науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- циклы национализма и патриотизма
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   идеологии России, Украины, ЕС и США --- пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Что бы он ни предпринял, Хелен сама составит эти письма и хапнет денежки. Любая попытка предупредить друзей будет воспринята лишь как подтверждение слезливых просьб жены. Он уже представлял себе, что это будут за письма. "Артуру неможется... Не желает в этом признаваться... но вы же знаете... эта ужасная война... совсем не может работать... ему бы подлечиться... частный санаторий... психиатры... такая дороговизна, а денег нет...". И так далее. Ничего сложного. Банально. Они клюнут. Конвей извлек из кармана всю свою наличность - семь долларов и тридцать центов. Заплатив за выпивку, он покинул бар и сел за руль. В Калифорнии ему никто не поможет. Здесь жили только друзья Хелен, которых Конвей почти не знал и недолюбливал. Дабы хоть чем-то заняться, он решил съездить на бульвар Санта-Моника, к кинотеатру, избранному им в качестве места преступления в рассказе. Там показывали "Песнь Манхэттена". Он вспомнил, что Хелен, вроде бы, хотела посмотреть этот фильм, но тогда в больших кинотеатрах были очереди, и она не стала стоять. И вдруг его осенило. Да так неожиданно, что он едва не попал в аварию. Конвей прижался к бордюру и остановился. Если придуманное им убийство и впрямь идеально, значит, он спасен. Выход есть. Жена в рассказе - это Хелен, а убийца - он сам. Интересно, давно ли эта мысль сидела в его подсознании? И, главное, хватит ли у него духу превратить рассказ в быль? Но попытаться надо: ничего другого не остается. Впрочем, это было бы даже не злонамеренное убийство, а самозащита. Угрызений совести он не испытывал. Устранить Хелен просто необходимо. Оправданное убийство, как на войне. Хелен - воплощение зла, как враги на фронте. Всерьез его беспокоило только одно - сумеет ли он сделать все так же, как сделал убийца в придуманном им сюжете. За последние дни он столько раз перечитывал свой рассказ, что вызубрил его наизусть. Теперь он вспоминал места, расстояния, график. Одно дело излагать сюжет на бумаге, другое - воплотить его в жизнь. Необходимо было проверить все еще раз. Но прежде он взял газету и просмотрел рубрику "досуг". "Песнь Манхэттена" шла в пяти второразрядных кинотеатрах. Самым подходящим был "Калвер-Сити": там едва ли можно встретить знакомых. Позвонив, Конвей выяснил, что сеанс начинается через полтора часа. Затем он "проиграл" весь ход событий, которые ему предстояло превратить из вымышленных в действительные. На счету была каждая секунда, и Конвей то и дело смотрел на часы со светящимися стрелками. Эти часы Хелен подарила ему на первую годовщину свадьбы. Конвей усмехнулся. По иронии судьбы, подарок Хелен сослужит службу в подготовке ее убийства. "Проверка" прошла гладко, Конвей подготовился к любой неожиданности. По пути к "Калвер-Сити" он нашел тихую улочку, посмотрел на спидометр и проехал ровно одну пятую часть мили, потом вылез из машины и, взглянув на часы, зашагал обратно к углу. Он старался идти как можно быстрее, но при этом не привлекать внимания встречных. Оказалось, что Конвей приписал своему вымышленному убийце одно собственное свойство - умение быстро ходить пешком. Конвей и впрямь перебирал ногами проворнее, чем любой из его знакомых, а при желании мог пешим ходом нагнать даже бегуна трусцой. Он еще раз уверился в своей способности осуществить замысел. Очутившись в кинотеатре, он подумал, что не сможет высидеть до конца сеанса, но все-таки пересилил себя и спустя два часа покинул зал вполне удовлетворенным. Концовка фильма была такая, что лучше не придумаешь. Да еще в главных ролях снимались Томми Миллер и Мери Харт. Хелен обожала Миллера, а Харт терпеть не могла. Последние шесть минут картины (Конвей засек время с точностью до секунды) занимал музыкальный номер, который почти целиком исполняла Мери Харт. Миллер вступал лишь за несколько секунд до конца. Конвей мог со всеми на то основаниями предполагать, что ему удастся уговорить Хелен уйти во время этого эпизода. Когда он вернулся домой, было темно. Конвей прошел прямо в свой кабинет и заперся на ключ, хотя жены не было. Он хотел уничтожить важную улику. Достав из ящика стола незаконченную рукопись, Конвей с сожалением посмотрел на нее. Он так надеялся на этот рассказ. Конечно, не хочется его терять. Но иначе задуманного не осуществить. Конвей был совершенно уверен, что сможет сделать все правильно и без ошибок и избавиться от Хелен. Оставались лишь две сложности: письма, которые он должен был составить утром (он уже придумал, как все устроить), и Хелен, которую надо было уговорить на поход в кино. Конвей старательно порвал рукопись и сжег ее в большой металлической пепельнице. Ложась в постель, он был уверен, что не сможет заснуть, но давешнее волнение сменилось спокойной уверенностью в скором освобождении, и он быстро погрузился в сон. Хелен спустилась к завтраку, когда Артур уже выходил из-за стола. Их взгляды встретились, и она шепнула: - В полдень. Вернувшись в кабинет, Конвей сразу же сел за машинку. Нельзя было терять ни минуты. Первым делом он написал Аллену. Это было обычное письмо, какие он иногда отправлял своим друзьям. Примерно такие же письма он составил и другим приятелям. Конвей торопился, понимая, что Хелен не станет соблюдать табу на вход в кабинет. Надписав конверты, он сунул в них листы и, не запечатывая, спрятал в карман вместе с марками. Затем приступил к составлению других писем - тех, которых требовала от него Хелен. Он знал, что жена непременно пожелает их прочесть, и, хотя Артур понимал, что этих писем никто, кроме Хелен, не увидит, он заливался краской при мысли об их содержании. Он печатал последнее, пятое письмо, когда Хелен без стука вошла в кабинет и взяла со стола четыре готовых. - Что-то ты долго. - Это же не простые письма. Пришлось несколько раз начинать сызнова. - Вполне в твоем духе, - буркнула Хелен. Она прочла четыре письма, а потом и пятое, уже законченное. - По-моему, неплохо. Должно сработать. Где конверты? - Сейчас напечатаю адреса, а после обеда отправлю. - Да что ты говоришь? Печатай, а все остальное я сделаю сама. Артур покорно напечатал адреса, стараясь, чтобы они выглядели так же, как на первых пяти конвертах. Пора было заводить разговор о походе в кино. - Послушай, Хелен, - начал он, - я не собираюсь кривить душой. Мне не нравится твоя затея, но у меня нет выхода. Теперь, когда письма готовы, я хочу поскорее со всем покончить. Но, пока мы дождемся ответов, минует самое меньшее неделя. Нам придется как-то сосуществовать под этим кровом. Почему бы не заключить перемирие? Хелен со злорадной ухмылкой посмотрела на него. - Что, поджилки трясутся? Артур заставил себя сдержаться и не выдать переполнявшей его ненависти. - Не в этом дело. Просто иначе мы целую неделю будем портить друг другу настроение. И что мы с этого получим? Ничего. - Ладно, так и быть. Я пошла за сумочкой. - Она направилась к двери. - У нас найдется что-нибудь на обед? - спросил Артур. Он уже заглянул в кухню и знал, что еды в доме нет. - Перемирие не означает, что я начну для тебя стряпать. - Ясно. Что ж, могу подвезти тебя, куда надо. Я же все равно поеду обедать. - Как это мило, - насмешка в ее голосе не смогла скрыть ноток удивления, но Хелен быстро совладала с собой. - Не запечатывай конверты, я сама все сделаю. Похоже, ее сомнения не рассеялись до конца. Но письма не должны попасть к адресатам, иначе весь его план рухнет. Вскоре Хелен вернулась в кабинет, осмотрела каждое письмо, вложила их в конверты, запечатала, наклеила принесенные с собой марки, сунула письма в сумочку и пошла вниз. Артур быстро достал свой комплект писем, заклеил их, прилепил марки и двинулся следом за женой. Она подкрашивала губы перед зеркалом в прихожей, сумочка лежала рядом на столике. Конвей вошел в кухню, налил стакан минеральной воды и уронил его на пол. Вода и осколки брызнули во все стороны. В дверях кухни появилась Хелен. - Ну, что там опять? - Стакан упал. Я сейчас все уберу. - Конвей направился к маленькой кладовой, где хранились тряпки и швабры. Хелен продолжала малеваться. - Боюсь, это был один из дорогих бокалов, - пробормотал Конвей. - Что?! - ахнула Хелен и бросилась в кухню. Конвей сделал ставку на ее инстинктивную реакцию и оказался прав. Подбежав к сумочке, он проворно подменил письма и открыл дверцу кладовки. Когда он взял швабру, жена уже снова стояла перед зеркалом. - Неуклюжий медведь, - буркнула она. Конвей еле сдержал улыбку. Все оказалось так просто. Возможно, это добрый знак.
3
По дороге Хелен опустила письма в ближайший почтовый ящик. Когда она вернулась в машину, Конвей заметил происшедшую в ней перемену. Жена была почти спокойна. - Если уж у нас перемирие, то, может быть, пообедаем вместе? - Я не против, - ответил Конвей. Он был рад, что Хелен сама это предложила. Обед не сопровождался ожесточенной пикировкой. По пути домой Хелен сказала: - Мне нужны белые перчатки, а тут на Беверли-драйв есть магазин. Конвей невольно покосился на белые перчатки на руках жены. Она заметила это и добавила: - Это моя единственная пара, и мне надоело их стирать. Конечно, если тебе лень останавливаться... Конвей решил не усложнять свою задачу. Остановиться пришлось за пол квартала от магазина. Он вылез из машины вместе с Хелен. - Пойду куплю себе газету. Когда Хелен отошла достаточно далеко, Конвей юркнул в маленькую лавчонку, прошелся вдоль полок и, наконец, нашел то, что искал: детский карнавальный набор. Очки, нос, усы и брови. Заплатив и рассовав все по карманам, он вышел из лавки и выбросил упаковочную коробку в урну. Когда Хелен вернулась, Конвей уже сидел в машине и читал газету. Он запустил мотор. Хелен взяла газету и раскрыла на рубрике объявлений. - Сто лет уже не показывали хороших фильмов, - заметила она. Конвей купил эту газету нарочно, чтобы навести жену на размышления о кинематографе. Теперь он боялся торопить события. Может, следовало подождать, пока они вернутся домой и жена от скуки сама запросится куда-нибудь? Или перенести все на следующий день, когда улягутся ее подозрения по поводу его столь неожиданного дружелюбия? И все-таки у него был шанс провернуть дело, не откладывая в долгий ящик.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   три глобализации: по-британски, по-американски и по-китайски --- расчет пенсий для России --- основа дружбы - деньги --- три суперцивилизации мира
загрузка...

Рубрики

Рубрики