ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

новые научные статьи: демократия как оружие политической и экономической победы в услових перемензакон пассионарности и закон завоевания этносапассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  прогноз для России на 2020-е годы 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я посмотрела на часы. Половина пятого утра. Ну хорошо. Если ты ломишься к людям в два часа ночи, есть шанс, что они еще не ложились спать. Если ты ломишься к людям в шесть утра, есть шанс, что они рано встали.. Но если ты ломишься к людям в полпятого утра, ты — ходячее зло.
Вся эта история про электричество и бутылочку с молоком — это был полный бред. Понятно, что это была проститутка, которой не хватало на дозу. Время было полпятого, поток клиентов иссяк. Ты говоришь, что живешь в «квартире, где вход со двора», то есть ты тут не, просто проходишь мимо, ты вроде как соседка, но не из тех соседей, кого знают в лицо. Деньги нужны не тебе, а твоему ребенку. Ты знаешь, что больше никто во всем доме тебе денег не даст, и поэтому ты пришла ко мне. Я была на 99,9 процента уверена, что она врет, но в квартире, где вход со двора, и вправду жили одни неимущие неудачники, причем никто не задерживался там надолго, и я лично была свидетелем, как у женщин с маленькими детьми напрочь съезжала крыша и они вытворяли и более странные вещи, чем звонить в дверь к незнакомому человеку в половине пятого утра. Мне ужасно хотелось спать. Я дала ей немного денег, которые она обещала вернуть буквально через пару часов. Разумеется, она ничего не вернула. Больше я ее не видела, но я хотя бы могла утешаться тем, что я оказалась права.
Злу в чистом виде плевать на всех, кроме себя самого, даже если злодейство выходит нисколечко не впечатляющим — ну, например, разбудить ближнего посреди ночи. В общем-то мелочь.
Отель
Присоединяюсь к Одли, который уже разыскал отель. Ветхое, пустынное здание напоминает скорее заброшенную стройку. Одли подходит к стойке портье. За стойкой никого нет. Он кричит: «Здрасте». Ответа нет.
— Не отель, а трущоба какая-то, — говорю.
— Да, но это трущоба рядом с аэропортом. Мне надо поспать, — говорит Одли. Он опять кричит: «Здрасте». А я думаю, что, наверное, нет никакой необходимости постоянно поддерживать наш удаленный контакт. Надо бы сказать Одли, чтобы он вызывал меня, только когда обнаружится что-нибудь важное и интересное. Одли бродит по коридорам в поисках персонала. Отель большой, но пустой. Даже при таком низком качестве изображения мне видно, сколько там пыли. Просто жуть, сколько пыли.
Какой-то маленький человечек выходит из задней комнаты. На Чууке все низкорослые, как потом выяснится. Как будто им просто неинтересно расти.
— Хочу у вас поселиться, — говорит Одли.
Коротышка делает все, как надо. Он надолго задумывается.
— У вас забронирован номер?
— Нет, — говорит Одли, причем без всякого сарказма. Да, похоже, он сильно устал.
Коротышка справляется по журналу.
— Седьмой номер свободен. На сколько дней?
Одли достает кредитную карточку.
— Если у вас есть какие-то ценные вещи, — говорит коротышка, — я настоятельно рекомендую оставить их здесь, внизу. Я уберу их в сейф. Кстати, хотите заняться дайвингом? Могу вам устроить уроки.
— Нет, спасибо. Я не хочу заниматься дайвингом.
— Давайте мне вашу сумку, сэр. Я распоряжусь, чтобы ее принесли к вам в номер.
Коротышка скрывается в задней комнате за конторкой. Одли поднимается на второй этаж, находит свой номер и пытается отпереть дверь. Похоже, там что-то с замком.
У меня звонит телефон. Когда я возвращаюсь, Одли стоит у конторки в холле.
— Что происходит?
— Не знаю. — Одли громко кричит, требуя администратора. — Я не могу попасть в номер, а у портье, похоже, обеденный перерыв. Вечная проблема с такими вот странами. Тут никому ничего не надо. Никто не хочет работать, а потом они плачутся, как дерьмово они живут.
Одли перепрыгивает через стойку и входит в заднюю комнату. Там никого нет. Никого и ничего.
— Нет. — Одли буквально кипит от ярости. — Нет, так не бывает. Он сбежал с моей сумкой. И со всеми моими вещами. В общем, полный киздец. — Одли потерял все: паспорт, кредитную карточку, обратный билет, почти все наличные деньги и рюкзак с вещами. Осталась только одежда, которая на нем, и мое оборудование. — Ладно, — говорит он. — Психовать будем потом. А сейчас я иду спать. — Он снимает с вешалки для ключей пыльный ключ от восьмого номера и направляется к лестнице.
— Так ты давай обратись в полицию, — говорю.
— С тем же успехом можно обратиться в какую-нибудь контору по производству подсвечников. Называется «денежные вливания». Но мне больше нравится «денежная прививка». Да, кстати. Пришли мне денег.
В здании — ни души. Никаких признаков жизни. На двери восьмого номера все еще висит восьмерка, но это так — ни к чему не обязывает. Одли воюет с замком. Матерится себе под нос. У меня звонит телефон. Когда я возвращаюсь обратно к монитору, Одли вопит дурным голосом и пинает дверь.
Это скучно и неинтересно — наблюдать, как кто-то пытается открыть дверь, но ведь надо как-то поддержать человека.
— Не психуй, Одли, это не поможет. — Зря я это сказала. Но я это сообразила уже потом. Одли взрывается. Неблагодарное это занятие — вразумлять разбушевавшегося мужика. Я выключаю монитор и иду на кухню перекусить. Через час я опять выхожу на связь. Теперь Одли воюет с замком в номере с цифрой 30 на двери. Замок все-таки поддается, и Одли входит в номер. Но ненадолго. Картинка смазана, но я все-таки понимаю, что пол под Одли, провалился, и он упал в комнату этажом ниже. Он встает и отряхивается.
— Добро пожаловать в седьмой номер, — говорит он. — А ведь я не хотел сюда ехать, с самого начала. Теперь ты поняла, почему я не езжу за границу? Все, я возвращаюсь домой. На ближайшем самолете. Даже если придется его угнать. Доброй ночи, уважаемые телезрители. — Одли отключается.
Что, на мой взгляд, наиболее показательно в современном мире: у нас не осталось Надежды. Нет, одноразовые надежды, они, безусловно, присутствуют. Ты надеешься, что дождь скоро закончится, надеешься устроиться на хорошую работу, надеешься выиграть в лотерею, надеешься встретить кого-нибудь привлекательного и закрутить с ним роман. Но, похоже, у веры в будущее больше нет будущего. Движение к совершенствованию прекратилось.
Смотрю в окно. Двое албанцев торгуются с проституткой насчет минета. Они стоят далеко, но говорят громко, поэтому я все слышу. Она просит цену двух сандвичей — за каждого. Албанцы хотят — за двоих. Сутенер возмущается:
— Не будет она работать за такие гроши. За кого вы ее принимаете?!
— За проститутку, — говорит один из албанцев.
— Никакая я не проститутка, — говорит проститутка. — Просто я беру деньги за секс.
Сутенер вынимает нож и втыкает его в ногу одному из албанцев. Мы все одинаковые. Мы все психуем и злимся — просто по разным причинам. Я звоню в полицию, но они не берут трубку.
* * *
Я периодически подключаюсь к Чууку. На следующий день Одли бродит по первому этажу, явно в поисках, чего бы украсть или съесть. Я сообщаю ему, что забронировала номер в гостинице и оплатила все вперед. Теперь, когда Одли выспался, настроение у него уже не такое мрачное. Входит здоровенный чернокожий амбал.
— Меня так просто не облапошишь, — заявляет он с ходу и грозит пальцем Одли, который стоит за стойкой. — Я большой человек. Ты. Ты меня не облапошишь. Я хочу лучший номер и по нормальной цене. Никаких фокусов. Меня не обманешь.
— Да, сэр, я сейчас все устрою, — говорит Одли улыбчивым голосом.
— Не делай этого, Одли. Не надо, — говорю я. Он слышит меня, но не слушает. Он дает чернокожему 70-процентную скидку на номер, записывает его в школу дайвинга с 40-процентной скидкой на абонемент, договаривается о том, что к нему придет замечательная минетчица — с 10-процентной скидкой опять же, — но зато оставляет ему один из двух чемоданов.
— Ну и зачем ты так сделал? Его одежда — ты же в ней утонешь. И его паспорт тоже… он тебе явно не пригодится.
— Да ничего с ним не будет. Дождется завтрашнего рейса, и все, — говорит Одли, пытаясь бежать с чемоданом в руке. — Так, и где этот твой отель?
Дорога — сплошные ухабы и рытвины. По ней периодически проезжают большие джипы, набитые местными жителями.
— А что там справа? — спрашиваю.
Там какая-то статуя. Вроде бы памятник. Бронзовый человек в натуральную величину. Я совершенно не разбираюсь в статуях, но я могу отличить дешевую поделку от нормальной работы. Зачем, интересно, ее здесь поставили: на пустыре, у дороги?
— Ты чего? — говорит Одли. — Никогда статуй не видела?
* * *
Мы идем в бар. Одли разговорился с каким-то местным. Его зовут Кангичи. Кангичи предлагает Одли уроки дайвинга. Он говорит по-английски с американским акцентом, Кангичи учился в университете в Америке. Он говорит, что Чуук сейчас переживает не лучшие времена. Правительство у них слабое, коррумпированное. Инвестиции скудные, поступают нерегулярно.
— Зарубежные инвесторы как-то не очень стремятся вкладывать сюда деньги, потому что народ тут такой: работать никто не хочет, все хотят веселиться, гулять и пить пиво.
— Прямо как у нас, — говорит Одли.
— Кое-кто из молодежи, как я, например, уезжает учиться куда-нибудь за границу. А тех, кто потом возвращается, раздражает, как тут все запущено — потому что работать никто не хочет, все хотят веселиться, гулять и пить пиво.
Кангичи рассказывает, что у местных вождей на Чууке есть свой собственный язык.
— Прямо как у нас, — говорит Одли.
— Спроси про Бруно, — подгоняю я.
— Мы еще только начали выпивать.
Оск, бармен, — он из Бирмингема. Разговорчивый дядька. Поначалу ты думаешь, что его болтовня — это такое затянувшееся остроумие, происходящее от непомерной общительности, но через пару часов понимаешь, что даже если бы в баре не было ни души, он все равно продолжал бы болтать. В отличие от большинства балаболов он вполне даже забавный, хотя часа через три у меня появилось стойкое ощущение, что мы приближаемся к концу цикла.
Оск был продавцом. Торговал автомобилями. Был женат, имел маленького ребенка. Денег вечно не хватало. Как-то вечером он пошел выпить с друзьями. Взял такси до Лондона, купил билет на «конкорд», прилетел в Нью-Йорк и три дня пил-гулял у себя в отеле, достаточно скромном по меркам Нью-Йорка, но очень даже роскошном для продавца автомобилей из Бирмингема, человека весьма умеренного достатка.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Загрузка...
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    
   
новые научные статьи:   принципы идеальной Конституциисхема идеальной школы и ВУЗаключевые даты в истории Руси-Россииполная теория гражданских войн и  национальная идея для русского народа
загрузка...

Рубрики

Рубрики