ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Он без натуги вспомнил, что в тот же первоапрельский день, кроме Васютиных, ВАЗовскую «девятку» купил в «Обских зорях» Оскар Эрнстович Ремер, проживающий в райцентре. Этот интеллигентного вида покупатель запомнился Турунтаеву прежде всего редкой фамилией, которая читается одинаково, «что с начала, что с конца».
– Мы визитными карточками с ним обменялись, – сказал Турунтаев.
– Ремер при покупке машины один был? – задал уточняющий вопрос Бирюков.
– Молодая разговорчивая блондинка с манерами провинциальной путаны возле него ластилась. Оскар Эрнстович Клавой ее называл. Ей так понравились оленьи рога, что Васютин с трудом отбоярился от настойчивых уговоров продать их. Получив категорический отказ, женщина уселась в машину и от нечего делать увлеклась разговором по мобильному телефону.
– При Ремере говорила?
– Нет, Ремер ушел в офис платить деньги, а я открыл капот машины и стал регулировать карбюратор.
– Содержание разговора не слышали?
– Занятый делом, я не прислушивался, о чем она болтала.
– Может, отдельные фразы уловили? Например, с мужчиной или с женщиной разговаривала…
– По фривольной интонации, вроде бы со знакомым мужчиной щебетала… – Турунтаев задумчиво помолчал. – Да, с мужчиной. Запомнилась фраза: «Юлька, ты никогда в жизни не видел таких красивых рогов». А один раз, кажется, Ястребком его назвала.
– Не Ястребом? – уточнил Антон.
– Нет, именно Ястребок сказала. Да ведь это одно и то же. Только в ласкательной форме.
– Вот поэтому хотя бы фрагментарно из того разговора что еще вам запомнилось?
– Еще запомнился игривый смех Клавы: «Я не о тех рогах, которые жены наставляют мужьям. О настоящих рожках северных оленей». Мужчина, видимо, спросил: откуда рога? Она надула губки: «От верблюда. Дядечка для друга с Севера привез. Сейчас покупает синие „Жигули“ и с сыном уезжает в Кузнецк». Мужчина опять что-то спросил. Она вновь скапризничала: «Ну, ты совсем, как младенец. С пустыми кошельками северяне не ездят». Тут подошел Ремер с оплаченными документами, и я стал ему рассказывать об особенностях эксплуатации «Жигулей».
– Телефонный разговор продолжился?
– Нет. Едва завидев Ремера, Клава прощебетала: «Гуд бай, ласковый мой» и выключила мобильник.
– Из ваших слов можно сделать предположение, будто игривая спутница Ремера навела Ястребка на Васютиных, – сказал Бирюков.
– Откровенно сказать, раньше фривольному разговору я не придавал значения, – чуть помедлив, ответил Турунтаев. – Теперь же, мысленно анализируя запомнившиеся фразы, думаю, что такой вывод напрашивается. К слову сказать, через Оскара Эрнстовича вы можете его спутницу найти и основательно допросить.
– Этого уже невозможно сделать. Прошедшей ночью Ремер и его спутница убиты.
На лице Турунтаева появилось крайнее удивление.
– Кошмар… – изумленно проговорил он. – Первое апреля стало роковым числом. Из покупателей двух автомашин, проданных нами в тот день, никого не осталось в живых. Это какой-то ужас. Неужели Ястребок избавился от соучастницы?
– Сейчас, Иван Ильич, трудно ответить на ваш вопрос. Из того дня что-то необычное можете вспомнить?
Турунтаев задумался:
– Ничего особенного припомнить не могу. День был как день. Солнечный. Температура плюсовая. Заметно подтаивало. Одним словом, весна.
– Кто раньше уехал от автосалона, Ремер или Васютины?
– Ремер пораньше. Через полчаса после него и мы с Васютиными отправились объезжать магазины. Юрий Семенович слабо знал Новосибирск. Чтобы не заплутать в лабиринте перегруженных автотранспортом улиц, за руль «Жигулей» сел я. Юрий Семенович устроился рядом, а сын – на заднем сиденье.
– Слежки за собой не заметили?
– Стопроцентно уверен, что при езде по Новосибирску никто за нами не следил. Езжу по городу я осторожно. Постоянно контролирую транспортную обстановку через боковое зеркальце и через зеркало заднего обзора. Никакой «хвост» за нами не тянулся.
– В какое время Васютины уехали из Новосибирска?
– По часам я не замечал, но можно вычислить… В первых числах апреля солнце садится около восьми часов вечера. А Васютиных я проводил от своего дома часа через два после солнечного заката, когда наступили сумерки. Перед расставанием посоветовал Юрию Семеновичу для лучшей обкатки двигателя держать скорость около восьмидесяти километров. Юрий Семенович сел за руль, включил фары и поехал по Волочаевской к вещевому рынку. Затем на моих глазах свернул на Гусинобродское шоссе. При этом я не заметил, чтобы за ним кто-то увязался. Движения машин у рынка почти не было.
Разговор с Турунтаевым продлился дольше часа. Когда стало видно, что других сведений от Ивана Ильича не получить, Бирюков спросил:
– Не станете возражать, если ваши показания следователь оформит протоколом?
– Пожалуйста, оформляйте. Все, что рассказал, чистая правда, – согласился Турунтаев и чуть замялся. – Не могу лишь внести в протокол фамилию своего информатора о криминальной банде Ястреба. Подскажите, как поступить в этой ситуации?
Бирюков развел руками:
– Подсказывать нам категорически запрещено. Поступайте, как сочтете нужным.
Для оформления протокола допроса Лимакин предложил Турунтаеву пройти вместе с ним в следовательский кабинет. Едва за ними закрылась дверь, Голубев выглянул в окно. На площадке перед входом в прокуратуру стояла черная «Тойота» с тонированными стеклами.
– На своей иномарке приехал господин Турунтаев, – с ноткой разочарования сказал Слава.
Бирюков улыбнулся:
– А ты хотел увидеть «Мерседес» с милицейскими номерами?
– Не подковыривай, Игнатьич.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики