ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— В этом нет необходимости, мсье. Спасибо. Ее голос был вежливым, а взгляд ледяным.
— Садитесь.
Мужчина расстегнул пальто и плюхнулся на диван. Я почувствовал, как дрожь прошла по всему моему телу.
— Что вы будете пить?
Она подняла наши рюмки и поставила на место — в маленькие металлические корзинки на столике бара.
— Что вам угодно. Желательно что-нибудь покрепче, отозвался автомобилист.
— Коньяк?
— С удовольствием.
— А вам, мсье?
В этот взгляд я вложил всю душу, мне ужасно хотелось обнять ее за талию, прижать к себе и тихо сказать: «Прекрати эту идиотскую игру, я помогу тебе. Мы попробуем уладить это дело».
— Тоже коньяк.
Она сама налила нам. Я сел в маленькое кресло, в то время как она повела окоченевшую девочку в комнату. Мой напарник пригубил коньяк. Затем он скорчил гримасу, которая, по всей видимости, должна была означать, что его удовлетворяет качество напитка.
— Меня зовут Ферри, — объявил он, почувствовав внезапную потребность в разговоре. — Не "у" как Лану, а "и" — Поль Ферри.
— Альбер Эрбэн…
Он протянул мне руку, я находил всю сцену гротесковой.
Кивком головы он указал на дверь:
— Очаровательная женщина, а?
— Да, очаровательная.
— Мне кажется, она не веселится с утра до вечера.
— Почему вы так думаете?
— Гм, если в такую ночь муж оставляет ее одну…
— Может быть, он в отъезде?
— Может быть. Не знаю, мне она показалась грустной, а вам?
Этот мужчина был полная мне противоположность, он испытывал те же чувства к мадам Драве. Я был взволнован, даже растроган.
— Немного.
— Может быть, она беременна?
— Что за мысль?
— Гм, так упасть в обморок.
— Не очень-то удобно спросить ее об этом, — пробормотал я.
Ферри пожал плечами, затем отпил из своего стакана.
— А моя сейчас в клинике со здоровым мальчиком, которому уже два дня. Подожди он немного и мог бы быть маленьким Христом. Он у нас довольно поздний, мы и надеяться перестали, и вот видите…
Именно поэтому наше Рождество в этом году расстроилось! Ничего, мы наверстаем в следующем году. Моя жена очень верующая, это она настояла, чтобы я пошел в полночь на рождественскую мессу вместо нее. Сам я в религии не очень силен, но ради малыша…
Как и все счастливые люди, он испытывал потребность говорить о себе. Коньяк подталкивал к откровенности. Он даже не замечал, что я слушаю его более чем невнимательно.
— Вы женаты?
— Нет.
— А вы должны об этом подумать.. Вы скажете, что я лезу не в свои дела, но мы, мужчины, можем позволить дать совет друг другу, а? С женщинами не всегда так легко, как хотелось бы, но они уравновешивают нашу жизнь, вы понимаете меня? Равновесие и дети.
Я не мог произнести ни звука. Округлившимися глазами я уставился на новогоднюю елку. На кончике одной из веток висела моя серебряная клетка с велюровой птицей внутри. Я попытался вспомнить, действительно ли на эту ветку ее повесил, но так и не смог. В здравом ли я уме? Не повлияли ли тюрьма на мой рассудок?.
— Куда вы смотрите, мсье… гм… Эрбэн?
Я вышел из забытья. Вокруг меня все плыло. Медленно, но не очень. Я пробовал найти происходящему какое-нибудь объяснение.
Когда вечером Драве вернулся к себе домой, то, должно быть, ходил туда-сюда по комнате, прежде чем решиться на худшее. Я представлял, как он мечется и вдруг останавливается перед нарядной елкой, поставленной для маленькой девочки, которую он ненавидел. Полным злобы движением, он срывает елочные игрушки и швыряет их в камин или за диван. После того как его жена отнесла куда-то тело, она стала наводить порядок в салоне, нашла игрушки, и среди них мою клетку, и снова повесила их на елку.
— Нарядная елка всегда очень красива, не правда ли?
— Да, — произнес я, — очень красива. Вернулась улыбающаяся мадам Драве.
— Ну вот, ребенок очень быстро уснул. Еще немного коньяка, господа?
— Всего лишь каплю, — пошутил Ферри, — раз уж сегодня Рождество!
— Я испортила вам мессу?
— О! Как я только что сказал мсье Эрбэну…
Неудивительно ли, что она узнала мою фамилию таким образом?
При этих словах она бросила на меня менее зловещий взгляд.
— … Как я только что сказал мсье Эрбэну, я не силен в религии.
Но дело в том, что у меня на днях родился мальчик.
— Примите мои поздравления.
Самым странным было то, что хозяйка, казалось, действительно заинтересовалась этим.
— Восемь ливров. Без ста грамм… Большой господин, а, что скажете?
— И как зовут этого молодого человека?
— Жан-Филипп.
— Мне очень нравится это имя.
— Вам надо бы выпить немного после того, что с вами случилось, — посоветовал Ферри.
— Обязательно, — присоединился я, — шерри, например…
Уверенным жестом я налил ей ликер.
Она выпила его одним духом.
— Вы не хотите обратиться к врачу?
— В этом нет необходимости. Мне просто стало дурно. Было так душно…
— Это правда.
Вдруг она вскрикнула, отчего мы с Ферри вздрогнули.
— Боже мой! — вздохнула мадам Драве.
— Что случилось?
— Я забыла в церкви свою сумку!
Ферри слишком уважал правила хорошего тона, чтобы не разделить огорчение женщины.
— Там было много денег? — быстро спросил он.
— Около тридцати тысяч франков и документы.
— Ого-го, еще бы, я вас понимаю. Мы сейчас быстро сгоняем туда. Если дьявол не унес вашу сумку, то мы обязательно найдем ее. Другое дело, в кинотеатре… Но в церкви… а?
Он уже встал и, на ходу допивая коньяк, стал застегивать кожаное пальто.
Я тоже поднялся. Вообще-то я не очень понимал, что мадам Драве хотела этим добиться. Ведь я прекрасно помнил, что у нее не было никакой сумки, когда она выходила из дома.
8. ЧЕТВЕРТЫЙ ВИЗИТ
— Вы не закрываете ворота на ключ?
— А зачем?
Он не стал настаивать. Мы подошли к машине, я открыл мадам Драве дверцу. Ферри уже сел за руль. В моем распоряжении было несколько секунд.
— Что вы сделали с телом? — выдохнул я.
— Оставьте меня! Вы хотите, чтобы я погибла? Возвращайтесь к себе, а завтра я к вам приду. Водитель удивленно спросил:
— Что-нибудь не так?
Вместо ответа она села рядом с ним и сделала вид, что не расслышала вопроса. Машина тронулась. Часы показывали немногим больше часа ночи. Я дошел до предела казалось, я тоже сейчас упаду в обморок, и по-настоящему Когда мы проехали метров триста, я попросил водителя остановиться.
— Будьте любезны, остановите. Я здесь живу. Мне кажется, нет смысла в том, чтобы я сопровождал вас дальше, не так ли?
Он с готовностью затормозил.
— В общем, да, я думаю, не стоит.
Он не был недоволен тем, что остается один с женщиной.
Наоборот, оживился. Он провел несколько месяцев, лелея свою беременную жену, и теперь ему нужна была передышка.
— Мои наилучшие пожелания, мадам.
Она протянула мне руку через спинку сиденья.
— Спасибо, что вы были так внимательны…Ферри энергично сжал мои пальцы.
— Рад был познакомиться.
Когда я выходил из машины, у меня сжалось сердце.
Я стоял на краю тротуара, пока два красных огонька не исчезли из виду.
Внезапная тоска залила весь квартал, как оцепенение, наступающее после буйного пиршества. На черных фасадах зданий одно за другим гасли окна. Я чувствовал себя таким одиноким, как никогда еще до сих пор. Более одиноким, чем перед трупом Анны, чем в камере предварительного заключения, чем в своей камере. Я ничего не понимал в поведении мадам Драве — зачем она убрала тело мужа? Зачем этот обморок? Зачем выдумка с забытой в церкви сумкой?
Мысль о двух маленьких красных звездочках на ее рукаве продолжала преследовать меня. В какой-то момент я даже сказал себе, что это она убила своего мужа с помощью какого-нибудь соучастника… Это было экстравагантно, безумно, но я готов был предположить что угодно, и всему поверить.
В нескольких метрах возвышался фасад моего дома.
Овеществленные угрызения совести. Мое детство, моя мать, которая ждала меня за этой большой обшарпанной стеной. Я сам все испортил, все убил — свои воспоминания и тех, о ком они были.
Я застегнул пальто на все пуговицы, засунул руки поглубже в карманы, повернулся и, прижимаясь к стенам, отправился к Драве.
С меня было достаточно тайн, и я решил откровенно объясниться с этой женщиной. Я даже решил пригрозить ей, если понадобится.
Я вспомнил, что она не закрыла ворота на ключ, и зашел во двор ателье. Темные тени плясали на огромных стеклах, на их матовой поверхности извивались фантастические существа. Нужно было довольно долго наблюдать за ними, чтобы понять, что это облака, странствующие в декабрьском небе.
Я подождал около четверти часа, изучая место. Мне нравился крепкий запах бумаги, я находил занятным это нагромождение, напоминающее крепость.
Мадам Драве задерживалась. Становилось все холоднее, и я нашел убежище в кабине одного из грузовиков; они были повернуты к воротам, и я мог наблюдать за входом через ветровое стекло.
Что она там делала в компании этого Ферри? Они отправились в церковь, она сделала вид, что ищет сумку, может быть, даже справилась у смотрителя? А потом? Четверти часа вполне достаточно, чтобы произвести эти поиски. А уже прошло полчаса с тех пор, как они уехали.
Усталость навалилась на меня с еще большей силой, чем там, в церкви. Я поднял воротник пальто, устроился поудобнее, вытянул ноги и тут же закрыл глаза.
Это не был сон, так — дремота. Я полностью расслабился, но сознание бодрствовало, только вещи, окружавшие меня, потеряли свою реальность. Я стал нечувствителен к холоду и равнодушен к ситуации, в которой находился. Мое любопытство растаяло, и мадам Драве превратилась в воспоминание о любимой женщине, которую я убил очень давно.
Звук автомобильного мотора у ворот, внезапная тишина, два хлопка закрываемых дверей! В одно мгновение я проснулся с совершенно ясной головой. Ясность была полной от того, что мне удалось отдохнуть. Я хотел вылезти из грузовика, но было поздно — ворота уже открылись. Быстрым движением я опустил козырек и вжался в спинку сиденья… В ночной темноте меня было невозможно увидеть.
Мадам Драве вошла в ворота в сопровождении Ферри. Мужчина в кожаном пальто фамильярно держал ее за руку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики