ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Откуда-то проникал слабый свет. Худ выключил фонарик и начал бесшумно спускаться. Лестница заканчивалась узким коридорчиком. Проходя по нему. Худ простукивал костяшками пальцев переборки по обе стороны коридора. Они были стальными. Судя по звуку, можно было предположить, что за ними находятся бортовые отсеки топливных цистерн.
Неожиданно в нескольких ярдах перед ним скрипнула тяжелая металлическая дверь и вышел какой-то человек.
Худ метнулся назад в поисках укрытия. Из-за двери вышли ещё трое в робах механиков. Переговариваясь, они с лязгом закрыли и заперли на ключ дверь, а сами удалились по коридору. Худ проследил за ними взглядом и увидел, как они свернули в конце прохода за угол. Затем стал красться следом.
Выглянув за угол, он обнаружил, что они беседуют с молоды негром-вахтенным. Тот, улыбаясь, потянулся к рабочему щиту и повесил на крючок ключ, который ему только что отдали. Худ запомнил, где располагался этот крючок: в правом верхнем углу щита. Механики в сопровождении вахтенного удалялись в сторону трапа, ведущего на верхнюю палубу. Худ обрадовался, что останется один. Однако вахтенный вернулся.
Худ развернулся и поспешил назад по коридору. На верхне ступеньке винтовой лестницы он замер и прислушался. В каюте Лобэра было тихо. Он потянул вбок раму картины. Кто-то пустил воду в ванной. Шагнув в каюту, Худ мягко прикрыл за собой дверь и вернул картину в прежнее положение. В ванной громко запел Эндрюс.
Влетев к себе, Худ сел и закурил. Очевидно, в отсеке, из которого вышли механики, что-то тщательно прятали. Обычное машинное отделение не запирали бы на ключ. Нужно как можно быстрее снять копию ключа, пока он ещё висит на том же месте и его можно опознать.
Затянувшись сигаретой, он подумал о молодом негре. Затем зашел в ванную и снял с полки стеклянный флакон с лосьоном для бритья. Флакон представлял собой специально спроектированную емкость, в которой, наряду с лосьоном, хранилось множество полезных мелких предметов профессионального характера. Оттуда он вынул небольшой пакетик с воском и, отделив маленький кусочек, сунул пакетик назад. Растерев воск до мягкости, он прилепил его к ладони, потушил сигарету и вышел на палубу.
Трап, ведущий вниз к тому месту, где сидел вахтенный, находился далеко впереди, в зоне рулевой рубки на носу яхты. Худ неторопливо приблизился к этому месту, вынул из портсигара одну из позаимствованных сигарет с марихуаной, и, прикурив её, спустился по трапу.
- Привет, - дружески махнул он рукой. - А я тут гуляю. Меня зовут Худ. Здесь довольно мило, верно?
- Что? - молодой негр вскочил на ноги.
Худ повторил свой монолог ещё раз и помедленнее.
- Да.
- Давно ты здесь на яхте?
- Да.
Худ придал ладоням форму лодочки - знаменитый жест курильщиков марихуаны - и затянулся. Он изобразил глубокую затяжку, но, не вдыхая наркотик, тут же выпустил длинный ряд колечек дыма.
- Откуда ты? - поинтересовался он.
На лице негра отразилось некоторое замешательство Затем он ответил:
- Либерия.
Худ не поверил, хотя вспомнил, что Лобэр сейчас числился гражданином Либерии. В данную минуту его гораздо больше интересовали жадные взгляды, которые бросал негр на сигарету.
- Ну да! А откуда именно? Из Монровии?
Молчание. Немигающий взгляд.
- Я хорошо знавал Монровию. - Худ снова затянулся выпустив облачко дыма. - У меня был дом в районе "Перекрестки Конго". Знаешь этот район?
- Да.
- А пляж Люмли Бич? Правда, классное местечко Люмли Бич, да? - На самом деле Худ перечислял известные ему места в столице Сьерра-Леоне Фритауне, страны, граничащей с Либерией.
- Да.
Взгляд огромных черных глаз был неотрывно прикован к сигарете. Негра начало пошатывать.
- А морская щука барракуда там все ещё водится?
Ответа не последовало. Худ снова поднес ко рту ладони лодочкой. На этот раз он выдохнул дым прямо в лицо парню. Негр стремительно рванулся к сигарете, но вовремя спохватился.
- Ты чего? - Худ изобразил на лице неожиданное понимание и щедро протянул парню сигарету. Негр сжал её в руке, глянул по сторонам, и прыгнул на трап. Шмыгнув наверх, не доходя трех ступенек до верха, он остановился. Худ не шевелился. Он видел ноги парня. Внезапно негр опустил голову вниз, посмотрел на Худа и, полностью удовлетворившись, снова выпрямился.
Худ работал быстро. Сдернув с крючка ключ, он тщательно прижал его к ладони и, убедившись, что на воске остался аккуратный отпечаток, повесил ключ на место. Икры парня подрагивали, когда он затягивался марихуаной, он поднимался на носки и блаженно извивался всем телом. Через минуту он уже был внизу, пряча погашенный окурок под фуражкой, и молча кивнул Худу, весь состоящий из белков глаз и губ.
- Эй, - махнул рукой Худ, - до встречи!
На палубе он чуть не налетел на Эндрюса, скрытого стопкой белья. Худ остановился. Другой раз такая возможность могла не представиться. Он пересек палубу и, облокотившись на перила, праздно уставился на бескрайние морские просторы, поджидая возвращения Эндрюса. Худ дождался, пока тот прошел вдоль палубы и срылся в каюте Лобэра, затем метнулся вниз, бросил отпечаток ключа в спичечный коробок и сунул его в носок своей второй пары туфель. В коридоре никого не было. Он незаметно прошмыгнул к каюте Эндрюса, заглянул в неё и проскользнул внутрь.
Стояла кромешная тьма. Он включил свет.
9
Худ оказался в царстве вырезок. Первое, что бросилось ему в глаза, бесчисленные фотографии, словно цветистый ковер украшавшие стены каюты. Они пестрели повсюду, цветные и черно-белые, маленькие и большие, в рамках и без рамок, с каждой из них на него смотрела девушка в корсете.
Худ озирался в поисках хотя бы одной фотографии обнаженного тела, или, по крайней мере, торса. Но безуспешно. Ни на одной нельзя было увидеть обнаженный сосок или девичью грудь. А тем более голые ягодицы или бедра. Разве что на стене, к которой примыкала койка Эндрюса, висел забавный плакат. На нем в полный рост красовалась фотомодель, чьи чулочки защелкивались подвязками в форме мужской ладони, а затененный просвет между ногами сладко манил своей недосказанностью.
"- Ну, вообще-то, в этом есть резон, - подумал Худ. - Эти застенчиво сжатые бедра, дразнящие припухлости ягодиц, эти тщательно выбранные позы стыдливой добродетели выглядят куда сексуальнее, чем изображения голых бюстов и мохнатых треугольников, не дающие простора воображению. Если есть время воображать, конечно".
Более того, все эти задраенные в корсет сладкие королевы служили только фоном, призванным оттенять блистательный и залитый лучами слепящих прожекторов мир товаров и услуг, который они рекламировали.
Определенно, Худ не мог считать себя знатоком по этой части. Женские корсеты в его жизни занимали не большее место, чем в жизни большинства мужчин. Но стоя в этой каюте, он мог себе признаться, что девочки вокруг него предлагали такое разнообразие форм и такой широкий спектр сексуальной изобретательности, с которыми ему вряд ли когда-либо суждено столкнуться вновь. Некоторые из них были довольно незатейливы, другие при всем параде, одни сверкали каким-то немыслимыми застежками, другие - ажурами, как сыр "Бри". Над подушкой, где отдыхало ухо Эндрюса, висела маленькая журнальная вырезка из старого номера "Квик", которая легко бы поместилась в дамскую сумочку, сверни её в рулончик. На фоне некоего изделия, именуемого "Сладкой парочкой", плыл витиеватый призыв: "Ваша "Сладкая парочка" - ваша судьба".
"- Да уж, - думал Худ, - так со "Сладкой парочкой" и обретешь покой и славу; правда, куда потом деваться от толпы обожателей, которые начнут обивать порог твоего дома?"
Отключившись от созерцания марева тел, Худ констатировал, что каюта у Эндрюса маленькая и грязноватая. На полу перекатывались три пустые пивные бутылки. Неподалеку валялись скомканные французские газеты. На шкафу стопкой возвышались картонные коробки, пылилась обувь, треснувшая цветочная ваза и прочее барахло. Худ заглянул внутрь. Там висела какая-то одежда, внизу стояли несколько пар старомодных ботинок на шнурках, на полках лежали рубашки, белье, наглаженные белые кителя Эндрюса и два женских корсета. Внутри одного из них чернилами было написано "Зарубин". Зарубин? Худ отложил это в памяти, чтобы подумать на досуге.
Он выдвинул ящик. В нем были носки, рубашки, пакет старых почтовых открыток опять корсеты. Следующий ящик был забит кучей старого тряпья. В нижнем хранились только корсеты: черные, розовые, белые, с резиновыми и пластмассовыми подвязками, на змейках и на шнуровках. Так, все ясно. Парень - обыкновенный фетишист. К углу зеркала был прилеплен пригласительный билет на демонстрационный показ новых моделей корсетов, предлагаемых парижскими модельерами. Это сугубо профессиональное шоу корсетов состоится в парижском отеле "Альберт Шестой". Имя приглашенного проставлено не было. Дата шоу двадцать первое апреля. Интересно, намеревается ли Эндрюс попасть в это время в Париж? Очевидно, да, и это очень интересно.
Раскрыв один из продолговатых сундуков, стоявших под койкой, он удивленно замер: там лежали аккуратными стопками выглаженные брюки, свеженакрахмаленные рубашки, галстуки и жилеты. Их было довольно много. И их вид любопытно контрастировал с неряшеством, царящим снаружи. Он потянул на себя дверцу стенного шкафа.
- Кто бы мог подумать? - раздался голос за его спиной.
Худ оглянулся. В дверях стояла Айвори в облегающем белом платье с голубой окантовкой.
- Привет, Айвори. Входи. Я никак не могу понять, что сделал Перрин с моими вещами. - Невзирая на приглашение, сам он направился к выходу. Отступив на шаг, она не сводила с него скептического взгляда.
- Интересно, что это за вещи?
- Я давал ему в стирку спортивные брюки, пару свитеров и так далее. Да ладно, не стоит. Забудем об этом. Как ты, Айвори?
- А это не каюта Перрина.
- Как не Перрина? А, тогда не удивительно, что я не могу найти эти чертовы тряпки. - Он незаметно подталкивал её, чтобы заставить отойти от двери на случай, если вдруг появится Эндрюс.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики