ТОП авторов и книг ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ
Вот он я, взгляните! Уж теперь-то вы узнаете мне цену…
– Да, разумеется, я же говорю, что вы яркая индивидуальность…
– Бросьте вы эти абстракции, сэнсэй. Образ, необходимый для вашего романа… Глядите, как все отлично складывается… Прототип для вашего первого романа, марсианин как квинтэссенция образа, сюжета, темы, идеи, находится здесь, перед вами. Не нужно никаких усложнений, берите меня в качестве героя, напишите о том, что случилось сегодня у нас с вами, и все будет в порядке. Должен выйти превосходный, остроумный роман в современном духе. Конец, как полагается, будет иметь едкий саркастический привкус…
– Вы так любезны, что мне, право, неловко. Однако мало написать роман, его надо еще и продать. А мне почему-то кажется, что оптовых покупателей найти будет трудновато.
– Об этом не беспокойтесь. Планета Марс – это, конечно, пока фантастика, но вот ассоциация «Марс» – это уже совершенная реальность. Деловой дух пронизывает ее до мозга костей. Вообще говоря… – Он снова полез в портфель и на этот раз извлек пачку бумаги. Осторожно держа ее обеими руками как нечто драгоценное, он продолжал: – Простите, что получается несколько неожиданно, но я никак не мог решиться начать… Поскольку наши мнения до сих пор совпадали, надеюсь, что все обойдется благополучно… Сэнсэй, вот это – рукопись вашего романа. Если точно записывать весь ход опыта, совершенно неважно, кто записывает. Вдобавок наша сегодняшняя беседа и содержание рукописи почти дословно совпадают. В конце концов, сэнсэй, вы все-таки типичны для своей эпохи. И если бы даже вы сами это написали, разница получилась бы очень незначительная. Короче говоря, вы можете со спокойной совестью считать это собственным творением. Ну как? Мне, знаете, очень лестно называть себя величайшим из ваших почитателей.
– Но ведь если не найдется покупатель, все ваши добрые намерения улетучатся как мыльный пузырь.
– Думаете, я такой простофиля? Вопрос о вашем покупателе улажен. Это журнал «S.-F. m». Редактор уже читал и выразил восхищение. Он объявил, что иного от вас и не ждал, что вы и на радио проделали уникальную работу. Благодаря этому рукопись оценили по две с половиной тысячи иен за страницу, то есть вам заплатят как платят ведущим писателям. Всего здесь девяносто три страницы, так что общая сумма составляет… э-э… двести тридцать тысяч плюс две с половиной… Неплохо, а? Если в месяц продавать по три-четыре таких штучки, то уйти с работы стоит… Да, вот еще что. Название. Пусть роман называется «Совсем как человек». Хорошо, не правда ли?
Это было неожиданное нападение. Великолепное, неожиданное нападение. Конечно, я верил еще только наполовину, но и этого было достаточно, чтобы взволновать меня. Однако я не сразу бросился на эту приманку. Как бы не зная, на что решиться, я проговорил:
– Ну, первый роман – это само собой. А потом? Было бы прекрасно, если бы нашлись покупатели и на следующие…
– Положитесь во всем на нас. У ассоциации «Марс» чрезвычайно широкие связи. Думаю, что ваши ожидания не будут обмануты. Никто у нас не питает никаких намерений доставить вам повод для неприятных переживаний. Но если вы так тревожитесь, сэнсэй, тогда ладно, давайте возложим на вас маленькую обязанность… Поставим условием, что вы будете оказывать нам некоторые услуги, например, время от времени упоминать в своих произведениях ассоциацию «Марс», вставлять ее адрес… Как вы полагаете? Вам будет спокойнее, а мы сможем провести это по смете расходов на рекламу нашей ассоциации. Тогда у нас будут не отношения должника с кредитором, а вполне современный договор, и говорить здесь больше не о чем, не так ли?
– Говорить просто совершенно не о чем, настолько все это как-то противоестественно.
– Далее, мы придумали вам псевдоним, сэнсэй… Кода Саруеси. Вам нравится?
– Кода Саруеси? По-моему, есть в этом что-то от балагана.
– Пожалуй. Когда слышишь впервые, то испытываешь внутреннее сопротивление. И все же, я считаю, сойдет. Ведь так и было задумано – вызвать чувство протеста. Это имя если уж раз запомнил, то не забудешь. Что вы там ни говорите, а первое впечатление является решающим. Вдобавок, этот псевдоним выдала нам электронная машина. Да чего там, сэнсэй, не раздумывайте, соглашайтесь! «Совсем как человек»… Кого вам стесняться, это же ваш собственный шедевр!..
Виной ли тому мое воображение или что-то иное, но все заботы вдруг исчезли, словно отстоялась, наконец, и сделалась прозрачной мутная вода и как бы сам собой отыскался в запутанном клубке кончик нити. Я даже на вкус ощутил радость освобождения.
– Ну что ж… Тогда хоть покажите мне эту рукопись…
11
Рука моя, дрожащая от нетерпения и неуверенности, протянулась за рукописью, но внезапно…
– Э, не торопитесь, так не пойдет! – произнес он вдруг изменившимся наглым тоном, отдернул рукопись и сунул ее под мышку. – Суетливым нищим мало подают… хе-хе… Здесь вы, сэнсэй, дали маху.
Нет, я не треснул его тут же по черепу цветочным горшком. Не потому, что я гуманист, который мухи не обидит. И не потому, что нож по-прежнему был у него под рукой. Просто как раз в эту минуту раздался стук в дверь, и в комнату вошла моя жена с заказанным чаем по-европейски. Само собой разумеется, что завязывать баталию в присутствии жены я был не в силах. Еще ни разу в жизни мне не удалось стяжать победу в рукопашной схватке.
Жена, видимо, сразу почувствовала напряжение, наполняющее комнату. Даже движения ее рук, расставляющих чашки, выдавали тревогу и стремление понять, что происходит. Но гость, как ни в чем не бывало, спокойно повернулся к ней и сказал с добродушной усмешкой:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35
– Да, разумеется, я же говорю, что вы яркая индивидуальность…
– Бросьте вы эти абстракции, сэнсэй. Образ, необходимый для вашего романа… Глядите, как все отлично складывается… Прототип для вашего первого романа, марсианин как квинтэссенция образа, сюжета, темы, идеи, находится здесь, перед вами. Не нужно никаких усложнений, берите меня в качестве героя, напишите о том, что случилось сегодня у нас с вами, и все будет в порядке. Должен выйти превосходный, остроумный роман в современном духе. Конец, как полагается, будет иметь едкий саркастический привкус…
– Вы так любезны, что мне, право, неловко. Однако мало написать роман, его надо еще и продать. А мне почему-то кажется, что оптовых покупателей найти будет трудновато.
– Об этом не беспокойтесь. Планета Марс – это, конечно, пока фантастика, но вот ассоциация «Марс» – это уже совершенная реальность. Деловой дух пронизывает ее до мозга костей. Вообще говоря… – Он снова полез в портфель и на этот раз извлек пачку бумаги. Осторожно держа ее обеими руками как нечто драгоценное, он продолжал: – Простите, что получается несколько неожиданно, но я никак не мог решиться начать… Поскольку наши мнения до сих пор совпадали, надеюсь, что все обойдется благополучно… Сэнсэй, вот это – рукопись вашего романа. Если точно записывать весь ход опыта, совершенно неважно, кто записывает. Вдобавок наша сегодняшняя беседа и содержание рукописи почти дословно совпадают. В конце концов, сэнсэй, вы все-таки типичны для своей эпохи. И если бы даже вы сами это написали, разница получилась бы очень незначительная. Короче говоря, вы можете со спокойной совестью считать это собственным творением. Ну как? Мне, знаете, очень лестно называть себя величайшим из ваших почитателей.
– Но ведь если не найдется покупатель, все ваши добрые намерения улетучатся как мыльный пузырь.
– Думаете, я такой простофиля? Вопрос о вашем покупателе улажен. Это журнал «S.-F. m». Редактор уже читал и выразил восхищение. Он объявил, что иного от вас и не ждал, что вы и на радио проделали уникальную работу. Благодаря этому рукопись оценили по две с половиной тысячи иен за страницу, то есть вам заплатят как платят ведущим писателям. Всего здесь девяносто три страницы, так что общая сумма составляет… э-э… двести тридцать тысяч плюс две с половиной… Неплохо, а? Если в месяц продавать по три-четыре таких штучки, то уйти с работы стоит… Да, вот еще что. Название. Пусть роман называется «Совсем как человек». Хорошо, не правда ли?
Это было неожиданное нападение. Великолепное, неожиданное нападение. Конечно, я верил еще только наполовину, но и этого было достаточно, чтобы взволновать меня. Однако я не сразу бросился на эту приманку. Как бы не зная, на что решиться, я проговорил:
– Ну, первый роман – это само собой. А потом? Было бы прекрасно, если бы нашлись покупатели и на следующие…
– Положитесь во всем на нас. У ассоциации «Марс» чрезвычайно широкие связи. Думаю, что ваши ожидания не будут обмануты. Никто у нас не питает никаких намерений доставить вам повод для неприятных переживаний. Но если вы так тревожитесь, сэнсэй, тогда ладно, давайте возложим на вас маленькую обязанность… Поставим условием, что вы будете оказывать нам некоторые услуги, например, время от времени упоминать в своих произведениях ассоциацию «Марс», вставлять ее адрес… Как вы полагаете? Вам будет спокойнее, а мы сможем провести это по смете расходов на рекламу нашей ассоциации. Тогда у нас будут не отношения должника с кредитором, а вполне современный договор, и говорить здесь больше не о чем, не так ли?
– Говорить просто совершенно не о чем, настолько все это как-то противоестественно.
– Далее, мы придумали вам псевдоним, сэнсэй… Кода Саруеси. Вам нравится?
– Кода Саруеси? По-моему, есть в этом что-то от балагана.
– Пожалуй. Когда слышишь впервые, то испытываешь внутреннее сопротивление. И все же, я считаю, сойдет. Ведь так и было задумано – вызвать чувство протеста. Это имя если уж раз запомнил, то не забудешь. Что вы там ни говорите, а первое впечатление является решающим. Вдобавок, этот псевдоним выдала нам электронная машина. Да чего там, сэнсэй, не раздумывайте, соглашайтесь! «Совсем как человек»… Кого вам стесняться, это же ваш собственный шедевр!..
Виной ли тому мое воображение или что-то иное, но все заботы вдруг исчезли, словно отстоялась, наконец, и сделалась прозрачной мутная вода и как бы сам собой отыскался в запутанном клубке кончик нити. Я даже на вкус ощутил радость освобождения.
– Ну что ж… Тогда хоть покажите мне эту рукопись…
11
Рука моя, дрожащая от нетерпения и неуверенности, протянулась за рукописью, но внезапно…
– Э, не торопитесь, так не пойдет! – произнес он вдруг изменившимся наглым тоном, отдернул рукопись и сунул ее под мышку. – Суетливым нищим мало подают… хе-хе… Здесь вы, сэнсэй, дали маху.
Нет, я не треснул его тут же по черепу цветочным горшком. Не потому, что я гуманист, который мухи не обидит. И не потому, что нож по-прежнему был у него под рукой. Просто как раз в эту минуту раздался стук в дверь, и в комнату вошла моя жена с заказанным чаем по-европейски. Само собой разумеется, что завязывать баталию в присутствии жены я был не в силах. Еще ни разу в жизни мне не удалось стяжать победу в рукопашной схватке.
Жена, видимо, сразу почувствовала напряжение, наполняющее комнату. Даже движения ее рук, расставляющих чашки, выдавали тревогу и стремление понять, что происходит. Но гость, как ни в чем не бывало, спокойно повернулся к ней и сказал с добродушной усмешкой:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35