ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 




Михаил Нестеров
Директива – уничтожить




«Нестеров М. Директива – уничтожить»: Эксмо; Москва; 1999
ISBN 5-04-008765-9
Аннотация

Если тебя объявили опасным преступником, обложили, как загнанного волка, и ценой твоей крови хотят скрыть свои преступления, то остается надеяться только на себя. Солдату срочной службы Антону Никитину, которого «подставили» преступники в генеральских погонах, ясно одно: спастись можно, только взяв врагов за горло. Он не такой уж боевой вояка, но, когда смерть идет по пятам, поневоле станешь крутым бойцом, способным обломать зубы любому противнику.

Михаил Нестеров
Директива – уничтожить

Все персонажи этой книги – плод авторского воображения. Всякое сходство с действительным лицом – живущим либо умершим – чисто случайное. Имена, события и диалоги не могут быть истолкованы как реальные, они – результат писательского творчества, не более. Взгляды и высказанные мнения не следует рассматривать как враждебное или иное отношение автора к религии, национальностям, личностям и к любым организациям, включая частные, государственные, общественные и другие.

«…Действия этого мероприятия заключаются в следующем:
а) в бесследном исчезновении обвиняемого;
б) в том, что о его местонахождении и его судьбе не должно просачиваться никаких сведений».
Фельдмаршал Кейтель, из циркуляра о приказе «Nacht und Nebel»
2 февраля 1942 года

Пролог
МОСКВА

Черноволосый паренек лет пятнадцати-шестнадцати, прихрамывая на правую ногу, бежал к трамвайной остановке. Он то и дело оглядывался, выхватывая позади себя неясные силуэты двух преследователей. Бесконечно длинный вечер повис над улицами города, кое-где на столбах начали загораться огни.
Парень в третий или четвертый раз крикнул: «Помогите!», но только отпугнул людей, разрозненной кучкой стоявших на остановке.
Освещая перед собой пространство, к остановке подъехал трамвай 50-го маршрута, и парень, судорожно ухватившись за поручень, втолкнул свое тело во второй вагон. Привставая с колена, он оглянулся, моля водителя трамвая поторопиться. Но тот медлил. Или заметил, как к трамваю спешат еще два человека.
– Нет! – на глаза преследуемого навернулись слезы. – Нет! Нет!
Они уже были в вагоне.
Трамвай лязгнул дверями и шумно покатил по рельсам.
Двое, не обращая внимания на притихших пассажиров, приблизились. Они были не намного старше своей жертвы. Один из них вдруг резко ударил парня ногой в пах. Второй ударил по ребрам. Парень, не издав ни звука, повалился на грязный пол. Две руки зашарили по его карманам, выгребая деньги, проездной билет, льготную справку из школы.
Денег оказалось мало – около тридцати тысяч. Взбешенные, они снова начали избивать подростка. Курчавые волосы у виска пропитались кровью. Он потерял сознание.
Трамвай остановился.
– Нижние поля, – объявил водитель.
Они вышли и не спеша направились вверх по Люблинской улице.
Девушка лет шестнадцати, сидевшая у первой двери, быстро выбежала и пересела в другой вагон.
Остальные пассажиры не могли видеть, как она прошла к водителю. Однако вскоре трамвай остановился. Девушка подбежала к телефонам-автоматам.
Кое-кто из пассажиров молча одобрил ее действия, хотя ни один не встал с места и не приблизился к подростку. Он все так же лежал без движения.
В дежурной части Волгоградского отделения милиции города Москвы сегодня было многолюдно. К вечеру нагрянула съемочная группа одной из многочисленных московских телекомпаний.
– Учтите, – сказал журналист, веселый конопатый парень, – мы реагируем на вызовы не хуже вас. Места в машине найдутся?
Дежурный не ответил. Последнее время он привык к подобным гостям. Это прежний начальник отделения репортеров на дух не переносил, а новый разрешил прийти и съемочной группе телекомпании, и корреспондентке газеты «Проспект Независимости».
Дежурный стрельнул у журналиста закурить, прикинув, что свою пачку сигарет он сегодня вряд ли распечатает. Тихо порадовавшись, милиционер попросил огоньку.
Час назад поступила оперативная сводка: в трамвае 50-го маршрута было совершено разбойное нападение на подростка. Ориентировочно, нападавшие скрылись на нечетной стороне улицы Люблинская, у дома № 141.
Задержать их удалось совсем в другом месте – у метро «Волгоградский проспект».
Съемочная группа всем составом удивилась оперативности милиционеров, но, когда задержанных доставили в отделение, немного остыла: у обоих была запоминающаяся, даже броская внешность – короткие стрижки с высоко выбритыми висками и затылками и рубашки с короткими рукавами защитного цвета.
Они не отрицали своей вины.
Почему они избили незнакомого парня и отобрали у него деньги? Потому что он еврей.
Репортер телеканала, обменявшись взглядами со Светланой Рогожиной, корреспонденткой «Проспекта Независимости», задал одному из задержанных вопрос:
– Ты не любишь евреев?
– Я ненавижу жидов.
– А еще кого?
– Кроме русских, всех: хохлов, цыган, косоглазых.
– Судя по твоей прическе, ты состоишь в какой-то группировке или движении. Что это за организация, если не секрет, неонацистская?
– Нет, я принадлежу к «Красным массам».
– А твой друг?
– Тоже.
– Насколько мне известно, «Красные массы» недалеко ушли от бритоголовых.
Подросток пожал плечами и больше на вопросы отвечать не стал. Его отвели на допрос к дежурному следователю.
– Что это за организация «Красные массы»? – спросила Рогожина. Она несколько нервозно сложила блокнот и убрала фотоаппарат в сумку. Те двое спокойно вели себя при съемке камерой, но отчего-то забеспокоились, когда Светлана навела на них объектив фотоаппарата. Один из них подался вперед, и журналистка совсем близко увидела его безумные глаза с расширенными зрачками; ей стало не по себе. Снимок она так и не сделала.
– «Красные массы»? – переспросил телерепортер. – Разве ты ничего не слышала о них?
– Так, краем уха. В основном я работаю по музеям, выставкам, галереям. Здесь, можно сказать, случайно. Так что это за организация?
– Полувоенное формирование. Создано, видимо, по немецкому типу «фрейкор». Дробов вообще многое перенял от нацистов. Дробов – генерал в отставке, лидер движения, сдобренного идеологией для реакционно настроенных масс. Для обывателя.
– Такое чувство, что слово «обыватель» ты поставил особняком.
Репортер рассмеялся.
– Абсолютно точно. Это существенная поправка к основной мысли. Такое подчеркивание скрашивает репортажи. Иногда. Учись.
Рогожина слегка покраснела. Она была молода и только начинала в журналистике. Если бы не редактор газеты, поручивший ей освещение криминальной хроники по Юго-Восточному административному округу, она бы никогда не появилась в отделении.
А конопатый не обратил внимания на розовый цвет ее лица.
– Как и положено, у генерала есть боевики. Только они называют себя не боевиками, а борцами. Эти, – он кивнул головой в сторону темного коридора, – не в счет в прямом смысле слова. Дробову никогда бы не пришло в голову посчитать полоумных фанатиков своего движения. Хотя… черт его знает. Может, кое-какую статистику по ним он и имеет. Надо сказать, что в его организации очень четкие разграничения. У него, например, личная охрана не является боевой единицей, она выполняет чисто охранные функции. И все.
– Личная гвардия, что ли?
– А чему ты удивляешься? К примеру, гвардия была у Цезаря, Наполеона, Фридриха Второго, у персов…
– Ну, с гвардией понятно, она не так многочисленна. А вот что касается боевиков. Ты говоришь, их у него много?
Рогожина справилась со смущением, журналист даже почувствовал напор в ее вопросах. Это была своеобразная тактика, и он понял ее.
– В десятки раз больше, чем в любой преступной группировке.
– Каким же образом он сумел привлечь на свою сторону столько народа?
– Тут несколько факторов. – Репортер с чувством превосходства пустился в «апломбированный дискус»: – Деклассированность молодежи – раз. Второй фактор – безработица, третий – уголовники. Последние охотно принимают подобные предложения. Правда, это низы, они понятия не имеют, что происходит наверху. Личная охрана – еще не все. Мне кажется, я сумею удивить тебя. Организация Дробова, подобно гестапо, делится на управления и отделы. Забеги ко мне завтра утром, я подготовлю тебе справочку.
– Ты делал репортажи о «Красных массах»?
Журналист махнул рукой:
– Так, постнятина. Я нашел много интересного в их деятельности, но сенсации не получилось. А если честно, то даже интересного репортажа.
– Значит, «Красные массы» – полувоенное формирование, а силовые структуры не принимают к ним никаких мер?
– Во-первых, не за что. Во-вторых, считается, что они неопасны. Сейчас многие генералы в отставке возглавили различные политические движения. В чем-то они даже полезны.
– Да? И в чем же?
– На этот вопрос нет ответа.
Утром Светлана Рогожина появилась с бумагой в руках. Репортер спешил сам и поторапливал девушку. Говорил он быстро:
– Скажу сразу, что эти данные изрядно поросли мхом: им пошел второй год. «Красные массы» имели или имеют несколько отделов. Когда эта информация впервые попала ко мне в руки, я посчитал ее ценной и секретной. Мой шеф с этим не согласился. Часа через два, посидев над материалами по преступным группировкам и неонацистам, я занял его позицию. Ты читай, читай, садись рядом.
Рогожина прочла:
«1-й отдел: коммунисты, реакционеры, оппозиционеры.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

загрузка...

ТОП авторов и книг     ИСКАТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКЕ    

Рубрики

Рубрики