ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Я не понимаю, почему онавообще еще жива. Она борется до сих пор. А за что? Любой организм предпочтет смерть таким мукам! — Он резко встал, закурил папиросу и, поперхнувшись, закашлялся. Жалсан впервые ничем не мог помочь Бадме, и бессилие угнетало его еще хуже, чем боль.
Рядом с Хоччой сидел Гэсэр, нежно гладя ее по широкой, лобастой голове. После всего пережитого у него не осталось слез, и он молча наблюдал, как умирала Хочча. Детское сознание отказывалось принимать боль, и мир мальчика уже раскрывался, принимая умирающего героя, впуская его в себя. Несмотря на полночь, в мире мальчика был день и ярко светило солнце. Степь цвела, и по высокой траве легко и размашисто бежал Бургут, все такой же добрый, красивый и отважный. Его глубокие, темные глаза сверкали радостью, и мальчик видел, как Хочча пытается вырваться и броситься навстречу Бургуту, но что-то ее сдерживает. Она словно не решалась это сделать.
— Беги, — тихо прошептал Гэсэр, — он ждет тебя.
Словно услышав мальчика, собака огромным усилием разжала челюсти, и теплый собачий язык коснулся детской ладони.
Бадма сидел рядом у печки, осунувшийся, мешковатый. Наклонившись, он провел тяжелой шершавой ладонью по голове верной и преданной до конца собаки.
— Спи спокойно, старуха, не бойся за нас. Мы справимся без тебя… — двойная доза димедрола, которую Жалсан ввел собаке шприцем, начала действовать. Собака наконец-то засыпала. Навсегда. Могучее тело вытянулось в последней судороге, словно перед прыжком, и плечи Бадмы задрожали. Старик тихо и незаметно плакал, а по цветущей, зеленой степи, куда-то далеко, где тихо оседал теплый, ласковый закат, мчались по высокой траве Бургут и Хочча. Порою на секунду Хочча останавливалась и тревожно оглядывалась назад, пристально глядя своими зелеными глазами. Но Бургут, нетерпеливо заигрывая с ней, снова уводил ее далеко-далеко, туда, где сиял ласковый закат и где не было зла…
— Гэсэр, — отозвал мальчика Жалсан. Бадма не мог позволить себе излить чувства при внуке, и Жалсан вывел Гэсэра на улицу. Лхама после всего пережитого несколько раз падала в обморок, и лишь уколы с успокоительным привели ее в чувство, и она тревожно заснула. Впервые атмосфера дома тяготила Жалсана.
— Пойдем посмотрим, как там Сивка со Звездочкой, — предложил он мальчику, и они молча направились в кошару. Сивка стоял у кадушки и задумчиво жевал овес. Его глубокие сиренево-черные глаза смотрели грустно и устало.
— Жалсан-ахай, он наверное устал? — тихо спросил Гэсэр.
— Конечно, устал, — ответил ему дядя, но мальчик добавил: — От жизни устал, от зла?!
— И от зла тоже! — Жалсан, думая о чем-то своем, тихо похлопал Сивку по крепкой шее.
— Жалсан-ахай, а почему зло появилось? — примерно в сотый раз спрашивал его Гэсэр, и Жалсан никогда не мог однозначно ответить на этот вопрос.
— А как ты думаешь, зачем оно нужно? Ведь зачем-то оно появилось? — спросил его в ответ Жалсан. Положив вихрастую голову на руки, мальчик долго смотрел на Сивку, и его пухлые губы что-то тихо шептали. Он думал.
— Ну что, понял, зачем оно нужно? — снова спросил его Жалсан, но Гэсэр лишь молча отвернулся и понуро побрел из кошары. Жалсан понял, что сказал лишнее, но останавливать мальчишку не стал. Гэсэр уже закрылся в себе и вряд ли услышал бы слова оправдания.
На крыльце молча сидел Бадма. Рядом лежала нераскрытая пачка папирос и спички. Гэсэр тихонько примостился рядом и прижался к деду.
— Что сынок, покурить со мной хочешь? — не нашел ничего лучшего сказать Бадма. Голос его был каким-то пустым и виноватым. Холодный весенний ветерок трепал его всклокоченные волосы, и в просвете от сеней он походил на сказочного старика-лесовика.
— Курить вредно, — уныло ответил ему внук и тут же спросил, словно желая подтвердить свою догадку: — Деда, а куда теперь попала Хочча?
Старик прекрасно знал, что в мире внука его собаки продолжают жить, и поэтому тихо ответил: — Не знаю, сынок, как называются эти места, но туда попадают только герои, вот так-то!
Гэсэр лишь крепче прижался к деду. Подошел Жалсан и, усевшись по другую сторону от Гэсэра, молча закурил.
— Вы знаете, Бадма-ахай, собаки — странные натуры, — произнес он, — столько всего в них…Я уже много лет наблюдаю за ними. Есть у них разум. И у лошадей есть. И даже у коров и овец, и, что странно, когда этого не понимаешь, лечить проще. Ведь звери, казалось бы, инстинкты одни. А вот глянет, а в глазах мольба, помощи просит. Сердце сжимается!
— А ты как думал, — тихо ответил Бадма. — Они, как люди, только говорить не могут. Я многое понял, наблюдая хотя бы за скотом. Они — как зеркало, все свои недостатки в них видишь. Даже стыдно как-то становится, особенно перед лошадьми и собаками. Вот собаки, есть борзые, гончие, овчарки и просто дворняги. Их много всяких пород, настоящих и выдуманных. И все они, как наша жизнь, настоящая и выдуманная! Все что-то делают: пасут, охраняют, охотятся…
Есть среди них хорошие собаки, и плохие тоже есть. А есть еще волки, и шакалы тоже есть! Но с шакалами все понятно: они хитрые, подлые и опасные, но трусливые, на них просто не стоит обращать внимания. А вот волки… Волк — натура сильная, жестокая, никого не пощадит. Он убивает все, что движется, порою просто так, и живет сам по себе. Он даже с себе подобными живет ради того, чтобы убивать легче было и плодить себе подобных. И главное, собаки боятся их, но не все. Есть волкодавы! Они натуры особенные! Они сильны и умны, как волки, и презирают шакалов. Но главное, они отличаются от волков тем, что служат чему-то общему. Есть стадо. Стадо принадлежит совхозу, совхоз — округу… Охраняет стадо волкодав.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики