ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Она даже зажмурилась от удовольствия, представив себя с книгой. И Тони бы не было уже, а была бы Тави Тум, и мир стал бы сразу — блистающим, а все эти несуразности тягомотные растворились в тихом языке Грина. Шерри ее увлечения не одобряла. «Взрослая же баба, — говорила Шерри, — а все сказки читаешь…» Тоня была уверена, что это не сказки. Просто другой мир… Пока далекий. Кто знает, может быть, настанет такой момент, и откроется туда дверь, впуская Тоню?
«Ты забыл меня, Хуан!» — трагически восклицала в соседней комнате Лусия. Или ее звали по-другому?
Тоня вздохнула. Шерри тоже любила сказки. Только сказки должны были быть банальными и понятными, максимально приближенными к жизни.
Тоня хотела других сказок… Она слишком уставала от мира, в котором жила. От тусклых взглядов, от нагромождения банальностей, от бесконечности «надо», от тоскливого осознания, что этот «праздник жизни» не ее, она тут — так, случайный гость, и ей отведено место на обочине.
Как когда-то ей сказал ее бывший супруг: «Нечего из себя королеву изображать. Твое место на полу, раздвинув ноги…»
Сейчас эта фраза показалась особенно мерзкой, словно ее не только Леха сказал, но — хором с Бравиным, и вообще ей это целый хор пропел, как «краснознаменный», толпой самых разных мужиков. Тоне назло им всем захотелось стать королевой, пусть на несколько часов, но чтобы они сами были на полу, а она, Тоня, проходила мимо их распластанных, униженных тел.
И если бы она была королевой, она что-нибудь успела бы изменить, возможно. Чтобы мир принадлежал не им. И не их «боевым подругам» с опустевшей Тверской. Это они пытаются навязать Тоне и Шерри свое видение мира. Им так удобнее.
И поэтому Тонина душа отказывалась воспринимать «их» сказки и хотела своих — не навязанных, как этот глупый «стиль лайф» хозяев бала, а своих. Тихих. С чудесами и нежными хлопьями снега и голубым небом, украшенным облаками. С негромкими чудесами. Такими же тихими и негромкими, как сама Тоня.
Она очень любила Грина — но не «Алые паруса», в которых чудо творилось собственными руками, а — «Блистающий мир», где был Друд, человек с маленькими руками, способный взлететь и к куполу, и к небу, обняв маленькую Тави Тум. А еще она постоянно перечитывала «Корабли в Лисе» и плакала, потому что — будь она на месте Режи — Королевы Ресниц, не дала бы уйти Битт-Бою, она бы не проспала, нет-нет! Она побежала бы за ним, и остановила его, и была бы с ним до самых последних мгновений его присутствия на земле.
Но — в ее жизни Битт-Боя и Друда не было. Были другие — с маленькими, сальными глазками, с пошлыми улыбками, с предложениями, от которых она краснела и ей хотелось спрятаться. Был все тот же «краснознаменный хор».
Нелепо было думать, что кто-то из них может спокойно взмыть к облакам, держа ее в своих руках.
Нелепо было думать, что кто-то уйдет в ночь, чтобы она никогда не почувствовала, как пахнет его смерть.
И даже подумать, что кто-то из них купит алый шелк, чтобы попытаться наполнить серую жизнь самодельным чудом…
Они все были серые, и любили собственную серость, и ее хотели сделать такой же. И Шерри. И Пашку.
И от них жизнь тоже все больше и больше окрашивалась в серый цвет, и только Пашка, ее маленький Пашка, своим появлением на свет придал этому безнадежному серому оттенок жемчужного.
— Это как кому нравится…
Лора легким, привычным движением нанесла румяна. «Ну и что женщина без косметики? — подумала она, удовлетворенно разглядывая результат трудов своих. — А ничто…»
Это как Золушка, которой фея забыла подарить волшебную тыкву-карету. Или — это крошка Цахес, которому забыли те же крестные феи подарить волшебную способность всем нравиться.
Последнее сравнение ей показалось забавным.
И последняя фраза: «Это кому как нравится» — забавно сочеталась с ее новым умозаключением.
Кому как, да. Только она хочет нравиться всем. Без исключения. Даже тем, кто ей глубоко по…
Пусть восхищаются.
Как говорила ее мама: прямая обязанность женщины — быть всегда во всеоружии. Иногда Лоре совсем не хотелось этого, а когда Лора была маленькая, она думала, что надо быть обвешанной пистолетами, ружьями и саблями. И она смотрела на маму, пытаясь понять, куда же она все это прячет. Или она позволяет себе уже ходить без этого «всеоружия»?
Оказалось — все проще. Дело даже не в красоте, которая «великая сила». Потом, использовав красоту, можно не так стараться… Потом на вооружение берут другие «орудия». Их много.
«Правда, ты всю жизнь на войне за свое место под солнцем!»
— Лора, но это банально, это серо, это…
Она слушала вполуха то, что он ей говорил. Она уже привыкла к этому. Все равно он иногда начинает нести непонятную чушь… Лоре от этого становится тоскливо, и день бывает безнадежно испорчен. Лора сначала пыталась понять его слова — раньше, в самом начале этой «войны», а потом махнула рукой — ни к чему это ей.
Она не помнила даже, о чем они взялись спорить. Да и не важно было… За годы совместной жизни она так привыкла к спорам, что сам предмет ее уже не занимал. В конце концов, темы их словесных пикировок постоянно повторялись, как фильмы на Новый год. Одно и то же. Одно и то же. До бесконечности… «Ночь, улица, фонарь, аптека».
У Лоры от общения с ним нередко начиналась депрессия… Она, конечно, не задавалась вопросом, зачем живет с этим непонятным человеком. Они были разные. Раньше еще у них было что-то общее — но потом эти крупицы растворились во времени, и время обозначило их трагическую несовместимость и разность. Но…
Она вздохнула, глядя на серое небо, такое же серое, как ее жизнь.
Ее этот брак устраивал.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики