демократия как оружие политической и экономической победы
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


OCR: birdy
Вальтер Скотт
Зеркало тетушки Маргарет

…Бывают времена,
Когда Фантазия свои играет игры
И усыпляет даже зоркий разум -
Тень мнится вещью, тенью мнится вещь,
А четкая и ясная межа,
Что пролегла меж сном и явью, тает
И взор духовный тщится заглянуть
За грань подвластного рассудку мира
И мне милей сей сумеречный час,
Чем вся реальность полновесной жизни.
Моя тетушка Маргарет принадлежала к числу тех почтеннейших незамужних сестриц, на чьи плечи обычно сваливаются тяготы и треволнения, сопряженные с наличием в доме детей, за исключением разве что тех, которые непосредственно связаны с их появлением на свет. Семья наша была куда как многочисленной, причем чада ее крайне разнились меж собой по нраву и складу характера.
Одни были плаксами и ворчунами — их отправляли к тетушке Маргарет, чтобы они развеселились; другие — неугомонными буянами и шалунами — этих посылали к тетушке Маргарет, чтобы они поутихли, а точнее, чтобы шумели не дома, а где-нибудь подальше.
Хворых отводили к ней, чтобы она с ними нянчилась; упрямых — в надежде, что доброта и нежность воспитания тетушки Маргарет смягчат их дурной нрав.
Словом, тетушка была обременена всеми материнскими обязанностями, однако ж без того уважения и почета, кои приносит звание матери.
Ныне же ее хлопотам и суете пришел конец: из всех хилых и пышущих здоровьем, добрых и грубоватых, плаксивых и веселых се питомцев, что с утра до вечера сновали по ее маленькой гостиной, в живых ныне остался лишь я — один я, с самого раннего детства страдавший различнейшими недугами и всегда входивший в число самых хрупких ее подопечных, но тем не менее переживший всех прочих.
Я все еще сохранил привычку (и не изменю ей, покуда руки и ноги мне не откажут) посещать мою дражайшую родственницу по меньшей мере три раза в неделю.
Жилище ее расположено примерно в полумиле от городских предместий, где обитаю я: и попасть туда можно не только по большой проезжей дороге, от которой оно отстоит на некотором удалении, но также и посредством зеленой тропы, что вьется по премилым окрестным лугам.
Так мало в этой жизни может еще терзать меня, что одним из величайших моих огорчений стало известие о том, что часть этих уединенных полей отведена ныне под застройку.
На одном из них, том, которое ближе к городу, несколько недель кряду копошилось такое множество тачек, что мне едва ли не верилось, будто вся его поверхность на глубину по меньшей мере восемнадцати дюймов одновременно заброшена на эти одноколесные чудовища и пребывает в непрестанном движении, переезжая с места на место.
В различных участках обреченного луга высятся теперь безобразные треугольные груды досок, и даже уцелевшая рощица, что пока еще украшает невысокий пригорок в восточном конце поля, уже отмечена знаком о вырубке, выраженном в мазке белой краски на стволах деревьев, и должна уступить место прелюбопытной роще каминных труб.
Вероятно, это больно задело бы всякого на моем месте, учитывая, что сие небольшое пастбище некогда принадлежало моему отцу (чья семья была весьма уважаема в округе) и было продано, дабы смягчить последствия катастрофы, которую он сам навлек на себя, пытаясь коммерческой авантюрой поправить пошатнувшееся состояние.
Когда строительные работы шли уже полным ходом, именно на это обстоятельство частенько указывали мне иные из моих приятелей — те, что относятся к разряду людей, неизменно озабоченных, как бы ни одна мельчайшая подробность ваших бедствий не ускользнула от вашего внимания.
— Такое роскошное пастбище!.. У самого города… высадить сюда репу и картошку, приносило бы добрых 20 фунтов за акр, а уж если продавать под строительство… О, да это же настоящий золотой рудник!.. Подумать только, и прежний владелец продал подобное великолепие ни за грош!
Впрочем, эти «утешители» не могли заставить меня уж слишком жалеть о потерянном богатстве.
Когда бы мне только было позволено заглянуть в прошлое, не вмешиваясь в него, я бы и сам охотно отдал тем, кто купил достояние моего отца, все радости нынешнего достатка и надежды на грядущее процветание.
Я сожалею о переменах лишь потому, что они уничтожают былые ассоциации, и (сдается мне) предпочел бы увидать угодья Эрл Клоуза в руках чужака, сохранившего их сельский вид, нежели владеть ими самому, если они будут изрыты грядками или же застроены домами. Я всецело разделяю сетования бедного Логана:
Жестокий плуг вспахал тот луг, Где в детстве я играл.
Боярышник, мой старый друг, Под топором упал.
Однако же я надеюсь, что на моем веку сие угрожающее разрушение не будет доведено до конца.
Хотя приключенческий дух времен ушедших и породил все это предприятие, я осмеливаюсь думать, что последующие изменения так успешно притушили дух предприимчивости, что остаток лесной тропы, ведущей к пристанищу тетушки Маргарет останется непотревоженным до конца ее и моих дней.
Я живо заинтересован в этом, поскольку каждый шаг с тех пор, как я миновал уже помянутую лужайку, несет мне какие-нибудь старые воспоминания: вот приступки у изгороди, напоминающие мне о раздражительной няньке, сердито попрекающей меня моими хворями, и о том, как грубо и небрежно втаскивала она меня по каменным ступенькам, которые братья мои преодолевали веселыми прыжками с шумом и гамом.
Как сейчас помню удручающую горечь этого момента, сознание полной своей униженности и зависть, которую я испытывал к легким движениям и упругим шагам моих более крепких братьев.
Увы!
Все эти на славу построенные корабли погибли в безбрежном жизненном море и лишь тот, что казался, как говорят на флоте, столь мало пригодным к плаванию, достиг порта, над коим не властны бури.
А вот и пруд, куда, управляясь с нашим маленьким флотом, смастеренным из широких листьев ириса, свалился мой старший брат и лишь чудом спасся из водной стихии — единственно для того, чтобы пасть под знаменем Нельсона.
Чуть дальше — ствол лещины, на который часто взбирался мой братец Генри, собирая орехи и нимало не задумываясь о том, что ему суждено умереть в индийских джунглях в погоне за рупиями.
И так много иных воспоминаний вызывает во мне эта коротенькая тропа, что останавливаясь передохнуть и опираясь на свою трость-костыль, я оглядываюсь кругом, сравнивая себя, каким я был и каким я стал, и едва ли не начинаю сомневаться, да я ли это; пока ие предстаю перед увитым жимолостью крыльцом домика тетушки Маргарет с несимметрично расположенными по фасаду решетчатыми окошками — похоже, рабочие немало потрудились, чтобы ни одно из них не походило на другое ни формой, ни размером, ни орнаментами на старинных каменных рамах и слезниках, что украшают их.
На сие жилище, некогда помещичий дом Эрлз Клоуза, мы все еще сохраняем слабые права владения, ибо, по какому-то семейному соглашению, некогда оно было отдано тетушке Маргарет до конца ее дней.
На такой непрочной основе все еще держится последняя тень былого величия семьи Ботвеллов в Эрлз Клоузе и последняя хрупкая связь их с родовым гнездом.
А потом единственным представителем этой семьи останется хилый старик, без всякого страха движущийся к могиле, поглотившей всех, кто был дорог его сердцу.
Попредававшись минуту-другую подобным размышлениям, я вхожу в особнячок, по слухам служивший прежде всего лишь сторожкой первоначального здания, и нахожу там ту, которую, клянусь Пресвятой Девой, кажется, почти совсем не затронуло время, хотя, на самом-то деле, сегодняшняя тетушка Маргарет настолько же старше тети Маргарет моего детства, насколько десятилетний мальчуган младше мужчины пятидесяти шести лет отроду.
Неизменный костюм достойной пожилой леди, без сомнения, также вносит немалый вклад во впечатление, будто время застыло вокруг тетушки Маргарет.
Коричневое или шоколадное шелковое платье с вечными шелковыми же оборками вокруг локтей, из-под которых выглядывают манжеты из брабантского кружева, черные шелковые перчатки или же митенки; валик седых волос, безупречный батистовый чепец, обрамляющий почтенное лицо — ничего подобного не носили в 1780 году, как не носят и в 1826: стиль этот присущ лишь единственно тетушке Маргарет.
Она по-прежнему сидит в гостиной, как сидела и тридцать лет назад, с прялкой или вязанием на коленях — зимой у камина, а летом возле окошка, а не то, в какой-нибудь уж и вовсе расчудесный летний вечерок, рискнув выбраться даже на крылечко.
Костяк ее, подобно хорошо отлаженному механизму, все еще продолжает выполнять операции, для которых он словно бы был создан: активность его постепенно уменьшается, однако же непохоже, чтобы в ближайшем времени ей пришел конец.
Любящее сердце и потребность заботиться о ком-то, некогда сделавшие тетушку добровольной рабой на поприще присмотра за детьми, ныне выбрали объектом своих попечений здоровье и благополучие старого и больного человека, последнего оставшегося в живых члена ее семьи — единственного, кого могут еще заинтересовать предания глухой старины, что копит она, точно скряга, прячущий свое золото, дабы никто не завладел им после его смерти.
Мои беседы с тетушкой Маргарет обычно мало касаются настоящего или же будущего: для дня сегодняшнего у нас есть все, нам потребное, и ни мне, ни ей не надо большего; что же до грядущего дня, то мы, стоя на самом краю могилы, не испытываем ни страха, ни тревог.
Поэтому неудивительно, что мы все больше обращаемся к прошлому и, воскрешая в памяти часы богатства и процветания нашей семьи, забываем нынешнюю утрату ею состояния и положения в обществе.
После этого небольшого вступления читатель будет уж знать о тетушке Маргарет и ее племяннике все необходимое, чтобы полностью понять дальнейшую беседу и вытекающее из нее повествование.
На прошлой неделе, посетив на исходе летнего вечера престарелую даму, коей уже представлен мой читатель, я был встречен ею с обычным радушием и нежностью, но в то же время она показалась мне какой-то отчужденной и молчаливой. Я осведомился о причинах тому.
— На днях распахали старое кладбище, — ответила тетушка. — Джон Клейхадженс, судя по всему, обнаружил, что то, что там покоилось — полагаю, останки наших предков — куда как отлично удобрило луг.
1 2 3 4 5 6 7 8
принципы для улучшения брака
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики