ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Мое внимание привлекло жужжание пчелы, бьющейся о стекло. Я подумала, как чудесно все-таки видеть живые создания, смотреть в синее небо, слышать мягкое журчание воды во рву. Все это я считала само собой разумеющимся, пока меня не поразила мысль, что, возможно, уже очень скоро я перестану видеть и слышать.
Тетя Берта сказала, что, по ее мнению, всем нам надо держаться вместе. Она бы перенесла мужчин в мою спальню, если мы ей поможем. Пусть, пока мы пребываем в ожидании, они лежат в моей постели.
Я согласилась, и с помощью Софи и Жанны мы перенесли мужчин.
Выглядели они очень плохо.
Я сообщила Арману о происходящем. Он понял меня, кивнул и сказал:
— Вам надо бежать. Вы не должны оставаться здесь. Оставьте нас.
— Нам просто некуда бежать, Арман, — возразила я. — И в любом случае мы не оставим тебя.
— Да, — подтвердила Софи. — Мы тебя не бросим. Арман разволновался.
— Вы обязаны это сделать! — воскликнул он. — Я знаю, что такое толпа. Тот день в Париже. А вы и понятия не имеете, на что они становятся способны. Они перестают быть нормальными мужчинами и женщинами. Они превращаются в диких животных…
Я сказала:
— Арман, мы не собираемся бросать тебя.
— Вы… — настаивал он, — вам следует уходить. Прислуга может оставаться. Они, наверное, будут в безопасности.
— Лежи, — скомандовала я. — Отдыхай, пока это еще возможно. Слуги уже и так ушли, а мы остаемся.
Долго тянулся этот день.
Софи сидела у моих ног на скамеечке. Жанна примостилась поближе к ней. Я понимала, что до тех пор, пока они обе живы, Жанна не оставит ее.
Я сказала:
— Софи, у тебя чудесная подруга — Жанна. Ты когда-нибудь думала о том, как тебе повезло, что у тебя есть она?
Она кивнула.
— Она любит тебя, — продолжала я.
— Да, она любит меня. Все остальные…
— Со всем этим покончено. Они никогда не были верными хоть кому-то. Шарль был неверен мне, а Леон Бланшар верен лишь целям, которые он преследует.
— Они ведь схватят нас, Лотти… Тебя, меня и Армана — из-за нашего отца.
Прислушивавшаяся к разговору Лизетта сказала:
— Они схватят и меня, но я буду в безопасности, поскольку Леон не позволит им причинить мне вред. Софи вздрогнула, а Жанна прошептала:
— Я никогда не допущу, чтобы они причинили вам вред, мадемуазель Софи.
Воцарилось долгое молчание. Мы все внимательно прислушивались Должно быть, все мы думали о том, что они могут и не дожидаться вечера.
— Как мне хотелось бы все вернуть назад, — произнесла Софи. — Я бы поступила по-другому. Я бы могла сказать, что потеряла все, — она прикоснулась к той стороне лица, которая была прикрыта чепцом, — но вот это помогло мне понять, насколько мне повезло с Жанной.
Жанна сказала:
— Не нужно, мое сокровище. Не расстраивайся. Когда ты плачешь, это вредно для лица.
Мы вновь погрузились в молчание, и я предалась размышлениям: если бы можно было все это предвидеть, если бы можно было все начать сначала… я бы действовала совсем по-другому. Я видела лицо Сабрины. «Не уезжай, — просила она, — подожди возвращения Дикона». Мне на самом деле следовало подождать Дикона. Мысли о нем не покидали меня, как бы я ни пыталась от них избавиться. Но что было пользы думать о нем сейчас? Это значило лишь вновь и вновь упрекать себя за собственную глупость.
Мне следовало выйти за него замуж. Бог свидетель, я хотела этого. Я должна была действовать, пока была такая возможность. Мне следовало забыть все свои сомнения… мою решимость не соглашаться ни на что, кроме идеала.
Если бы я могла сейчас обратиться к нему… если бы я могла излить ему свои мысли о коварстве Лизетты, о неверности Шарля, о смерти… если бы я могла забыть все эти потраченные впустую годы… но теперь было слишком поздно.
— Слишком поздно, — прошептала Софи. Я положила ей руку на плечо, а она прижалась к моему колену.
— Но теперь мы все знаем. Я рада, что нам дали время понять и простить друг друга, — сказала я. Вскоре стемнеет. Час грозы близился. Лизетта вышла и не возвращалась до наступления темноты. Увидев ее, я ахнула. На ней было одно из моих платьев — то самое, которое не так давно я сшила специально для бала. Одно из самых изысканных моих платьев: юбка из бархата цвета спелой сливы и лиф из шифона такого же цвета, но более светлого оттенка; тугой корсаж был украшен жемчугом. На ее шее красовалось бриллиантовое колье, подаренное графом моей матери в день свадьбы и ставшее теперь моим.
— Лизетта! — воскликнула я.
— Ты сошла с ума? — спросила тетя Берта. Лизетта рассмеялась.
— Я должна была иметь все это, — ответила она. — Я имею на них такое же право, как и Лотти, и даже больше, поскольку я старше. Мой отец дурно относился ко мне, но теперь он уже умер.
— Лизетта, — сказала я, — когда толпа увидит тебя в таком виде, как ты думаешь, что она с тобой сделает?
— А я им скажу: «Да, я аристократка, но всегда стояла за народ и боролась рука об руку с Леоном Бланшаром. Спросите его сами. Он подтвердит, что я говорю правду». И тогда мне никто не навредит — Ты глупая девчонка! — воскликнула тетя Берта. Лизетта покачала головой и рассмеялась. Она подошла ко мне поближе, остановилась, уперев руки в бедра, насмешливо посматривая на меня, и я подумала: эта навязчивая идея действительно свела ее с ума.
— Мне всегда хотелось носить это платье, — сказала она, — а это колье очень подходит к нему. Теперь они принадлежат мне. Здесь все принадлежит мне. Это мое право, и Леон сделает все, чтобы я смогла им воспользоваться.
Я отвернулась от нее, так как не могла видеть выражение ее глаз. Я подумала: «Лизетта на самом деле сошла с ума».
Они приближались. В отдалении слышались крики. Я подошла к окну. Странный свет разливался вокруг. Он исходил от факелов, которые несла толпа.
Я услышала голоса, скандирующие: «На замок! Долой аристократов! На фонарь!»
Я подумала о трупе купца, болтающемся на фонарном столбе, и мне стало дурно от страха.
Они подходили все ближе и ближе.
Тетя Берта сказала:
— Подъемный мост мог бы остановить их.
— Ненадолго, — ответила я. Мы испуганно переглянулись, и в этот момент Лизетта выскользнула из комнаты.
— Куда она пошла? — спросила. Софи.
— Снять с себя все эти роскошные тряпки, если у нее осталась хоть капелька здравого смысла, — предположила тетя Берта.
Я сказала:
— Я разыщу ее. Я хочу поговорить с ней.
Я нашла ее, поднявшись по винтовой лестнице на башню. Лизетта стояла на краю-крепостной стены. Свет факелов бросал колеблющиеся отсветы на стены, поскольку толпа была уже совсем близко… уже в воротах замка.
Лизетта все еще стояла на стене. Выглядела она величественно, бриллианты сверкали на ее шее.
Толпа, увидев ее, издала рев.
— Лизетта, — позвала я ее, — спускайся вниз, спускайся вниз.
Она подняла руку, и наступила относительная тишина. Она крикнула толпе: «Я дочь графа д'Обинье… аристократка по происхождению».
Толпа начала орать: «Долой аристократов! На фонарь!»
Ей удалось перекричать шум, и они, поутихнув, начали прислушиваться.
— Но я работала во имя ваших целей. Леон Бланшар — мой друг, и он может подтвердить это. Я работала на вас, мои друзья, против господ, против тех, кто неимоверно взвинтил цены на хлеб, против тех, чья расточительность разорила Францию. Я докажу вам, что я ваш друг. Я спущу подъемный мост, и вы сможете войти в замок.
Раздался гром аплодисментов.
Она проскользнула мимо меня. Я подумала, не стоит ли остановить ее. Она впустит их, но какое это имеет значение? В любом случае подъемный мост не задержал бы их надолго.
Она спасет себя ценой жизней Софи и моей. Финальный акт ненависти.
Я вернулась в свою комнату. Все находились там в ожидании. Ждать оставалось недолго. Вскоре толпа ворвется в замок.
Жанна сделала странную вещь. Она развязала капюшон Софи и сняла его, выставив напоказ ужасные рубцы и шрамы.
— Поверь мне, — шепнула она Софи, онемевшей от изумления, — я хорошо знаю этих людей. Я думаю, так будет лучше. Поверь мне.
Я слышала грубый смех, грохот падающей мебели. Толпа уже находилась в замке.
К нам присоединилась Лизетта. В ее глазах светился триумф.
— Они пришли, — сказала она.
Дверь резко распахнулась. Это был ужасный момент — тот самый, которого все мы ждали. Они были здесь.
В эти жуткие секунды я с удивлением узнала знакомые лица среди тех, кто ворвался в комнату. Трое лавочников, вполне приличных людей, кого я никак не ожидала видеть в беснующейся толпе. Должно быть, безумие толпы было заразительным.
Вперед выступила Лизетта.
— Я дочь графа, — снова сказала она. — Я аристократка по рождению, но я всегда работала на вас и на дело революции.
Какой-то мужчина уставился на бриллиантовое колье. Я решила, что сейчас он сорвет его. В это время один из лавочников грубо оттолкнул его в сторону.
— Поосторожней, — прорычал он. В нем чувствовалась властность, и я ощутила некоторое облегчение. Я почувствовала, что этому человеку не совсем нравится происходящее. Мне даже показалось, что он имеет определенное влияние на этих людей, и, возможно, в его силах сдержать наиболее кровожадных из них.
Его слова, определенно, оказали некоторое воздействие, поскольку ворвавшиеся в комнату на некоторое время потеряли к нам интерес и начали рассматривать обстановку в комнате. Они посмотрели на лежащих в постели мужчин. И Арман, и его товарищ относились к происходящему вокруг с полным безразличием.
— Кто они? — спросил один из ворвавшихся.
— В любом случае они полумертвые, — ответил другой. Жанна и тетя Берта без страха смотрели на них.
— Мы всего лишь служанки. Мы не аристократы, — сказала тетя Берта. — Мы вам не нужны.
Жанна обняла Софи, и я заметила, как мужчины уставились на ее изуродованное лицо.
Один из них попытался обнять Лизетту.
— Убери свои лапы, — высокомерно бросила она.
— Да, относись с почтением к их светлости, — с иронией заметил один.
— Я дочь графа, — произнесла Лизетта, — но я с вами. Я работала с месье Леоном Бланшаром.
— Теперь, когда это стало выгодным, они все оказались на нашей стороне, — сказал кто-то из пришедших.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики