ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Она не могла забеременеть от Уолли. Потом передумала и решила подождать до похорон.
«Хорошо. Я обещаю. Как только я буду знать», — сказала она.
Руби поняла, что кто-то разговаривает с ней, и увидела, что это молодой репортер, с которым она разговаривала, когда за ней пришел Томас. Она смахнула с глаз дождь и слезы и задумчиво вгляделась в его лицо. Конечно, он не такой славный, как Уолли, но он славный. Она была уверена, что нравится ему. Ей было достаточно пошевелить мизинцем.
Слегка смущенный тем, как она его разглядывает, молодой человек оборвал свою фразу и спросил:
— Эй. В чем дело?
— О чем это вы? — спросила Руби.
— Почему вы на меня так смотрите?
— Я просто думала.
Она продолжала размышлять. А почему бы и нет? Она не может вечно жить с Верой и Томом. Ей почти семнадцать. Это ее единственный шанс стать леди. Она нравится им. Они нравятся ей. Было бы жалко разочаровывать мистера и миссис Фабер. Она пообещала мистеру Фаберу.
— О чем? — репортер был озадачен.
Руби положила свою мокрую ладонь на его руку и стрельнула в него глазами, улыбаясь.
— Ну… просто думала…
Глава 26
Из-за ветра и дождя, врывавшихся в разбитое окно, доктор Гэм мерз, но особенного страха не испытывал.
Он как будто составлял отчет о нейропсихическом прогрессе, исходя из собственных эмоций и реакций.
Он сидел, согласно инструкциям Ромеро, на подлокотнике дивана, на котором разместились две женщины, к этому времени от страха совершенно потерявшие всякую чувствительность.
У черноволосой девушки, утверждавшей, что она — жена Ромеро, на руках был хнычущий сын. Гэм, как медик, даже посмеивался над тем, насколько человек может ошибаться.
Он думал, что те несколько секунд, которые потребовались ему, чтобы выйти из лифта, пересечь мокрую террасу и войти в свою квартиру через раздвижную стеклянную дверь, в то время как Ромеро целился из заряженной винтовки ему в живот и угрожал выстрелить в любой момент, были самым длительным периодом непрерывного напряжения.
Ему хотелось повернуться и побежать под сомнительную защиту закрытой двери лифта. Он мечтал по меньшей мере о дюжине мест, в которых ему следовало находиться, вместо того чтобы быть здесь. Ему следовало бы выразить соболезнования миссис Кац. Ему следовало бы поехать в госпиталь вместе с Евой. Ему следовало бы поговорить с Полом Мазериком и попытаться установить, пусть даже исключительно ради будущего душевного спокойствия Евы, виноват или нет бывший борец за свободу в том, что произошло. Ему, черт возьми, следовало бы заниматься своими собственными делами!
Это дело полиции, а не его. Он дурак, что предложил помощь. Ну что для него Ромеро? Почему он должен подвергать, опасности свою жизнь, пытаясь спасти жизни двух женщин и ребенка, с которыми едва знаком?
И тем не менее, движимый одной из разновидностей «эго», человек делает то, что он считает должным делать. И вот пятнадцать минут спустя доктор Гэм находился здесь, сохраняя внешнее спокойствие, но внутри так и не найдя никаких логических доводов относительно того, почему Ромеро следует сдаться, а не выполнить свою угрозу. Ромеро стоял лицом к нему, держа белую гвоздику в левой руке, и время от времени многозначительно приподнимал цветок, чтобы вдохнуть его аромат. Весь его вид говорил о том, что он никак не решит, вставить его в петлицу пиджака или пустить в ход винтовку, которую держал в правой руке.
— Почему? — спросил Ромеро.
— Что «почему», Марти? — отозвался Гэм.
— Ты знаешь, что я имею в виду.
— Нет, не знаю.
— Назови мне хоть одну убедительную причину!
— С радостью. Но будь разумен, Марти. Я не могу ответить на твой вопрос. Я ведь не знаю, о чем ты говоришь.
— Не умничай со мной. — Ромеро поднял винтовку и навел ее на Гэма. — Слишком много народу со мной умничало. И я сыт по горло. У меня это вот где сидит!
Гэм заставил себя улыбнуться:
— Это можно понять. Все мы временами бываем сыты по горло разными вещами. Но я не пытаюсь умничать с тобой или отделаться от тебя. Я только задал вопрос. И снова его задам. Что «почему»? Что ты хочешь, чтобы я тебе сказал?
— Ладно, я скажу. Почему ты рисковал своей жизнью и пришел сюда? Почему?
— Э, да брось ты, Марти! Давай оставим это ребячество. Миссис Джонс, твоя жена, твой шестилетний сын знают почему. Я пришел, чтобы принести костюм, рубашку, туфли и носки, которые ты носишь. А также попытаться уговорить тебя не делать из себя еще большего дурака, чем ты уже сделал.
— Ха, много тебе дела до того, как я выгляжу, живой или мертвый.
— Возможно, — признал Гэм. — Но тебе есть до этого дело. По крайней мере, ты надел-таки ту одежду, которую я тебе принес.
— Ну да. Конечно, — цинично сказал Ромеро. — Ради всех моих болельщиков, которые пришли посмотреть, как мне вышибут мои проклятые мозги. «Убейте его! Убейте грязного мексикана! Выбейте этого здорового ублюдка с ринга!» А все потому, что я проиграл один бой. А остальное — не твое дело.
— Что «остальное»?
— Какого большого дурака я из себя сделал.
— Это не так, Ромеро. Ты знаешь, чем я зарабатываю себе на жизнь. Ты знаешь, что иметь дело с больными душами — моя профессия.
— А я болен?
— Да. Ты очень болен, Марти. Это — главная причина, по которой я здесь. Чтобы помочь тебе, если у меня получится. Ты очень нуждаешься в помощи.
Следя за тем, чтобы не показываться в венецианском окне или двери, ведущей на террасу, Ромеро прошел через комнату и встал спиной к одной из ружейных полок.
— Я не знаю. Я просто не знаю. — Он снова понюхал гвоздику. — Ну ладно. Выходит, ты оказал мне услугу. И все-таки у меня такое чувство, что меня обжуливают.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики