оплеух. Я полюбовался на содержимое его карманов, забрал со стола «сувениры». Потом нагнулся над Стенном. Он дышал.
— Ничего, оклемается, — пробормотал Арена. — Я ему не сильно врезал.
Взвалив Стенна на плечо, я сказал:
— Пока, Арена. Не знаю, почему я не вышиб тебе мозги. Наверное, я сделал бы это, не окажись в твоем бумажнике свидетельства о награждении военно-морским крестом.
— Слушай, возьми меня с собой, — попросил Арена.
— Дельная мысль. — Я усмехнулся. — А заодно — парочку тарантулов.
— Хочешь пробраться к машине, верно?
— Верно. Как же иначе?
— Крыша, — сказал он. — На крыше у меня всегда шесть-восемь вертушек. К машине тебя не пропустят.
— Почему ты мне об этом говоришь?
— В моем доме восемьсот парней с пушками. Они знают, что ты здесь, и не спускают глаз с твоей машины. Ты не пройдешь.
— А тебе какое дело, пройду я или нет?
— Если ребята ворвутся сюда и увидят меня в этой упаковке… Они закопают меня, не развязывая. Вот так-то, Макламор.
— Как попасть на крышу?
Он объяснил. Я прошел в указанный угол, нажал на указанную кнопку. Одна из панелей отъехала в сторону. Я обернулся и взглянул на Арену.
— Из меня получился бы неплохой моряк, Макламор, — сказал он.
— Не хнычь, Арена.
Поднявшись по короткой лестнице, я ступил на квадратную площадку.
Арена не соврал. На площадке стояло восемь вертолетов. Я усадил Стенна на сиденье четырехместного «Кэда», пристегнул ремни. Он невнятно бормотал, приходя в себя. Ему казалось, он все еще дерется с Ареной.
— …уходи… я задержу…
— Ну-ну, успокойтесь, адмирал. Теперь нам никто не страшен. Где корабль? — Я потряс его за плечо. — Где корабль, спрашиваю?
Через некоторое время он ответил. Корабль находился недалеко, в часе лета.
— Ждите, адмирал, — сказал я, когда мы прилетели. — Я скоро вернусь.
— Куда вы?
— Нам сейчас позарез нужны крепкие ребята, — ответил я. — Кажется, я знаю одного парня, который не прочь вступить во флот.
ЭПИЛОГ
Адмирал Стенн отвернулся от экрана коммуникатора.
— Думаю, если мы сообщим о своей победе, этого будет достаточно, коммодор. — Как всегда, он говорил голосом профессионального диктора, но сейчас на его лице сияла широкая улыбка.
— Как прикажите, сэр, — ответил я, улыбаясь не менее лучезарно, и объявил по радио, что Продовольственный Конгресс согласен подать в отставку всем составом, и что через неделю пройдут выборы законного правительства.
1 2 3 4 5 6

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики