ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Взял желудь — плати штраф и получай в морду, выучили их этому, разве стали бы они иначе охранниками, ведь никто охранником не родится. Разбирайтесь сами, что здесь размышления автора, а что Жоан Мау-Темпо думал, но все передано совершенно точно, а если есть ошибки, то у обоих поровну. Словесная и бумажная волокита не изменилась со дня своего появления, поэтому не стоит останавливаться на ней, только разве что настанет день, когда можно будет прийти сюда и подробно узнать, какое здесь было обращение, какими жестами указывали, где писать имя над пунктирной чертой, Жоан Мау-Темпо, сорока четырех лет, женат, родился и проживает в Монте-Лавре: Где это? В округе Монтемор. Ну и птичка ты, видать. Жоана Мау-Темпо ведут в комнату, где находятся другие заключенные, пусть спит, если может, а насчет еды потерпи, время ужина прошло. Дверь закрывается, жизнь кончилась. Монте-Лавре — это только сон, бедная глухая Фаустина, нет, мы не скажем, что настал час летучих мышей, сов и сычей, это глупое, суеверное сравнение, некрасивы эти твари, вот их и обижают, а если хотите полюбоваться, то учтите, что нет на свете ничего краше дурака.
Жоан Мау-Темпо проведет здесь двадцать четыре часа. Ему не представится возможности поговорить, но на следующий день к нему подойдет один заключенный и скажет: Слушай, друг, мы не знаем, почему ты здесь оказала но я тебе кое-что посоветую, это тебе на пользу пойдет.

* * *
Тридцать дней заключения — это не календарный месяц. Как бы ты ни считал, какие бы доказательства ни приводил себе, все равно остаются лишние дни, эту арифметику изобрели сумасшедшие люди, начинает человек считать: раз, два, три, двадцать семь, девяносто четыре, вот и ошибся, прошло всего шесть дней. Никаких ж тросов ему не задавали, отвезли в Кашиас, на этот раз днем, чтобы окрестности посмотреть через решетку — это нее равно что на мир глядеть через игольное ушко, потом приказали раздеться, это родина так велит, однажды меня уже заставляли раздеваться доктора из призывной комиссии, годен — не годен, но для этого-то я годен, отсюда меня не прогонят, трясут мою одежду, карманы выворачивают, стельки из ботинок вынимают, знают эти специалисты, где прячут запрещенную литературу, но ничего не находят, из двух носовых платков один у меня забирают, из двух пачек сигарет забирают одну, прощай, моя бритва, но иногда и полицейские бывают невнимательны, не сразу ее сестрицу, обнаружили, а представьте себе, что бы могло быть, если бы я решил покончить с собой. Потом мне читают отходную: Вам запрещаются все сношения с внешним миром, вы не имеете права на свидания, на то, чтобы писать семье, и еще на это и на другое, в противном случае вы будете наказаны. Но однажды, гораздо позже, я получу право переписки и мне передадут чистое белье, руками Фаустины выстиранное и выглаженное, слезами ее смоченное, как сентиментальны эти люди, до сих пор не пересохли у них источники соленой влаги.
На двадцать пятый день заключения, в три часа утра, Жоана Мау-Темпо разбудил охранник, вот уж действительно — спал плохо, а проснулся еще хуже, — открыл он дверь камеры и сказал: Мау-Темпо, вставай и одевайся, сейчас ты отсюда уйдешь. Что он такое сказал, мне велят выходить, на свободу выпустят, безудержное воображение у этих несчастных, всегда придумывают либо самое худшее, либо самое лучшее — это от характера зависит, — и этот вот в крайности бросается, только бы его не убили. Его ведут вниз, где ждет легаш со злой мордой, и охранник издевательски говорит: Вот тебе дружок, прогуляетесь с ним. Подозрительны эти словечки, ихние прогулочки нам уже известны, никого они не обманут, но все время повторяют одно и то же, ничего другого они, верно, говорить и умеют, иногда только чуть-чуть меняют свои шуточки: Иди вперед, покажешь дорогу ефрейтору, вот что пролаял Жоану Мау-Темпо легаш. А охранник из Алжубе, видать шутник, не сказал бы он иначе в такое время и в таких печальных обстоятельствах: Счастливого пути. Когда-то человек говорить не умел, но надо было ему как-то свои мысли передавать, он и выучился, однако иной раз пользуется речью во зло, а есть такие слова, что стоят очень дорого в зависимости от того, кто и зачем их говорит, как в этом случае: Счастливого пути, а ведь известно, что путь счастливым не будет, звери и то добрее друг к другу, хотя и не умеют говорить. Легаш ведет меня по пустынным улицам, что за чудесная ночь, хоть в узком коридоре домов видно только небо, слева от меня собор, справа — маленькая церковь святого Антония, а дальше не большая и не маленькая церковь святой Магдалины, я иду под защитой небесных сил между храмами, и, наверное, поэтому так спокойно разговаривает со мной мой легаш: Не говорите никому, что я вам сказал, но дело ваше очень серьезное, ваше имя назвал один ваш товарищ, вам лучше всего признаться, так вы быстрее к семье вернетесь, запираясь, вы ничего не выигрываете. Это улица Святого Николая, а га — Святого Франциска, помогите мне, святые, если вы здесь: Я не понимаю, о чем вы говорите, сеньор полицейский, я ни в чем не виноват, всю жизнь я работал, с самого рождения, во всем этом я не разбираюсь, один раз меня арестовали, но это все уже давно было, с тех пор я никогда не занимался политикой, кое-что из сказанного было правдой, кое-что, но Жоан Мау-Темпо от своих слов не отступит, в словах хорошо то, что их можно держаться, как привычного пути по камням через реку, внимательно следя, куда ступаешь, ведь вода так быстро мчится, что в глазах рябит, осторожнее! Это место Жоан Мау-Темпо знает — спуск с двумя рядами электрических огней, как только прошли его, легаш прогавкал:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики