науч. статьи:   демократия как оружие политической и экономической победы в условиях перемен --- конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн --- циклы национализма и патриотизма
ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

науч. статьи:   идеологии России, Украины, ЕС и США --- пассионарно-этническое описание русских и др. важнейших народов мира --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 



«Твоя половина мира»: Эксмо; Москва; 2003
ISBN 5-699-04614-3
Аннотация
Тиль Хаген — форвард. Так в середине XXI века называют людей, научившихся видеть будущее так же ясно, как настоящее. Он всегда на шаг впереди других. Его реальность — то, что произойдет через мгновение. Он способен проследить развитие любой ситуации на несколько ходов вперед и поэтому всегда выбирает наилучшее решение. Спецслужбы и транснациональные корпорации ведут борьбу за форвардов, каждый из которых стоит целого аналитического отдела. Тилю приходится скрываться и жить на нелегальном положении. Вдобавок кто—то начинает методически истреблять форвардов, и даже удивительный дар предвидения не спасает их от гибели. Хаген должен предпринять решительные действия, чтобы спастись от неведомой угрозы...
Евгений Прошкин
Твоя половина мира
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
НИКТО

Минус 52 часа
За окном завыла сирена, и Тиль открыл глаза. На черном стекле вспыхивали отсветы мигалки — наполняли комнату фиолетовым, проворачивались по потолку бледными сполохами и таяли на стене, возле самой двери.
Сирена вновь заголосила, протяжно и тоскливо. В ее вой влились гудки клаксонов, стрекот мотороллера и рев громкоговорителя — кто-то командовал оцеплением.
Тиль осторожно вылез из-под одеяла. Сверху слышалось легкое дыхание кондиционера, на кровати так же легко дышала вчерашняя подружка. Почему вчерашняя?.. Потому, что сегодня будет не до женщин.
— Разойтись! Очистить улицу! — вопил полицейский. Не приближаясь к окну, Тиль собрал с пола вещи и торопливо оделся. К фиолетовым зарницам добавились оранжевые — фазы не совпали, и вспышки смешались в суматошное мелькание. Как вчера в баре. Да, как вчера...
Девушка во сне беззащитно улыбалась.
Тиль вышел из спальни, глянул в дверной “глазок” и, никого не увидев, вернулся. Прикусил губу, зачем-то проверил время — ох ты!.. три часа ночи!.. — и выстрелил.
Девушка не шелохнулась. Отверстие в одеяле промокло и расползлось красной кляксой.
— Прости, — шепнул Тиль.
В коридоре по-прежнему было пусто, все четыре лифта двигались вверх. Добежав до лестницы, Тиль прижался к стене и толкнул створки. Никого.
Двадцать семь этажей до крыши. Пятьдесят четыре марша, или шестьсот сорок восемь ступеней. Много...
Перед тем как выйти на смотровую площадку, Тиль спрятал пистолет и отдышался. Спокойное лицо, желательно с улыбочкой. Улыбка — слегка хмельная, здесь это считается хорошим тоном, особенно в ночь с субботы на воскресенье.
Вдоль поручней прогуливался народ — в костюмах и в вечерних платьях, с нерационально изогнутыми стаканами, с сигарами и снова вошедшими в моду веерами, от которых на этой высоте едва ли был прок. Двести метров до земли, на севере — такие же небоскребы, на юге — россыпь тусклых огней. Смотреть на них неинтересно, все города одинаковые, просто это возможность проветриться между коктейлями и заодно погладить по заднице чужую любовницу, в то время когда кто-то так же ненавязчиво лапает твою. Бомонд. Тиль знал его изнутри, но теперь он жил по другую сторону, и эти милые люди с антикварными “Ролексами” на бледных запястьях были для него просто толпой, мешающей добраться до вертолета.
“Улыбайся, — приказал он себе. — В своей плебейской куртке сойдешь за обкуренного арабского туриста. Два дня не брился, это кстати. Голубых глаз в темноте не разглядят”.
— Покиньте площадку, — процедил официант. — Сегодня площадка закрыта. Вы не видите?.. Вы не понимаете?..
Решив, что его действительно не понимают, он повторил требование на русском и английском.
Тиль счел за лучшее промолчать и, взяв с подноса последний бокал шампанского, направился к стоянке аэротакси. Выбора не было: вертолет на платформе оказался лишь один. Зато и свидетелей не было тоже. Единственный пилот, дремавший в пляжном шезлонге, вздрогнул и почти уже вскочил, но вовремя разглядел тертую кожаную куртку и сбитые носы ботинок.
— Я не нанимаю на работу, — отмахнулся он, вновь прикрывая лицо фуражкой. — Обращайся в офис, но вряд ли тебе...
— Три часа.
— Что “три часа”? А-а... Уже десять минут четвертого. Выброси свои...
— Арендую машину на три часа, — внятно произнес Тиль. — Тысяча евро устроит? Покататься. Без посадок.
— Э-э... — Пилот растерялся. — Конечно, устроит... Но три часа — это не с моим ресурсом. Лошадка-то уже не девочка, — пояснил он, торопливо обходя вертолет. — Жрет, как прорва. Два с половиной, это максимум. Потом заправимся, и еще два с половиной. И еще, если захотите. Пока вам не надоест.
— До Брянска долетим?
— До Брянска? Конечно! Нет проблем. Только, простите...
Тиль сунул руку в карман и вытащил наугад одну из карточек. Пилот на мгновение приложил ее к сканеру и, зафиксировав счет, распахнул пассажирскую дверцу.
— Прошу вас, господин Кучеренко. Простите, что я сразу не...
— Я сяду рядом.
— Э-э... слегка противоречит правилам...
Тиль усмехнулся. Что он особенно любил в Восточной Европе, так это формулировки. Чуть западнее говорят либо “Verboten”, либо “Sorry, it`s impossible”. А здесь — “слегка противоречит”.
— Чаевые будут наличными, — пообещал он, усаживаясь справа от штурвала.
На экране светился длинный идентификационный номер, под цифрами маячило: “Семен И. Кучеренко”. Возможно, Ильич. Возможно, Иванович.
Тиль обернулся на смотровую площадку. Отсюда, с высокой угловой платформы, люди сливались в бубнящую массу и напоминали кукол из набора “Barbie & Pat”. На земле, в ущелье между бетонными башнями, они и вовсе были как точки.
— Музыку? — осведомился пилот, запуская мотор.
— Новости.
Тиль провел пальцем по экрану, и две строки сменились ячейками тематических блоков. Он ткнул в квадрат “Криминальные” и в новом меню выбрал “Горячие репортажи”.
Винт залопотал и размылся в диск с желтой окантовкой. Оторвавшись от шасси, белый крест стоянки стремительно ушел вправо и назад. В нижней части стеклянной кабины, как по стенке мыльного пузыря, бежали радужные дорожки от красно-голубых огней города.
— Успешно завершилось спасение самоубийцы на улице адмирала Мартыненко, — объявила дикторша.
— Ого, это же прямо под нами, — заметил пилот. — Не интересуетесь? А то облетим...
— В Брянск, — отрезал Тиль.
— Мужчина пытался свести счеты с жизнью, — продолжала ведущая. — Жильцы из дома напротив заметили человека на карнизе и позвонили в Службу спасения. Высотная группа доставила на место страховочный бандаж, предназначенный для насильственной эвакуации. Всего было задействовано четыре наряда полиции, один пожарный расчет, две бригады “Скорой помощи” и уже названная высотная группа. В настоящее время с мужчиной работает кризисный психолог. Подробнее о происшествии — в утренних выпусках.
— Полиция тоже была, — пробормотал Тиль.
— Что? — встрепенулся пилот.
— Ничего.
“Целых четыре машины, — подумал он. — И все — не за мной. Снимали со стены какого-то придурка. А я... Это нервы, нервы...”
— Только что пришло новое сообщение с улицы Мартыненко, — запинаясь, проговорила дикторша. — Из того самого дома, жильцы которого недавно предотвратили самоубийство. К сожалению, второй трагедии избежать не удалось. В своей квартире убита двадцатилетняя Ирина Кравец. Сосед, разбуженный полицейской сиреной, услышал звук, похожий на выстрел...
— Да что ж такое?! — воскликнул пилот. — Никогда и ничего!.. Приличный район! И на тебе... Это там, где я вас посадил. В том же доме! В том самом... — он вдруг осекся.
— Я в курсе, — спокойно ответил Тиль.
На экране вращалось динамическое фото — не его, чужое, но некоторое сходство все-таки было: профиль, фас, профиль, затылок и снова профиль. Мимика и различные варианты грима — с усами, с бородой, в париках, бритый наголо... какие-то и вовсе нелепые сочетания.
— ...Уже располагаем портретом убийцы, — сказали за кадром. — Это давно разыскиваемый, крайне опасный преступник. Имеет десятки удостоверений, как фальшивых, так и подлинных. При обнаружении просьба немедленно...
Тиль вздохнул и выключил монитор.
— Ты меня убьешь?.. — тихо спросил пилот.
— Доставишь в Брянск и свободен.
— Не... не доставлю... — Пилот анемично дернул головой, вроде как кивнул.
Прямо по курсу, покачивая короткими плоскостями, завис полицейский перехватчик. Отбойным молотком прогрохотала предупредительная очередь.
— Борт тринадцать ноль семь, на посадку! — пролаяли в мегафон.
Из брюха вертолета выпал ярко-желтый конус. Он чиркнул по ближней крыше, зацепил спешно взлетающее такси и остановился на пустой платформе. Вокруг разбегались бойцы какого-то спецподразделения. Тиль повидал их много — “Альфа”, “Алеф”, “Азъ”, они все были разными, но одинаково стремились лишить его свободы.
— Тринадцать ноль семь, немедленно сесть!
— Я сяду, — обреченно произнес пилот. — Мы от них не уйдем. Тебе бы не в такси, а...
— Да, — сказал Тиль. — Это была ошибка. Потом прикусил губу, посмотрел на часы — уже три, надо же!.. — и медленно убрал пистолет.
Девушка в кровати опять улыбнулась и что-то пробормотала. Тревожный сон. Все из-за сирены.
Тиль сбросил куртку и подошел к окну. Дом напротив был освещен прожекторами, далеко внизу, на глянцевой мостовой, сверкали маячки “Скорой”. Двое альпинистов придерживали на карнизе очумевшего от страха самоубийцу, а с крыши уже спускали спасательную люльку, напоминавшую не то кресло с трусами, не то подгузник со спинкой. У подъезда бестолково расхаживали пожарные — телескопическая лестница не понадобилась.
Над кварталом барражировали, добавляя шума, два патрульных вертолета.
“Перестраховались, — отметил Тиль, — перехватчик запросили. Нас бы и патруль посадил. Значит, шансов у меня не было. С самого начала. Никаких”.
Девушка перевернулась на бок и кого-то пихнула во сне ногой. Ирина. А сказала, что зовут Аленой... Обычные фокусы. Ищут партнера на ночь, ведут себя как волчицы и при этом прячутся за хрупкую условность чужого имени.
Ирина... Ирина Кравец, так ее назвали в новостях. Вернее — назвали бы, если бы Тиль выстрелил. Впрочем, он давно перестал видеть разницу — “было”, “будет” и “может быть” смешались для него в одно непрерывное “есть”.
1 2 3 4 5 6 7
науч. статьи:   политический прогноз для России --- праздники в России на основе ключевых дат в истории --- законы пассионарности и завоевания этноса
Загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

    науч. статьи:   три глобализации: по-британски, по-американски и по-китайски --- расчет пенсий для России --- основа дружбы - деньги --- три суперцивилизации мира
загрузка...

Рубрики

Рубрики