науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— думала Гэрриет. Пожалуй, ей даже полезно будет поголодать пару недель до конца месяца.
— В следующий раз займемся сонетами, — сказал Тео Даттон. — Это, как говорил Вордсворт, ключ, которым Шекспир отмыкал свое сердце. Не забывайте, Гэрриет: даже любовь ступает по земле.
Когда пробило без четверти двенадцать, он поставил на стол бутылку хереса.
— В Оксфорде два вида хереса: один для стряпни, другой для того, чтобы пить. Их почти все путают, но в моем доме вы можете быть уверены: вам нальют то, что надо. Выпейте, Гэрриет, а потом — мой вам совет — ступайте домой и ложитесь спать, лучше всего в одиночестве.
Он наполнил вином два захватанных бокала.
— Не получится, — сказала Гэрриет. — Я обещала вашим детям, что поведу их кататься на санях.
На улице перед домом Тео уже стоял длинный темно-зеленый автомобиль. При виде ее из автомобиля выбрался молодой человек с сигаретой, каштановыми волосами и природной непосредственностью рыжего сеттера. Гэрриет узнала в нем одного из постоянных спутников Саймона — Марка Макалея.
— Саймон прислал меня за вами, — сообщил он. — Волнуется, как бы вы не отморозили ножки. По-моему, в такую холодрыгу можно себе что угодно отморозить. Кстати, как ваше самочувствие? — осведомился он. — Саймон сказал, что он вас сегодня сбил с катушек.
Вот именно, подумала Гэрриет, в прямом и переносном смысле.
— Позвоночник внизу побаливает, — сказала она.
— Ага, копчик, значит! — Марк неожиданно расхохотался во все горло. Видимо, он был уже хорош.
— Много у него будет народу?
— Человек двадцать — двадцать пять, и среди них наверняка найдется одна или две дамочки, у которых зачешутся на вас коготки.
Он искоса взглянул на нее и снова расхохотался.
На душе у Гэрриет стало тревожно и почему-то горячо.
— Думаете, мне стоит туда ехать?
— Если решите, что не стоит, это может стоить мне головы… Правда, моя голова, кажется, сама уже немногого стоит. — Он извлек из ящичка под приборной доской бутылку бренди и глотнул из горлышка. — Мы с ней, видите ли, катимся наперегонки по наклонной плоскости.
— Я бы заехала домой переодеться, — сказала Гэрриет.
— Зачем? Саймон больше всего ценит новизну, а в таком виде вы как раз то, что надо.
— Да нет, вы не поняли. Он пригласил меня просто из вежливости. Просто решил доставить мне удовольствие, потому что нечаянно сбил на дороге, — и все.
— Деточка, — вздохнул Марк. — Из всех людей Саймон умеет доставлять удовольствие только самому себе.
Глава 3
Войдя в гостиную Саймона, Гэрриет с интересом огляделась: такого она еще не видела. Меховые лохматые коврики, разлапистые пальмы, изумрудно-зеленые шелковые шторы, языки пламени в камине и красноватые блики на корешках книг — в основном пьес и порноизданий. На каминной доске небрежно брошенной карточной колодой рассыпалась пачка приглашений. С черных стен глядели собственноручно подписанные фотографии знаменитых актеров и актрис, между пальмами, как звери в джунглях, разгуливали ослепительные гости, и Саймон — ослепительнее всех, — сверкая сине-зелеными глазами, уже спешил ей навстречу.
Он снял с Гэрриет пальто, потом шарф, потом очки.
— Не хочу, чтобы ты сразу разглядела все мои недостатки, — пояснил он, чмокнув ее в щеку, и обернулся к Марку. — Смотри, какая она славная!
— Да уж, — сказал Марк. — Для тебя даже слишком славная, вот это меня и смущает.
К ним приблизился индиец с красивым скучающим лицом.
— Угораздило же тебя выкрасить стены в черный цвет, — буркнул он. — Я теряюсь на их фоне.
— Выйди на улицу, — посоветовал ему Саймон. — На снегу тебя будет очень хорошо видно.
Подавая Гэрриет бокал охлажденного белого вина, он словно невзначай провел мизинцем по ее пальцам.
— Вот, остынь немного после консультации, — сказал он. — Как Тео понравился твой очерк?
— Как будто понравился, хотя это редко бывает.
— А что за тема?
— Кого из шекспировских героев я считаю лучшим… лучшим сексуальным партнером.
— Старый кобель! Нашел способ себя возбуждать. Ты теперь, стало быть, специалист по сексу?
Некоторое время Гэрриет не могла заставить себя поднять глаза, а когда наконец подняла, Саймон смотрел на нее таким взглядом, от которого внутри у нее все перевернулось. Заливаясь румянцем, она отвернулась к окну и придушенно пробормотала:
— Снег такой красивый, правда?
— Вот и прекрасно, — с улыбкой сказал Саймон. — Сядь и наслаждайся видом из окна. Не беспокойся, знакомиться со всей этой толпой совершенно не обязательно.
Гэрриет опустилась на черное бархатное сиденье у окна и попыталась раствориться в зелени занавески. Ей еще никогда не приходилось видеть сразу столько странных людей и вдыхать в себя столько странных запахов. В экзотический букет из дорогих духов, которыми, кажется, пульсировала каждая жилка в этой гостиной, вплетался дымок от яблоневых поленьев в камине, слабый дух фимиама и тяжелый аромат целой охапки пестрых фрезий в голубой вазе на столе. Над всем этим витал еще один запах, навязчивый и сладковатый — чего, Гэрриет не могла разобрать.
Неожиданно раздался устрашающий стук в дверь, и в гостиной появился красивый седовласый мужчина. Гэрриет узнала в нем лучшего, по итогам последней недели, драматического актера.
— Саймон, дружище, у тебя тут такое амбре, что слышно с того конца улицы. Смотри, не вылети в трубу вместе со своими благовониями. Салют, детка! — Он шагнул к потрясающей блондинке в белой шелковой рубахе и, вынув сигарету у нее изо рта, глубоко затянулся. Когда Гэрриет уже решила, что он умер от восторга, он наконец выдохнул дым и обернулся к двум изящным юношам, пришедшим вместе с ним.
— Они тезки, — сообщил он Саймону. — Обоих зовут Джереми, и оба влюблены друг в друга до безумия. Это создает кое-какие трудности.
Юноши дружно захихикали.
— Знакомьтесь, Джереми-Джереми, — сказал красивый актер. — Это Саймон.
— Мы так много о вас слышали, — в унисон заговорили Джереми-Джереми. — Говорят, что вы восходящая звезда!
— Саймон, когда мы наконец задернем занавески? — капризно протянула рыжеволосая модель с губами, похожими на велосипедную камеру. — Каждый дурак норовит заглянуть в окна.
— А мы не будем их задергивать, — сказал Саймон, улыбаясь Гэрриет. — Некоторым нравится вид из моего окна.
Рыжая обменялась взглядом с блондинкой в белой рубахе.
— Саймон, как поживает Борзая? — спросил актер, снова затягиваясь сигаретой блондинки.
— Борзая уехала в Штаты, — сказал Саймон.
— Надолго?
— Надеюсь, что навсегда. — Он снова наполнил бокал Гэрриет.
Аккуратно выщипанные брови актера поползли вверх.
— Даже так? Представляю, как она тебя допекла.
— Борзая есть Борзая. — Саймон пожал плечами. — Теперь, если она решит вернуться, ее придется шесть месяцев выдерживать в карантине, как суку, гулявшую без присмотра.
Все рассмеялись. Гости продолжали прибывать. Гэрриет разглядывала силуэты чаек в небе. Снег уже почти завалил узорную ограду под окном.
— Мне срочно надо что-то сделать с волосами, — говорила экстравагантная брюнетка.
— Попробуй их причесать для разнообразия, — посоветовал ее спутник.
Когда Саймон, актер и Джереми-Джереми начали обмениваться пикантными подробностями из жизни звезд театра и кино, все смолкли, прислушиваясь к их разговору.
— Не с мальчиками, мой милый, а с девочками, зато с двумя сразу, — говорил актер. — Его жене на все плевать: в конце концов, у нее тоже есть своя девочка.
— Ну, положим, не на все, — возразил один из Джереми. — Думаю, последние отзывы в «Приложении» ее все-таки задели. Рецензенты разругали ее в пух и прах.
— Что делать, она и правда в этой роли, как император Веспасиан в санях, — сказал Саймон.
Гэрриет принялась изучать кладку подпорной стены за окном.
В дверях появилась томная красавица в брюках и шубке. Поскольку никто не обратил на нее внимания, она вышла и появилась еще раз.
— Дейрдре! — радостно возопили все.
— Я умираю, — объявила красавица. — Всю ночь сегодня провела на ногах, глаз не сомкнула.
— Золотко мое, — сказал актер, целуя ее. — Одетую я тебя не признал.
Кто-то поставил пластинку, и голос Фэтса Уоллера зазвучал в гостиной.
— «Мой старый друг, молочник, мне сказал, что можно умереть без сна…»
Марк Макалей подсел к Гэрриет и налил ей еще вина.
— Как копчик? — спросил он. — Я после обеда должен быть в колледже — но ничего, обойдутся без меня.
— У вас скоро экзамены на степень, — сказала Гэрриет. — Уже решили, чем будете заниматься?
— Попробую заработать учительский диплом.
— Учительский диплом — ты?! — изумилась Дейрдре. — Марчик, ты же детей на дух не переносишь.
— Ну и что, зато у меня будет целый год, чтобы как следует осмотреться. У них, говорят, учеба не пыльная, а за этот год я как раз решу, куда податься.
— А у меня на той неделе собеседование с каким-то военным издателем, — сообщил длинноволосый блондин в джинсах. — Военные, кажется, любят, чтобы все было по форме. Марк, у тебя нет подходящего костюмчика взаймы?
— Возьми у Саймона, у него есть, — сказал Марк. — И не забудь заодно постричься.
Снегопад поглотил почти все уличные звуки, и гул машин на Терле был еле слышен. Кучка демонстрантов с лозунгами медленно двигалась против ветра и снега.
— О, прыщавые борцы за справедливость пожаловали, — заметил Марк. — Кого они там сегодня обличают, красных или фашистов?
— Кажется, отстаивают права учителей, — сказала Гэрриет, пытаясь без очков разобрать слова.
— Вон те двое в точности король Венцеслав с пажом, да? — оживилась Дейрдре. — «Пробиваясь сквозь метели…» — ну и так далее.
— Мне всегда казалось, что у славного Венцеслава с этим пажом что-то было, — сказал Саймон.
— И почему у меня нет принципов? — вздохнул Марк, глядя на демонстрантов.
— Лично мне интересны люди, а не принципы, — заметил Саймон. — И интереснее всего — люди без принципов.
— Оскар Уайльд, — пробормотала Гэрриет.
— Умница, — сказал Саймон. — Дориан Грей — моя следующая роль в университетском театре. Скоро уже допишут инсценировку. — Он отошел наполнить чью-то рюмку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   циклы национализма и патриотизма --- идеологии России, Украины, ЕС и США

Рубрики

Рубрики