ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Софи. Не беспокойся, мы все о ней заботились.
Пюс. Как чувствует себя Симона?
Эвелина. Теперь получше, слава богу, но операция и первые дни после нее были не из легких.
Пюс. Ах, ужасная история!
Эвелина. Просто чудо, что ее вообще не расплющило о руль! Страшно подумать!
Фредерик (возвращается). И вовсе твой чемодан не тяжелый! Я его сам дотащил до твоей комнаты.
Эвелина. Спасибо, мой миленький, ты просто ангел!
Фредерик. Ангел? Пф, как бы не так! Я силач!
Эвелина. Ты у меня ангельский силач!
Фредерик. Нет, уж выбирай что-нибудь одно! А как там дела с тазом тети Симоны?
Эвелина. Ничего. Сначала он разбился вдребезги, а потом его склеили, понимаешь?
Фредерик. Небось ей несладко, а?
Эвелина. Совсем несладко, милый.
Фредерик. А мы тут веселились вовсю!
Эвелина. Вот как? Чем же вы занимались?
Фредерик. Папа каждый день дома ночевал.
Эвелина. Быть не может!
Фредерик. Точно, я тебе говорю!
Эвелина. Ну и чудеса! Каждый день?! Прямо не верится!
Софи. В общем, теперь ты видишь, как тебе надо поступать, чтобы папа сидел дома?
Эвелина. Вижу. К счастью, мой чемодан еще не разобран.
Пюс. Да! Жизнь у нас здесь протекала более чем бурно!
Эвелина. Догадываюсь!
Фредерик. Ах ты черт!
Эвелина. Что такое?
Фредерик. Кран! Я оставил открытый кран!
Пюс. Какой кран?
Фредерик. В гараже! (Тащит Пюс к выходу.) Скорей, скорей, Пюс! Там небось целый потоп!
Пюс. Ну что ты творишь, маленький негодник!
Выбегают в сад.
Эвелина. Вот хулиган!… Так это правда? Отец ночевал здесь?
Софи. Каждую ночь! По-моему, в самом скором времени ты получишь протест в письменной форме от мадам с требованием сидеть дома и никуда больше не отлучаться. Вряд ли ее приводит в восторг тот факт, что, как только ты за порог, папа покидает ее ложе и возвращается к семейному очагу.
Эвелина. Если я правильно поняла, мне следует переселиться в отель, чтобы твой отец вернулся в родные пенаты.
Софи. Да, это, пожалуй, единственное средство.
Эвелина. А как он себя тут вел?
Софи. О! Сплошной изыск!
Эвелина. То есть?
Софи. Хуже чем обычно.
Эвелина. Неужели?
Софи. Как всегда, очень мил с Фредериком, играл с ним, будто он и сам мальчишка. Но с нами!…
Эвелина. Что же он вытворял с вами?
Софи. Конечно, больше всего досталось Пюс, он её буквально измордовал. То и дело вгонял ее, бедняжку, в краску своим грязным словоблудием.
Эвелина. О, это он обожает!
Софи. К тому же, как всегда, приступы хандры, нытье, ворчанье, злость, - и в основном из-за телефона. Стоило ему зазвонить, отец кидался к нему как тигр, но, как правило, на том конце вешали трубку. Он прямо исходил бешенством. И каждый раз я была козлом отпущения. «Почему они вешают трубку, когда я подхожу к телефону?» - «Значит, это не тебе звонят», - говорю я ему. - «Ваши приятели - и твои и твоей матери - могли бы быть повежливее». - «А если им нечего тебе сказать!» - «Но я тоже человек! И я у себя дома! К черту их всех!» - Он просто рвал и метал. С любой темы вдруг, на полуслове, сворачивал на эту: «А с тобой тоже не говорят? Значит, это звонит дружок твоей матери!» Раз я ему на это сказала: «Мама вправе иметь друзей. Это касается только ее!» - «Нет! - заорал он, - это касается и меня».
Эвелина. Так и сказал?
Софи. Ты бы видела при этом его лицо!
Эвелина. Какая наглость!
Софи. Тогда я схитрила и говорю ему: «А Пюс, о ней ты не подумал? Может быть, у Пюс тоже есть кто-нибудь!» - «Пюс?! Ты что, смеешься? У этой девственницы?!» - «А ты откуда знаешь?» - этим, надо сказать, мне удалось заткнуть ему рот. Он пожал плечами, отвернулся и больше не пикнул. Но тут как раз зазвонил телефон. Он позвал Пюс и велел ей взять трубку. Она сказала: «Алло!» - и там трубку повесили. Тогда папа впился в нее глазами, погрозил пальцем прямо перед ее носом и заявил: «Знайте, Пюс, отныне вы тоже у меня на заметке!» Видела бы ты, что стало с Пюс! Она только лепетала: «Но, Жорж… Но, Жорж!» - и больше ни слова не могла выговорить, а потом упала в кресло и залилась слезами.
Эвелина. Бедняжка Пюс.
Софи (расхохотавшись) . А папа ей в утешение вопил: «Нечего, нечего тут хлюпать носом, не разжалобишь! Хватит хныкать!» На что Пюс рыдала еще сильнее. Словом, спектакль с музыкой!
Эвелина. Фредерик был при этом?
Софи. Нет, к счастью. Они с Малышкой уже спали. А мы смотрели телевизор. Да, веселенький вечерок, доложу я тебе. Эти телефонные звонки лишили его сна и покоя.
Эвелина. Ну что ж, я вижу, вы и без меня здесь замечательно развлекаетесь…
Софи. Без тебя, как бы не так! Каждый раз, как он поднимал крик, он поминал тебя. Хочешь, я тебе скажу, что я об этом думаю? Он ревнует!
Эвелина. Он?! С каких пор?!
Софи. С каких пор - не знаю. Но это буквально бросалось в глаза всю последнюю неделю. Доказательство - его бешенство при этих телефонных звонках. Да, вот еще потрясающая деталь: он ночевал здесь каждую ночь, и угадай, где он спал? В твоей постели.
Эвелина. Не в своей комнате?
Софи. Нет! Нет! У тебя! В твоей постели! Ну, в общем, в вашей прежней постели.
Эвелина. Может, она ему показалась уютнее…
Софи. А знаешь, что я обнаружила в одно прекрасное утро? В твоем секретере все было перевернуто вверх дном. Он просто-напросто вышвырнул все, что там было, на пол и так и оставил. Мне пришлось снова раскладывать все по местам. Ты думаешь, он это сделал по злобе? Нет, он явно что-то искал. А что можно искать в секретере? - письма, конечно. Улики. А вот еще… Совсем забыла самое потрясающее!
Эвелина. Интересно.
Софи. Однажды вечером, перед ужином он играл с Фредериком и вдруг - представь себе! - он берет его под мышки, ставит лицом к зеркалу, рядом с собой и долго-долго всматривается в оба отражения. Наконец Фредерику это надоело, и он спросил: «Ты смотришь, твой ли я сын?»
Эвелина. Не может быть!
Софи. Папа буквально выронил его из рук - бум! Бедняжка Фредерик плюхнулся на пол как мешок. Он совершенно обалдел и только хлопал глазами. Мы с Пюс чуть не умерли со смеху. Тогда папа обозвал нас сучками, вышел, хлопнув дверью, и больше в тот вечер не показывался. Он лег спать в четверть десятого!
Эвелина. Он так и сказал отцу: «Ты смотришь, твой ли я сын?»
Софи. Поверь мне, папа ревнует. Он тебя смешивает с грязью, он делает вид, что ему на тебя наплевать, но мысли о тебе не дают ему покоя, он с ума сходит от ревности.
Эвелина. Ну-ну, не стоит преувеличивать. К кому он может ревновать? Или - к чему? Просто его бесит, что у меня нет любовника.
Софи. А мне кажется, он вовсе в этом не уверен. Вот почему он без конца изводит тебя. Я тебе говорю, я никогда не видела его в таком состоянии, как эту последнюю неделю. Такое впечатление, будто его что-то внезапно потрясло, перевернуло всего. Ты не знаешь, что бы это могло быть?
Эвелина. А? Нет, не знаю. У твоего отца есть все необходимое для счастья, но его несчастье в том, что он одержим какой-то болезненной ностальгией по счастью. Вот почему я раз навсегда отказалась от объяснений с ним, - они ни к чему не приводят.
Софи. Нет, хоть убей, не пойму я ваших отношений. В сущности, ваша трагедия в том, что вы оба совсем молоды и так давно женаты. Двадцать лет в браке - это же с ума сойти можно! Вы слишком рано поженились.
Эвелина (смеясь). Может быть.
Софи. Если бы он встретил тебя сейчас, он бы втюрился в тебя по уши!
Эвелина. Да, и я была бы женщиной его мечты.
Софи. Господи, какая глупость! Для девушки в моем возрасте здесь есть о чем поразмыслить!
Из сада возвращается Пюс.
Пюс. Ох уж этот мне мальчишка! Чего он только не выдумает! В один прекрасный день он взорвет весь дом.
Софи. Что он там еще натворил?
Пюс. Засунул садовый шланг в курятник и пустил воду! Представляете, что там началось? Куры метались во все стороны и кудахтали как безумные. А петух - тот чуть не лопнул от ярости!
Софи. Совсем как здесь, в доме.
Эвелина. Ну что, бедная моя Пюс? Софи мне уже рассказала… Кажется, тебе здесь солоно пришлось, тебя заставили подходить к телефону…
Пюс. Да-да, поговорим-ка об этом. Черт возьми, до сих пор не могу опомниться. Заявить мне - мне! - что я у него на заметке! На заметке! Нет, вы только подумайте! Что я ему сделала? И что он себе позволяет? Просто сумасшедший какой-то. Если он впредь посмеет так обращаться со мной, то знаешь, моя дорогая, как мне ни жаль, я буду вынуждена сказать ему пару теплых слов. Он меня еще плохо знает! Он думает, Пюс размазня, безответная дурочка! Как бы не так! Пусть только подступится ко мне еще раз, - он увидит, что Пюс тоже умеет кусаться, черт возьми! Он забыл, что Пюс бретонка, а мы, бретонцы, упрямы. Я ему все выложу, не постесняюсь! Даже если потом он выставит меня вон.
Эвелина. Не стоит принимать его всерьез, ты же знаешь! Пюс. Ну как же не всерьез? Я была просто потрясена, я так плакала! Каких он мне гадостей наговорил, если б ты знала!
Эвелина. Ну, это нам не в новинку!
Пюс. Но уж теперь-то я сумею дать ему отпор! Пусть только сунется ко мне со своими идиотскими угрозами, я ему рот заткну, черт подери! А тебе тоже следовало бы вправить ему мозги в некоторых отношениях. Тебе известно, что он теперь торчит перед зеркалом вместе с детьми?
Эвелина. Да, Софи мне рассказала. Фредерик…
Пюс. А я его застала с Малышкой.
Эвелина. Ах боже мой, ее он тоже уронил?
Пюс. Нет. Как только он меня заметил, он сделал вид, будто показывает ей «козу» в зеркале, но я-то видела: он держал ее на руках и смотрелся вместе с ней в зеркало. Впрочем, если бы он занимался не этим, то с чего бы он так растерялся и закричал: «Эй, вы, когда вы перестанете шпионить за мной?»
Софи. Так и сказал?!
Пюс. Сегодня он мне заявляет, что я у него на заметке, завтра обзывает шпионкой - это уж слишком, черт возьми!
Эвелина. Да, я вижу, дела наши плохи, бедняжка Пюс!
Пюс. Вот именно, что плохи! Будь я простой гувернанткой, а не твоей кузиной, он наверняка выкинул бы меня за дверь в твое отсутствие.
Эвелина (со смехом). Ну-ну, не преувеличивай! Не принимай близко к сердцу. Все это пустяки, ты же знаешь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики